18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Анжела Марсонс – Исчезнувшие (страница 72)

18

Инспектор вошла в штабную комнату и натолкнулась на мертвую тишину.

– В чем дело? – спросила она, закрывая за собой дверь.

Все посмотрели на Мэтта.

– Мы получили напоминалку – ничего хорошего.

Садясь, Ким почувствовала, что во рту у нее пересохло.

Мобильные телефоны лежали на столе.

– Продолжайте.

Мэтт нашел послание и включил воспроизведение.

Ким не отрываясь смотрела в стену, пока слушала, как детский голос беспрерывно кричал «НЕТ». Потом ребенок зарыдал, и послышался его крик.

Теперь она поняла то, о чем ей раньше говорил Мэтт. Крик был другим. Это был крик боли.

Ким благодарила бога за то, что Мэтт забрал телефоны у Элизабет и Карен.

– На втором записано то же самое?

Мэтт покачал головой, протянул руку к трубке Карен и опять включил воспроизведение.

Комната немедленно заполнилась голосом Чарли: Отойдите от меня… не дотрагивайтесь…

Ким слышала страх в ее голосе, но слез в нем не было. А потом тоже раздался крик.

Эти записи были для Ким как прямые удары в живот, и второй оказался сильнее первого.

Девочка Карен была настоящим бойцом и, по-видимому, сдерживала слезы, чтобы лишить своего мучителя удовольствия. Стоун хотелось думать, что на месте Чарли она поступила бы точно так же.

– Есть и еще кое-что. Второе послание, которое пришло на оба телефона. Они требуют не меньше двух миллионов.

– Почему вдруг? – подняв бровь, Ким посмотрела на Мэтта.

– Мне не нравится такое изменение в их планах. Случилось что-то, что заставило их сменить тактику. Это плохой признак.

Внутренний голос Ким полностью с этим согласился.

– А может быть, возникла какая-то проблема с тем местом, где они прячут девочек? – предположила Стейси.

– К этому они были бы готовы, – покачала головой Ким. – Скорее всего, причина в чем-то, что произошло здесь, у нас. – Ее голос звучал задумчиво.

За утро случилось многое.

Стивен показал себя полным кретином.

Роберт ушел из дома.

Эмили посетила гипнотерапевта.

Ким не могла решить, какое из этих событий заставило преступников запаниковать, но одно она знала твердо.

Песочные часы перевернули в последний раз.

Глава 92

– Ладно, ребята, вот что мы узнали от Эмили: когда их выводили из фургона, вокруг было грязно и тихо. В здании плохо пахло – скорее всего, плесенью. В день, когда ее отпустили, Эмили слышала крики где-то вдали и звуки машин. От здания фургон отъехал по траве, а потом, судя по описаниям Эмили, двигался по грунтовой дороге, достаточной для проезда только одной машины. Она слышала, как что-то билось по стенкам фургона, – полагаю, что это были ветки деревьев.

Ким по очереди посмотрела на каждого из сидящих в комнате.

– Я понимаю, что этого немного, но я бы начала раскручивать ситуацию с того места, где девочку высадили.

Доусон закашлялся.

– В чем дело?

– Командир, а не делаем ли мы слишком большую ставку на то, что они прячутся там же, где и в первый раз?

Ким собралась ответить ему, но ее опередил Мэтт:

– Логично предположить, что если место, где располагается их берлога, не подвело их тогда, то они воспользуются им снова. Тем более что они уже знают окрестности.

Стоун смотрела на точки на карте, пока они не стали расплываться у нее перед глазами. Она знала, что ключ к разгадке можно найти только с помощью логики, и именно ей необходимо это сделать.

Внутренний голос говорил ей, что перемена стратегии – это жест отчаяния со стороны преступников, и причиной ему стали какие-то изменения, которые произошли именно здесь, в этой комнате. А с другой стороны, насколько ей было известно, в прошлый раз не произошло ничего, что могло бы спровоцировать освобождение Эмили.

От этих мыслей, двигавшихся по замкнутому кругу, Ким отвлек сигнал того, что на один из телефонов в комнате пришло послание.

Все замерли и посмотрели друг на друга.

– Это у меня, – сказал Мэтт, поднимая телефон.

Ким узнала в нем старую «Нокию», которая принадлежала Дженнифер Коттон.

Никто не шевелился, пока Мэтт водил глазами слева направо.

– Он хочет пятьдесят тысяч наличными сегодня, в шесть часов вечера. Место закладки – то же. – Мэтт не отрываясь смотрел прямо на Ким.

– Но ведь это же хорошие новости, нет? – подал голос Доусон, переводя взгляд с Ким на переговорщика.

– Они нам ничего не дают, – ответила ему Ким. – Текст может быть мистификацией, придуманной для того, чтобы разделить наши ресурсы. Их больше всего интересуют два миллиона. Я уже говорила однажды, что мы должны смириться с тем, что Сьюзи Коттон мертва, и с тех пор ничего не изменилось.

– Командир, мы что, проигнорируем это послание? – не унимался Доусон.

Перед глазами у Ким возникла Дженни Коттон, и инспектор тяжело вздохнула.

Да, подумала она, пусть меня судит бог, но именно так я и сделаю.

Глава 93

Стоун почувствовала, как изменилась атмосфера в комнате. Все обменивались тайными взглядами.

– Прошу вас, сосредоточьтесь на картах, – попросила она, не поднимая глаз. – Песок в часах продолжает сыпаться.

Каждый раз, когда Ким сама смотрела на карту, ее мучил один и тот же вопрос: что, черт побери, произошло, что заставило их выпустить девочку? Это должно было произойти там, где они прятали похищенных.

– Стейс, дай мне информацию о старых проис…

– Можно вас на минуточку, мэм?

В дверях виднелась голова Хелен.

– Заходите, Хелен, – пригласила Ким.

Эта женщина заслужила право переступать через границу штабной комнаты. При других обстоятельствах сама Ким называла бы ее сейчас МЭМ.

Хелен прошла мимо стола с озадаченным видом.

– Вы просили меня сказать вам, если я вспомню что-то о том дне, когда освободили Эмили… Так вот, мне только что вспомнилась одна вещь. То есть, может быть, она ничего и не значит, но…

– Продолжайте, Хелен.

– Я помню, что в тот день я вышла на улицу, чтобы глотнуть свежего воздуха, а снаружи стоял полицейский. И у него работала рация. Так вот, в тот день на, кажется, Киддерминстерском шоссе произошла какая-то авария. Все это случилось на территории Западной Мерсии, но авария, по-видимому, была неприятная, потому что пробка растянулась до самого Лая. Может, это и не важно…

Голос женщины стих, и Ким заметила, что она сильно нервничает. Все в доме знали, что их время стремительно подходит к концу.