Аня Васнецова – Тройное торнадо для папочки (страница 7)
– Осочек.
На вытянутых руках девочки горшок для малышей.
– Понял, – киваю. – Горшочек.
Даже выдыхаю немного.
– Так вы умеете на горшочек ходить? Молодцы какие!
За такое и похвалить несложно.
– Вот, учись у сестрёнок, – пытаюсь пристыдить пацана. – А то обделался тут. А нам страдай.
– Си-си и ка-ка в осочек, – нравоучительно наставляет Ника своего братика.
Даже личико делает, как у строгой учительницы. И как только ей удается выразить такие эмоции?
Но дальше малявка, вдруг, решает показать пример. Наглядно.
– Эй, ты чего делаешь?
Поставив горшок прямо передо мной девочка, никого не стесняясь, спускает юбку прямо до пола. Вместе с… На ней тоже оказывается подгузник на резинке. Затем садится на горшок. И смотрит на меня внимательно, во все глаза.
А что в таких ситуациях нужно делать взрослому мужчине? Я вот, вообще, без понятия. И чего она смотрит? Чего-то ждет?
– Молодец, – выдавливаю из себя.
Девочка всё смотрит и смотрит на меня. Вплоть до самого окончания процесса. Затем надевает подгузник и юбку. Поднимает наполненный горшок своими ручками.
– Н-на! – протягивает мне.
И ждет, пока я заберу.
Ээ…
– Спасибо, – не нахожу что ещё на это ответить.
Пиликает сообщение. Достаю телефон. От Альбины.
В конце идет адрес отеля.
Так… Я же говорил ей, что не намерен больше проводить с ней время?
Говорил. Но, видимо, разговора мало. Пытается соблазнить.
Ладно. Сейчас не до Альбины.
Сначала нужно с каками разобраться. Мысленно бью себе по голове. Раз подгузник все равно менять, то чего старый жалеть? Просто рву резинки, благо это даётся довольно легко.
Вещи детям собирал кто-то очень продуманный. Тут и рулон с пакетами предусмотрен. В один из них я и укладываю б/у подгузник с детской неожиданностью. Использованные салфетки тоже.
И чего этот «продуманный» свидетельства о рождении не положил?
Теперь Тимофей стоит довольный, в новом подгузнике, с натянутым до пупка штанами. И с улыбкой на лице смотрит за сестрёнками. Явно присоединиться к их веселью хочет.
Те, действительно, не скучают. Ника всё также, держа горшок в руках, бегает за Викой, собираясь то ли вылить содержимое на сестрёнку, то ли на голову поставить.
Я же понимаю, что один всё это не вывезу. И пока служба безопасности разыскивает информацию о детях и об их мамочке, решаю вызвать тяжелую артиллерию.
Абонент, которому звоню, принимает вызов. И я заговариваю первым:
– Алё, мам…
Глава 6
– У тебя что-то случилось, Тимур? – тут же с беспокойством в голосе спрашивает мама.
Да, как она так сразу догадалась? Я же ещё ничего не сказал.
Второе, что говорит мне мама это:
– У тебя там дети?! – её удивлению нет предела.
Ну, да, эти чертята бегают и орут на весь офис. Сложно не услышать. Хорошо, хоть, Ника горшок оставила в покое, не носится с ним за Викой.
Приходится выложить маме всё как есть. Мол, так и так, не знал, ни гадал. И тут… БАЦ, агрессивная тройня сразу. На одного меня. Прессуют жёстко.
Мать не то что жалеет меня, наоборот, радуется. И уверяет, что уже чемодан пакует.
Еще бы она не радовалась. Лет десять уже ни один с ней разговор не обходится требованием «сделать» ей внуков. Что на меня давила, что на брата.
Думал, когда у Ярослава внезапно появилась дочка, мама от меня хоть на чуть-чуть отстанет. Так нет же! Теперь ещё сильнее требует. Мол, давай, не отставай от брата!
Ага. Вот и не отстал. А перегнал. Сразу трое!
И, вообще, брат тоже не знал, что где-то его ребёнок гуляет. Это у нас, что, родовое проклятие какое-то?
Девочка сама пришла к Ярославу, и заставила притворяться папой. Вроде как-то так было. А потом, оказалось, что она ему настоящая дочь. Мутная история, в общем. (От автора: речь идёт о романе «Будешь моим папочкой, я сказала!»)
Всё никак не получается доехать к ним в гости. Там бы и подробности узнал. Даже на свадьбу к брату не удалось попасть. Бизнес – дело такое… Он ревнует похлеще любой жены. И за невнимание к себе может наказать фатально.
А ещё, перед тем как завершить вызов, мама обещает, что мне расслабляться рано. И пощады не будет. Она станет помогать, но не делать всё за меня.
Фух!
Это я, конечно, докатился. Весь такой важный, грозный, влиятельный, гениальный, да-да я такой, и все меня уважают и боятся. А сам у мамы помощи прошу. Жесть.
С другой стороны, я лишь рассказал, что у меня случилось. А инициатива помощи шла от неё. Даже просить ни о чём не пришлось. Вон, как сорвалась.
Пока разговаривал с мамой, в кабинете неожиданно стало тихо. Только «хи-хи» раздается с частой периодичностью. Одно из-за штор. Другое из шкафчика. Третье из-за…
Тимофей стоит за торшером и делает вид, что его не видно. Может, и правда так считает.
Он, конечно, маленький и худенький, но не настолько, чтобы скрыться за палкой, на которой держится лампа.
Стоит пацан, значит, смотрит четко перед собой в пустоту, улыбается.
Наклоняюсь к нему. Тимофей начинает догадываться, что его видят. Ну, ещё бы! Моё лицо прямо возле его головы.
Карапуз делает грозную и недовольную мордаху и машет на меня рукой, отгоняет. Злится, что я его нашёл?
Ну, ок. Я тебя не нашёл. Отстраняюсь, и пацан снова начинает улыбаться. От девчонок продолжает доноситься «хи-хи».
Хм… Хорошая игра. А если я уйду из кабинета по своим делам, карапузы долго ещё будут вести себя так спокойно?
Когда делаю несколько шагов в сторону выхода, дверца шкафа резко раскрывается.
– Ку-ку! – кричит Ника.
И дверца закрывается. Затем, уже привычное:
– Хи-хи-хи!
Нет, не дадут мне спокойно уйти и заниматься делами. А я реально не могу весь день провести с ними.