Анжела Марсонс – Притворись мертвым (страница 24)

Бэйт отступил на шаг и открыл пассажирскую дверь. Лола попыталась спрыгнуть с сиденья. Он удержал ее на месте и открыл окно, прежде чем снова закрыть дверь.

Ким заметила на полу кабины его дорожную сумку.

– Не уверен, что смогу вам чем-то помочь, – сказал Дэниел, подходя к водительской двери. В руке у него позвякивали ключи.

– Мне кажется, что в земле есть еще один… – заметила Ким.

Мужчина замер.

– Только не заставляйте меня повторять все то, что я знаю. Брайан сейчас рассказывает об этом остальным, а мой босс велел мне попросить вас о помощи.

Дэниел остановился и посмотрел на нее, облокотившись на грузовую часть машины. Затем убрал ключи в карман, взглянул на небо и повернулся к инспектору.

– Давайте-ка расставим все точки над i: ваш начальник, старший детектив-инспектор Вудворт, попросил вас обратиться ко мне за помощью в том случае, если в земле будет найдено еще одно тело?

Ким кивнула.

– А вам все это поперек горла, да? – Бэйт широко улыбнулся.

Стоун сжала в карманах кулаки.

– И что вы собираетесь делать?

Его наглый взгляд действовал ей на нервы, так же как и тот факт, что он явно не торопился с ответом.

– Получать наслаждение от каждого мгновения этого вашего стесненного положения.

– А вам не кажется, что вы ведете себя как ребенок? – поинтересовалась инспектор.

– Возможно, – ответил Бэйт. – Но если вы хорошенько меня попросите, то я подумаю.

– Дэниел, это уже не смешно. – Ким почувствовала, как кровь прилила ей к щекам.

– Не согласен. Но то, что я услышал свое имя из ваших уст, почти убедило меня остаться.

– Вы согласны нам помочь или нет? Мне надо позвонить…

– Это сказали не вы. Ведь самой вам трудно просить меня остаться. – Было видно, что ситуация его забавляет.

– Дэниел, – Ким посмотрела ему прямо в лицо, – я прошу вас о помощи, но если вы предпочитаете выпен…

– При одном условии, – прервал он ее. – Я останусь, если вы окажете мне небольшую услугу.

Стоун нахмурилась. Она не собирается соглашаться на кота в мешке.

– Вы должны позабыть про обращения «Док» и «доктор Бэйт» и продолжать называть меня Дэниел.

Подумав минуту, Ким согласно кивнула. Это, в конце концов, будет не так уж сложно.

Она услышала, как у нее за спиной открылась дверь и все четыре лапы опустились на землю.

– Пошли, девочка. Мы здесь немного задержимся.

Ким постаралась спрятать довольную улыбку.

Глава 25

– Он теперь прямо как осел над двумя связками сена[47], – заметил Брайант, когда они выезжали из «Вестерли».

Ким знала, что речь идет о Доусоне, который согласился остаться в «Вестерли» как связующее звено между сотрудниками лаборатории и судебными экспертами, которые уже начали прибывать.

Восемнадцать месяцев назад, во время расследования дела в Крествуде, Доусон уже работал на раскопках и показал себя с самой лучшей стороны. А Ким придерживалась мнения, что от добра добра не ищут.

Брайант одновременно вел машину и говорил. Ким уже сказала ему, куда они едут.

– Значит, док остается?

– Черт побери, от тебя ничего не утаишь, а? – заметила Ким.

– Ты, наверное, об улыбке, которую ты пыталась скрыть, когда вернулась в лабораторию.

– Радовалась победе, – призналась инспектор.

– Какой победе? Я и не знал, что был назначен какой-то приз.

– Об этом можешь не волноваться, – успокоила она его.

– Но ты знаешь, что нравишься ему? – уточнил Брайант.

– А ты понимаешь, что мы не старшеклассники и тебе не придется передавать наши записочки друг другу.

