Аня Амасова – Хранитель Света (страница 10)

«Все-таки она собрала свой фонарь!» – удивился Коготь, благоразумно придерживая лодку в полосе белого света. Целую ночь он стоял у судового руля. Сменяя друг друга, налегали на весла псы из клана Покорителя Трехсобачечной ночи. Коготь находил, что гребля дается суровым псинам лучше, чем вокал. Впрочем, – он погладил спрятанный на груди под камзолом проект дамбы, – не будь их вой и бренчание такими завораживающе-истошными, неизвестно, удалось бы выкрасть секретный документ и унести из крепости лапы.

Глядя на свет маяка, Коготь представлял, как обрадуется Джен трофею! Как там говорил этот шарлатан: «В деле завоевания дамских сердец существенно помогают цветы, стихи и подарки»? Мелькнула мысль: а не попросить ли клан Покорителя Трехсобачечной ночи сложить балладу об их приключении, вроде той, что они спели про Крыбу?.. Ой, нет! Второго такого концерта уши Когтя не вынесут! Никаких стихов! Даже ради прекрасной дамы.

«Решено: признаюсь сегодня, и будь что будет. Да, именно сегодня – самый удачный день, – успокаивал Коготь необычно разволновавшееся сердце. – Герой возвращается с задания с трофеем, цветами и шикарным подарком, что надежно припрятан в подземелье… Джен не устоит… Или – все пропало. Но уж лучше пропади все пропадом, чем…»

Додумать он не успел: свет маяка погас. Рассвело.

– А где капитан? – поинтересовался Железный Коготь.

Пятью минутами раньше он спиной распахнул дверь в дом маячника и целую вечность протискивался в гостиную. Существенным препятствием служила охапка кустов, чьи колючие ветки украшали малиновые соцветия. Нежно сжимая кусты в объятиях, Коготь старался решить три задачи: не обломить ветви о дверной косяк, не обтрясти соцветия и не напороться на колючий шип.

Успешно справившись с первой и второй и не слишком успешно – с последней, Коготь наконец оказался в комнате. И теперь испытывал чувство досады: вместо Дженифыр (в мечтах она встречала его на пороге) его приветствовал лишь удивленный взгляд Лесиса.

– Где-где, в башне, конечно, – проворчал привязанный к креслу писатель. Не то чтобы Железный Коготь отвлек его от работы над книгой, – за утро ему не далось ни строчки! – но без этого монстра размышлять было как-то спокойней. – Согласно многим легендам именно в башнях и положено пребывать принцессам в ожидании героев. Только Джен никого там не ждет – переводит угольные запасы. Следует пункту под номером три из возложенных на себя обязанностей Хранителя Света: обеспечение горения огня… А зачем Вы приволокли с собой камуфляж?..

– Почему – «камуфляж»? – не понял Коготь.

– Вы ведь в этих кустах в засаде сидели?..

Помощник капитана недоверчиво оглядел свою ношу:

– А разве это не цветы? Вот эти – красные, нет? А как они пахнут! А вот – ой! – колючки… Да вот же, разрази меня крякен! Я был уверен, что это розы! Редкий тысячегорский сорт. Ты же сам говорил: если хочу завоевать сердце Джен, надо подарить ей цветы…

Смирившись с мыслью, что позорные полстроки – это весь результат за сегодняшнее утро и вряд ли стоит ждать Вдохновения, что глава так и не будет дописана и еще один день насмарку, Лесис, ловко освободившись от веревки, потянулся за первым томом «Истории Тысячегорья».

– …Хм, – наконец изрек он, пролистав весь раздел «Флора и фауна». – Осмелюсь предположить, согласно автору этого труда Вы принесли Джен букет из диких яблонь. У них как раз сейчас период цветения… Ну-ну, не вздумаете же Вы заплакать? Прямо на глазах какого-то – как Вы меня называли? – какого-то шарлатана!.. Знаете, я почти уверен, Джен понравится эта идея – разбить за домом фруктовый сад…

Досада Когтя сменилась гневным удивлением:

– Сад?! Да зачем он ей сдался? Как только мы с ней поженимся и, раз уж Джен так хочется, героически спасем Тысячегорье от воды и гиен Султаната, то тут же покинем этот маяк! И эту бухту! И само Тысячегорье!.. Что? Что ты уставился?

– Непохоже, чтобы это входило в ее планы…

Лесис указал на стоящую у двери деревянную конструкцию, на которой подсыхала свежая краска:

– И что тут намалевано? – смутился Железный Коготь, от волнения не сумев прочесть даже первую строчку, выведенную печатными буквами.

– Ах да! Прошу прощения! Тут, как Вы изволили выразиться, намалеван жизненный план капитана Джен. На ближайшее время. Согласно этому плану маяк превращается… нет, не совсем в пансион, скорее уж – в монастырь для обучения на благородных пиратов. И насколько я помню, учебные заведения подобного рода при себе имели во все времена изящнейшие сады…

Коготь почесал за ухом. А ведь шарлатан прав: если это так, планы его и капитана трагически несовместимы.

