Аня Васнецова – Папа олигарх для маленькой принцессы (страница 5)
В глазах же девочки струится счастье. Такое яркое и ослепительное, как солнце. Нет, как блики солнца в горном ручье, который отражает голубизну безоблачного неба.
Ну нельзя же быть такой открытой для всех. Уязвимой. А это значит – слабой. Сожрут ведь.
И от этих мыслей мне отчего-то хочется самому сожрать тех, кто покуситься на настроение этой малышки.
Эмоции появляются на миг, буквально. И я тут же гоню их прочь. Не стоит привязываться к девочке. Поправится ее мама, может им еще чем помогу, и пускай дальше живут. Без меня.
– Я Мила! – голосок девочки продолжает звенеть, как тот же горный ручеек. – А ты?
Пока мама Милы проходит разные исследования, малышка не замолкает. Я узнаю и про дурного Димку из детского садика. Про капризную дурнушку Маринку. И что Ванька Селиверстов Милу любит. Все в группе это знают. Но Ванька – дурак, не признается.
А еще узнаю про урода Мишу, который, как я понял, кинул Милу и маму девочки. Оставил без жилья, машины, денег. Нужно будет потом расспросить саму девушку, когда она придет в себя. И разобраться с этим Мишей.
Так, Глеб, притормози. С чего ты впрягаешься за незнакомых тебе людей?
Они тебе что-то хорошее сделали? Может, полезны для твоего бизнеса? Нет? Ну, так чего?
Вопросы, которые подкидывает трезвый ум, раздражают.
– А вы кем приходитесь Светлане Сергеевне? – спрашивает меня врач, когда я подхожу к нему с определенным предложением.
А вместо ответа я вдруг начинаю размышлять об имени девушки. Света значит…
Но быстро беру себя в руки. В мире очень много Свет.
– Живем мы вместе, – отрезаю последователю Эскулапа.
Я сейчас не в том настроении, чтобы мне задавали вопросы. Совсем не в том. И врач сразу как-то понимает это. И примерно осознает, кто перед ним.
– Но… вы же понимаете, мы не можем вот так вот взять и отдать вам… – начинает он мямлить.
– Можете, – настаиваю я. – И не «вот так вот». А по разным и правильным причинам. Давай те отойдем в отдельный кабинет и поговорим наедине.
И мы уединяемся. И конечно же врач идет мне навстречу. Даже спец транспорт для перевозки пациента выделяет.
Критический момент в состоянии Светы пройден. Если принимать лекарства по графику и соблюдать режим – все будет хорошо.
– А мы куда поедем? – спрашивает Мила, которая разрывается между тем, чтобы прижиматься щечкой к ладони спящей мамы и держать меня либо за штанину, либо за палец.
– Увидишь, – подмигиваю ей.
Этот жест как-то непроизвольно выходит. Сам от себя не ожидал.
Когда уже сажусь за руль, вспоминаю о кое-чем. И кое-ком.
– Ян, – обращаюсь к девушке, когда та принимает вызов. – Ты где?
– Приветик, котик! – мурлычет Яна. – Где скажешь, там и буду.
– Мне нужно, чтобы ты заехала в продуктовый магазин. И аптеку.
Глава 5
– Это что?! – удивленно восклицает Мила.
Она захотела ехать со мной. А я не был против.
Теперь девочка пялится в окно, к нему прилипнув лбом и носом. Особенность у нее что ли такая?
Спецтранспорт с пациенткой едет следом. Дождь к этому времени уже закончился. А ближе к моему дому асфальт так и вовсе кажется сухой. Возможно тут тучи прошли мимо.
– Это ворота, – спокойно отвечаю малышке.
– Ничего себе огромные! Твой дом прямо за ними?! – не успокаивается она. – Ого! Ты что, в крепости живешь?!
– Не в крепости. Просто забор большой.
По виду девочки становится ясно, что она не верит моим словам. На массивные и высокие стены она смотрит как на замок.
Еще больше Мила удивляется, когда доезжаем до дома.
– Это твой дом?!
И сразу же засыпает горстями вопросов:
– А кто тут еще живет? Ты тут один живешь? А почему один живешь? А где слуги?
– Я тебе что, царь какой? – хмыкаю я. – Зачем мне слуги?
– Ну так такой домище! – малышка даже руки разводит в стороны, чтобы хоть как-то показать размеры. – До старости только пылесосить его будешь! А цветы полить?
– Ко мне приходят доверенные люди, которым я очень помог, – поясняю я. – Они и делают у меня некоторые работы, когда это требуется. А для каждодневной уборки имеется современная техника.
Умный дом, роботы пылесосы, очистители воздуха, фильтрующие пыль… Если правильно все настроить, то драить полы и протирать пыль через день не придется.
Да и откуда у меня в доме грязь? Я здесь редко ночую. Построить то построил. А вот смысла каждый день сюда возвращаться не было.
Недалеко от входа в дом припаркован мерс Яны. И когда успела приехать?
– К главному ходу несите, – указываю мед сотрудникам, переносящим маму Милы. – Я сейчас открою.
– Вот это да! – девочка в этот момент наворачивает круг по газону. – Столько места! Можно много-много детских площадок уместить!
И тут же задет мне вопрос:
– А у тебя есть детская площадка?
– Нет, – качаю головой.
– А песочница?
– Нет.
– Качели?
– Нет.
Что интересно, по лицу девочки я не замечаю, что она как-то расстраивается моими ответами. Ей словно просто любопытно.
– А домик на дереве?
– Нет.
– А собака?
– Нет. И кошки нет. И коз с коровами. И лошадей.
– А…
– Кур, гусей, уток, индюков и другой живности у меня тоже нет.
Меня почему-то не раздражают ее тысячи бесконечных вопросов.
– Фу-у! Индюк!
Чем ей индюк-то не угодил?