Сержант посмотрел на Ким.

– Мне кажется, что он тебе тоже чуть-чуть нравится.

Эти слова Стоун проигнорировала. Они были не совсем правильными. Говорить о том, что этот человек ей нравится, было некоторым преувеличением. Он просто не нравился ей меньше, чем остальные.

– Черт побери, – произнесла она, когда машина подъехала к больнице Рассел-Холл. Парковка была забита под завязку.

Эта суперклиника была результатом слияния трех городских больниц, которые или полностью закрыли, или лишили отделений экстренной медицинской помощи. К сожалению, парковку забыли увеличить пропорционально увеличению коечного фонда.

Брайант заметил местечко в самом дальнем конце стоянки и быстро припарковался.

– Подожди меня. Я быстро. Просто хочу на нее взглянуть.

Сержант что-то проворчал. Ким не обратила на это внимания и направилась в здание через вход для беременных. Войдя, она поднялась по лестнице и прошла в послеоперационное отделение. Оно, вместе с отделением интенсивной терапии, представляло собой больничный блок, который обеспечивал пациентов интенсивной терапией и реанимацией. В послеоперационном отделении размещались больные после хирургического вмешательства, и соотношение между медперсоналом и пациентами здесь было 1:2. В отделении интенсивной терапии на каждого пациента приходилось по одному медработнику.

Для того чтобы войти, Ким назвала себя в интерком.

Открыв дверь, она в который раз поразилась отсутствию в помещении шума, разговоров или других дневных звуков, таких как звук работающего телевизора или позвякивание чашек на тележке, на которой развозят чай. Никто из пациентов не переговаривался друг с другом в ожидании разрешенных часов свиданий, никто не постанывал от неудобства или боли.

В этом отделении ничего такого не было. Оно было предназначено для самых тяжелых пациентов в этом здании.

Ким с улыбкой протянула свое удостоверение медсестре по имени Джо – женщине возрастом ближе к сорока, со светлыми, коротко подстриженными волосами, обрамлявшими полное лицо. Та тщательно изучила удостоверение и удовлетворенно кивнула.

– Вчера вечером к вам привезли женщину.

– С ранением головы? – уточнила сестра, глядя на доску у себя за спиной.

Ким кивнула.

– Личность неизвестна, так что пока она у нас Джейн.

Во многих больницах Англии стали, по примеру Америки, называть пациентов, чья личность не была установлена, Джон или Джейн.

– Она во втором отсеке, кровать номер три, – сообщила Джо.

– Она в…

– В сознании? – уточнила Джо и покачала головой. – Она в искусственной коме. Ее мозг здорово пострадал. – Сестра наклонилась вперед и посмотрела в оба конца больничного коридора. – Доктор Сингх все еще на обходе. Я попрошу его подойти к вам.

Инспектор кивнула в знак благодарности и направилась во второй отсек.

Джейн лежала в левом углу помещения, ближе к окну. Ким была готова к тому, что ее густые каштановые волосы, которые она видела перепутанными и испачканными кровью и грязью, теперь исчезли и под бинтами скрывается выбритая голова.

На указательном пальце левой руки женщины располагался белый пластиковый пульсооксиметр, которым измерялись насыщение ее крови кислородом и сердечный ритм. Результаты измерений вместе с данными кровяного давления выводились на экран, разместившийся с левой стороны от пациентки. Правая рука была залеплена белым пластырем, который прижимал канюлю для внутривенных вливаний. Сквозь него просочилось немного крови – видимо, удобную вену нашли с трудом.

Ким перевела взгляд на левую кисть женщины и на круговую отметину, которая была ей так хорошо знакома. Интересно, подумала она, будет ли Джейн потирать эти места через много лет после того, как след исчезнет? Будет ли она время от времени ощущать, хотя бы на мгновение, что рана все еще на месте? Мозг иногда может быть очень жестоким.