– Но с чего Джен вдруг решила остаться? Ну захотела починить маяк – это я понимаю. Отчего не починить-то со скуки? Ну захотела сорвать военные планы Султаната – во что только не ввяжешься, чтобы перестать хандрить! Но зачем торчать тут и дальше? – Коготь подозрительно уставился на Лесиса. – Здесь что-то произошло в мое отсутствие?

– Мне не хотелось бы Вас огорчать. Причем исключительно из соображений личной безопасности. А то, что я могу сообщить, непременно Вас огорчит… Не вдаваясь в подробности, Джен повстречала единомышленника.

– Кого?!

– Того, кто разделяет ее взгляды и готов оказывать помощь.

– Если ты про себя, то как повстречала, так и развстречает. Потому что я спущу тебя с лестницы. И все оставшиеся сорок три ступени будут начищены твоим плащом! Таков мой «жизненный план».

– О нет, – улыбнулся Лесис, радуясь, что разозлил противника. – Я говорю о некоем Дечиманкеле Донацитотти, случайном узнике маячной башни. Джен обнаружила его в подземелье, когда спустилась туда за углем. Представляете, какая находка?! Его последние воспоминания – перед тем как кто-то надел на него мешок – о славном капитане Корноухом и прекрасном корабле-драконе по имени «Ночной кошмар». Так что им с капитаном Джен было о чем побеседовать!..

При этом Лесис сверлил Железного Когтя взглядом так, будто тот был шкатулкой с секретным замком: вот-вот какое-то слово окажется ключом, паролем, шифром – и крышка шкатулки откроется!

– …И ведь что удивительно: совершенно не помнит, кто его украл и почему туда запер! Но Джен грозилась все разузнать и огреть похитителя плетьми… Вы, кстати, не знаете, кто это сделал?

Однако шкатулка не поддавалась.

– Понятия не имею, – отчеканил Коготь.

Сложно представить, каких усилий стоил ему равнодушный вид! Ведь в этот момент в его душе рушились построенные утром воздушные замки. «Все пропало!» И цветы оказались не цветами, а какими-то яблонями, и стихи он писать не умеет, и подарка у него теперь нет. Да и был бы – никакой это не подарок, хоть Джен ему вроде и рада, но уж точно не бросится Когтю на шею, если когда-нибудь узнает, как Дечиманкела сюда попал.

– Ну вот и молодец. Вот так ей и отвечай, если спросит, – наставительно произнес Лесис, удивляясь себе, отчего это романтические чувства Когтя к Джен вызывают у него желание взять под опеку этого не слишком-то приятного в общении верзилу. – «Понятия не имею и знать ничего не знаю». А вон, кстати, и она идет!

Глава третья

Почтальон

– Коготь! Братишка! Вернулся! – Джен кинулась было к Когтю, но путь преградили какие-то цветы и колючки. – Это мне? Не знаю, что это, но очень красиво!

– Яблони, – смущенно пробормотал Железный Коготь. – В период цветения.

– Ничего прекраснее в жизни не видела! Честно! Вообще ни разу не видела яблони в цвету. Вот где я была, чем занималась? Я столько всего пропустила! Трофей из форта гиен?

– Нет. Просто. Трофей – вот!

Документ с грифом «Совершенно секретно» перекочевал с груди Железного Когтя в лапы Джен. Беглого взгляда на схему дамбы ей было достаточно:

– Так вот почему в море Крыбы поднимается вода! Ей некуда уходить! Так и думала: гиены перекрыли выход, чтобы сделать море удобным для прохода своих кораблей! Я даже знаю, где они научились этому трюку – при битве в Котхольмском проливе! Ну, помнишь, когда пытались завоевать архипелаг Морских Котиков?..

– Да, речка Бурная – единственный сток, – подтвердил Железный Коготь. – Протекает через пустыню и после окружающей ее цепи гор проходит через ущелье, впадая в Нижнее Кошачье. Но ты упускаешь одну деталь. Цели у гиен здесь две. Не только поднять уровень воды и войти в Тысячегорье северо-западным морским путем, но и осушить устье реки. Освободить проход между горами. Это откроет дорогу пехоте – подкреплению с юга…

– Ох ты ж! Все намного серьезней, чем мне представлялось, да? – Джен поджала губы. – Есть у нас шанс помешать этим планам? Или хотя бы выиграть немного времени?

– Родилась в походе одна идейка, – хмыкнул помощник. – Если выгорит, можем подобраться к пороховому складу и к дамбе. И у тысячегорцев появится еще пара лет…

– У меня, у меня появится пара лет! – нетерпеливо поправила Джен. – У меня, у Лесиса, у… О! Знаешь, кого я нашла в подземелье? Дечиманкелу Донацитотти! Он сейчас в башне – чинит часовой механизм. Но может построить нам корабли. Или железных драконов… Лесис говорит, что он гений!

– Да неужели? – Коготь не слишком-то убедительно изобразил удивление. – А чем ты прельстила Дечиманкелу?

– Подарила ему мечту. У меня их столько! Хочешь, и тебе одну подарю?

– Нет, спасибо, – отказался верный помощник. – Одна у меня и так уже есть. И он согласился ради мечты?