Аня Васнецова – Тройное торнадо для папочки (страница 6)
– Ту? – спрашивает девочка с фломастером. Вика, кажется. В записке про нее написано, что спит Вика только с зайкой. Понятия не имею, что за зайка. Но, надеюсь, эта малявка не будет выпускать фломастер из рук, чтобы я смог отличать девочек.
Они вообще на одно лицо. Клоны блин. Даже пацан. Хорошо, что у него стрижка короткая и одежда мальчиковая.
– Ту? – снова карапузы спрашивают меня.
Это они про тушканчиков что ли?
– Да, Ту, – подтверждаю. – Скоро с вами стану ту-ту!
– Ту-ту! Хи-хи-хи!
– Хи! Ту-ту-ту-у!
Детям снова становится весело. Про кису не вспоминают. День налаживается.
Но тут, вдруг, ни с того ни с сего, бровки пацана ползут вверх. То ли от удивления, то ли от какого-то переживания. Он оглядывается по сторонам. Обеспокоено так.
А потом берёт и обеими руками сильно оттягивает свои штаны перед собой. И наклоняет голову, чтобы посмотреть, что же там в этих штанах.
Пытается убедиться, что мальчик? Или для чего всё это?
Там у него что, подгузник?
Сестрёнки первыми понимают суть действий брата. Они дружно хватаются за носы с возгласом:
– Фи-и!
Затем, отпрыгивают в стороны.
И тут до меня доходит осознание. Вместе с запахом.
– Не-е-ет… – протягиваю я, не веря в происходящее. – Нет. Только не это.
Тимофей поднимает на меня свою голову и как бы удивлённо и в то же время извиняющим тоном сообщает:
– Ка.
Глава 5
– Ты мне тут не КАкай, – предупреждаю карапуза.
Правда, и сам понимаю, что с предупреждением опоздал.
– Ка-а, – малыш подтверждает своим тоном свершившийся факт дефекации детского организма.
Мол, ты чего, дядь? Оно уже всё.
И будто специально пацан пытается с оттопыренными штанами подвинуться ко мне и показать результат свои действий. Типа, смотри какая тут кака прикольная.
Может, я мысли научился читать, но пацан так и произносит, продолжая ко мне двигаться:
– Ка-ка.
Осматриваю его и пытаюсь понять, как к засранцу подступиться. И что, вообще, делать?
Идея приходит моментально. Я же начальник.
– Светлана! – громко кричу я, чтобы помощница услышала.
Дети даже отшатываются. Переборщил с громкостью, похоже. Пацан дёргается было, но я его останавливаю.
– Ты, давай, от страха вторую кучу не наложи, – упрашиваю карапуза. – Мне и первой за глаза.
– Что-то случилось, Тимур Дмитриевич?! – врывается очень обеспокоенная секретарша.
Она, что, думала меня тут эти монстры в подгузниках уже четвертуют?
– Случилось, – сообщаю ей. – Вот это случилось.
И указываю на Тимофея.
Сначала её брови просто приподнимаются в удивлении, так как девушка не видит, что именно с пацаном не так. А потом до неё доходит запах…
– Уу-у, – Светлана прикрывает ладонью всё лицо.
И через зажатый нос глухо произносит:
– Тимофей Дмитриевич, мне плохо. Наверно, что-то неудачно съела. Я не вытерплю такого запаха. Вам просто нужно поменять подгузник. Если он одет. Он же одет?
Не понял, она специально слиться пытается? Но делать нечего. Вдруг, правда плохо девушке.
– Одет, одет, – отвечаю секретарше. – Но как и что делать-то?!
– Снять старый, – девушка инструктирует меня, быстро тараторя слова через нос. – Вытереть попу влажными салфетками или подмыть. Помазать попу кремом специальным под подгузник. Или присыпкой посыпать. Потом одеть новый.
Последние слова она кричит уже за дверью моего кабинета. Не забыв ту поплотнее прижать.
Тоже мне актриса. Не так уж и сильно воняет. Или я принюхался?
Либо по причине, что ОНО родное для меня.
Ладно, сам всё сделаю. Интернет подкидывает мне схему пошаговых действий. И через минуту Тимофей уже без штанов лежит на моём рабочем столе. Под ним подстелена пеленка, найденная в вещах, которые передал дед. Рядом упаковка влажных салфеток и тюбик с кремом.
Лежит пацан, смотрит в потолок. Сосёт палец. Ни о чём не парится. А я, блин, пытаюсь снять подгузник.
– Да, как его снять?
Где эти чертовы липучки, которые можно по много раз сцеплять и расцеплять? Почему подгузник на резинках?
Если начну снимать его, то все ноги карапузу измажу. Мне всей этой упаковки салфеток не хватит, чтобы оттереть пацана.
И тут до меня кое-что доходит. Этот засранчик тут не один. Вон, ещё две потенциальные отравительницы воздуха. Вика, пока я занят, стащила один из листов в документах и водит по нему фломастером. Хорошо, что это уже ранее испорченные ей документы.
Ника же пытается оторвать ручку ящика моего стола.
– Надеюсь, вы тоже в подгузниках? – спрашиваю девочек. – И прямо сейчас не собираетесь ими воспользоваться по назначению.
Ника отрывается от своего занятия.
– Ка-ка? – заинтересованно спрашивает меня.
– Не надо ка-ка! – прошу её. – Я ещё с этой не справился.
– Осочек, – сообщает малявка мне.
– Чего? – не понял.
– Осочек, – повторяет Вика, не отрываясь от рисования.
Даже в мою строну не глядит.
– Осочек, осочек, – подтверждает Ника.
– Что за осочек? – пытаюсь понять.
Малявка наконец отпускает несчастную ручку ящика и бежит к сумкам. И из самой большой вытаскивает розовую пластиковую фиговину. Тащит ко мне, показывает и с радостью сообщает: