Анжела Марсонс – Притворись мертвым (страница 25)

Рука Стоун опустилась и дотронулась до красной полосы. Женщина, видимо, с силой шевелила рукой, стараясь освободиться. Повреждения между ее кистью и костяшками пальцев говорили о том, что она пыталась вытащить руку из наручников. Так же, как и Джемайма. Как и сама Ким много лет назад.

Воспоминания о том, как ее собственная рука, рука шестилетней девочки, была ободрана при попытках освободиться, возникли внезапно – и причинили ей физическую боль. Ким отмахнулась от них и легонько потерла кожу женщины, прозванной Джейн, как будто хотела стереть с нее царапины.

Ее большой палец коснулся припухлости на коже. Нахмурившись, инспектор несколько раз провела им по руке женщины. Потом осторожно перевернула ее кисть – и увидела то, что не смогла рассмотреть прошлым вечером. На коже выделялись четыре четкие полоски рубцовой ткани. Эта женщина пыталась совершить самоубийство и делала это на полном серьезе.

– Офицер…

Ким повернулась и увидела приятного темнокожего мужчину, которого она приняла за доктора Сингха. Его белый халат был расстегнут, под ним виднелись простые черные брюки и белоснежная сорочка. В глазах светилась добрая улыбка.

Интересно, сколько времени понадобится системе здравоохранения Великобритании, чтобы выбить из него эту улыбку, подумала вдруг Ким.

Врач стоял в ногах кровати и смотрел на температурный график больной.

– Пациентка перенесла сдавленный перелом костей черепа, и ее оперировали до шести утра.

Инспектор услышала следы легкого индийского акцента, но только в отдельных словах. Голос у врача был теплый и заботливый, и мужчина ей сразу же понравился.

Ким знала, что термин «сдавленный» означает, что на черепной коробке появилась или вмятина, или выпуклость.

– Типов переломов существует очень много, но причина у всех одна, – пояснил доктор.

Ким знала, что это удар, достаточно сильный, чтобы сломать кость.

– Хирург ослабил давление на сам мозг, но по шкале Глазго оно сейчас на шестом уровне.

Ким нахмурилась. Такого она еще не слышала.

– Это шкала для определения тяжести полученной мозговой травмы. Проградуирована от трех до пятнадцати. Третий уровень – это самые тяжелые поражения, а если пациент находится между третьим и восьмым уровнем, то это значит, что он в коматозном состоянии.

– А это что такое? – спросила Ким, указывая на провод, который шел от затылка Джейн.

– Датчик внутричерепного давления. Он мониторирует расстояние между черепной коробкой и самим мозгом. Если внутричерепное давление изменится, то датчик даст нам знать об этом.

– Она выживет? – спросила Ким, стараясь говорить таким же мягким и негромким голосом, каким говорил врач.

– Этого мы не знаем. – Сингх отошел на несколько шагов от кровати. – По-хорошему, так она не могла выжить после такой травмы, но каким-то образом выжила. Мы надеемся на ее силу.

– А она что, может нас слышать? – Ким поняла, что врач отошел, чтобы иметь возможность говорить свободно.

– Я поступаю так на всякий случай, особенно когда обсуждаю шансы на выздоровление. – Он пожал плечами.

Ким поняла его.

– А вы представляете, сколько времени…

Ким еще не успела закончить, а врач уже отрицательно качал головой.

– На этот вопрос я не могу ответить. Мозг – это гораздо более сложная структура, чем мы с вами можем себе представить. Те люди, которые вроде бы должны выжить, часто умирают, а другие…

Он не стал продолжать, но Ким поняла, что хотел сказать доктор.

– А если она придет в себя?..

– Инспектор, вы задаете мне вопросы, на которые я не могу ответить.

Голос Сингха оставался добрым, но в нем появились признаки нетерпения.

Ким улыбнулась, глядя на то, как спокойно он с ней общается. Это немного напоминало ее беседы с Китсом, патологоанатомом, – только этот врач был гораздо приятнее.

– Что ж, благодарю вас за помощь. Но есть еще одна вещь…

– Внимательно вас слушаю.

– Мне нужно кое-что проверить на ее теле, но я не хочу…

Доктор кивнул в знак понимания. Она никогда не дотронется до Джейн без разрешения.

Сингх вернулся к кровати и задернул занавеску.

– Что вы хотите посмотреть?

– Заднюю часть ее ног.

Врач поднял простыню и слегка повернул женщину на бок.

– Можно? – спросила детектив.

Он кивнул.

Ким осторожно приподняла край больничной ночной рубашки.

Повреждения были на месте.

Две красные прямые линии, каждая длиной в дюйм, виднелись на тыльной стороне бедер женщины.

Ким достала телефон и сделала несколько фотографий.

– Теперь ее живот, – сказала она.

Доктор Сингх положил Джейн на спину и, прежде чем поднять ее ночную рубашку, задрал простыню до уровня ее ребер.

Красная линия проходила как раз над пупком. Инспектор сделала еще пару фотографий.

Она протянула руку, чтобы опустить простыню, но задержалась. В глаза ей бросился крохотный порез на нижней части голени. Стоун обошла вокруг кровати, не переставая фотографировать ноги женщины от колен и ниже.

– Нашли что-то важное? – поинтересовался врач.

– Теперь моя очередь говорить «не знаю», – улыбнулась детектив.

– Это всё? – спросил Сингх, услышав ее ответ.

– Еще пара минут.

– Ну конечно. – Врач отвернулся от кровати.

Он отодвинул занавеску и перешел к другому пациенту.

Ким убрала телефон в карман и положила свою руку на кисть Джейн.

– Прости за эту фотосессию, но я хочу поймать человека, который сотворил с тобой все это.

Она еще раз ощутила рубцовую ткань под пальцами.

Женщина уже страдала в прошлом, а теперь страдания вернулись к ней.

– Обещаю тебе, что скоро ты перестанешь быть Джейн.

Глава 26

Джейн ощутила мягкое прикосновение к своей руке. Она не была уверена, что это не сон.

Время от времени раздавались какие-то голоса. Время от времени женщина слышала негромкие звуковые сигналы, которые пропадали только тогда, когда на нее вновь наваливалась темнота.

Внутри нее жил страх. Он зародился где-то в районе пупка, а теперь распространился по всему телу.

Темнота вокруг нее двигалась, меняла форму, а потом хватала ее мысли и крала их.

По телу эхом прокатывалась боль. Джейн не знала как, но темнота ее гасила. Она проглатывала боль вместе с Джейн, а потом выплевывала ее самое наружу.