Аня Васнецова – Папа олигарх для маленькой принцессы (страница 4)
Управляющий, видимо, прислушался к моему совету, и перехватил официанта, что нес «первое» к посетителю. И переправил ко мне. Сам же захватил приборы и салфетки.
– Глеб Викторович, как вас тут… удобнее расположить? – теряется управляющий.
Оглядывает обстановку. Он решил, что это мне еда? Прихоть у меня такая, есть в холле гардеробной?
Я снимаю с журнального стеклянного стола в металлической раме, который располагается неподалеку, декоративные предметы. И двигаю его к краю дивана. Усаживаю за него малышку, в ноги ее мамы.
– Накормить ее, – указываю на девочку.
И никто не осмеливается мне возразить. А у малышки глаза на лоб лезут от удивления. В их так и читается: «Это все мне?!».
– Глеб, это точно ты? – наконец подает голос Влад.
Я не упустил из виду, что партнер появился вслед за управляющим и внимательно наблюдал за происходящим. И понимаю, что он имеет в виду.
– Тебе что-то показалось веселым? – в ответ интересуюсь у него.
А то что его ситуация забавляет, не сомневаюсь. Хорошо Влада знаю. С ним я давно веду дела. Нас даже друзьями можно назвать. Хотя в бизнесе друзей и не бывает. Но некоторые исключения имеют место быть.
– Вот теперь, по взгляду и тону, вижу, что ты это ты, – задумчиво проговаривает Влад. – Но кое-что не срастается…
И не договаривает.
Так-то да. Он еще ни разу не заставал меня за проявлением подобного человеколюбия. Хоть и в курсе про несколько благотворительных фондов в поддержку детских домов и интернатов, которые я держу инкогнито. Но это другое. Там я даю шанс выжить тем, у кого изначально такого шанса нет.
Так сказать, оплачиваю лодку, что доставляет человека к середине моря под названием «Жизнь». И выбрасывает его в воду. А там уже от самого человека зависит, доберется ли он до берега, став отличным «пловцом» или сгинет.
– Обсуждать не собираюсь, – сухо отвечаю Владу.
И обращаюсь к управляющему.
– Кто она? – указываю на лежащую на диване девушку.
– Просто посудомойка и уборщица, приходит подрабатывать, – тот спешит поделиться информацией. – Офигела совсем, приперлась больная. Да еще и с малявкой со своей. И…
Под моим совсем неласковым взглядом управляющий сразу же меняет тон.
– В смысле, с девочкой совсем маленькой, – исправляется и пытается все объяснить аккуратней. – И болеющим нужно дома лечиться. В тепле и уюте, беречься. Правда, ведь? А так-то себя совсем загнать можно. Вон, например, указывает на девушку, – результат. Я такого допустить как раз не хотел и попросил идти домой. А возвращается, когда будет себя чувствовать лучше.
– Раз такой заботливый, чего маму и дочку из-под крыши выгонял? Прямо под дождь? – уточняю я.
– Так пусть бы домой ехала! Чего тут торчать под окнами? Своим больным видом весь вид портила, отпугивала посетителей, мешала их отдыху…
– Нам идти было некуда! – в отчаянии кричит малышка, что отвлеклась от еды и слушала наш разговор. – Из дома выгнали, не пускают! У мамы денежек нет!
– Так работать надо, и будут деньги, – управляющий вступает в спор с ребенком.
– Маму уволили с работы! И вы выгнали!
– Я не выгнал! А… а просто попросил уйти, – не соглашается управляющий, косясь на меня.
– Ты ругал маму! – не выдерживает малышка. – Кричал сильно! Ругал и прогонял! И больно сделал! Это из-за тебя мама лежит!
– Я…
– Затухни, – одна моя команда, и управляющий язык проглатывает. – А ты ешь.
Желудок девочки дает явные звуковые сигналы, сигнализирующие, что она рано прервала трапезу.
Борщ она так и не доедает. Забывает про него, когда появляется бригада скорой помощи. Работают медики оперативно. И вскоре переносят пациентку в машину.
На это все смотрит малышка, почему-то держа меня за штанину. Словно я тут самый близкий ей человек.
У нее нету дома. Нет денег. А мама попадает в больницу… Как это мне знакомо.
Невольно опускаю взгляд на девочку. И снова утопаю в голубых озерах, полные мольбы о помощи, защите…
Хотел же не смотреть ей в глаза.
Поздно. Уже тону.
Глава 4
Я не мякиш.
Я прошел через жесткую и суровую школы жизни. Да такую, которую не каждый выдержит. Тем более, единицы выкарабкаются из подобной зловонной ямы и добиваются чего-то стоящего.
Это закаляет. И отшлифовывает, срезая напрочь, все наросты разного рода милосердия и человеколюбия, которые мешают достигать поставленых задач и целей. И просто выживать.
Поэтому, я провожаю взглядом уезжающую машину скорой помощи. Я им и так уже помог…
Но отчего-то до скрипа сжимаю челюсть. В окно задней двери на меня продолжает смотреть пара больших голубых глаз, полные слез и мольбы. А к стеклу приложена малюсенькая ладошка.
Это же не мои проблемы, правда? Не мои?
– Ты куда? – удивляется партнер, когда я с места прихожу на быстрый шаг. И не в сторону ресторана.
– Завтра все обсудим, – бросаю Владу, даже не оборачиваясь. – У меня появились дела.
И направляюсь к своей машине, что припаркована недалеко от входа в ресторан.
– Тебя точно подменили.
Мне не нужно оборачиваться, чтобы почувствовать, как друг качает головой.
– Посмотрел бы на тебя, если бы с тобой случилось подобное, – выговариваю негромко, но жестко. Не ради желания донести что-то до партнера. А просто высказаться. Во мне плещется негодование от своих собственных поступков. Которые я не совсем понимаю.
– Со мной такого точно не случится! – доносится мне в спину, когда я уже открываю дверь машины.
Скорую нагоняю довольно быстро. И следую за ней до медицинского учреждения.
Не понять Владу. У него были богатенькие родители. Пусть он и рос самостоятельным и любил решать свои проблемы сам, но избежал многих трудностей.
У девочки и ее мамы, как я понял со слов малышки, нет работы, нет денег, соответственно не на что купить еду и лекарства. Да им даже жить, оказывается, негде.
Это у меня здоровый дом. И хренова куча ненужных комнат!
На кой ляд мне столько комнат, если живу один? Почти один. И та здоровая кухня с гостиной?
Я даже на заднюю веранду не выхожу с видом на хвойный лес. Не сижу там в кресле с чашкой кофе, как расписывал архитектор, впаривая проект дома.
– Ты за нами?! – сколько же надежды и радости в голубых озерах малышки, когда она замечает меня, выйдя из скорой.
И почему сразу «за нами»? Интуиция сработала?
– Врачи говорят, что с мамой все хорошо. Ей просто нужно немного поспать. И лекарства попить, – тут же делится информацией девочка, хватая меня за палец своей маленькой нежной ладошкой. И тянет вслед за работниками скорой, которые переносят девушку в помещение. – А лекарства они дадут.
Настроение малышки уже не такое упадническое. Появилась вера в светлое будущее.
– Вот только… – в глазах девочки все же появляется грусть, – мы не придумали, где жить будем.
– С этим я помогу, – негромко произношу я.
– Спасибо! – звонко и радостно кричит малышка, тут же обнимая меня. Вернее, мою ногу.
А я замираю. Не знаю, что в таких случаях делать. Как реагировать. А еще как-то внутри что-то…