Ануш Стадникова – Pumpkin. Любовь на кончиках пальцев (страница 13)

– Я общаюсь с тобой, Пэм, потому что хочу. И чаще всего, мне достаточно этого аргумента… – Потянувшись к кружке, парень сделал глоток и продолжил. – Но если тебе нужны ещё какие-то причины, я придумаю их для тебя.

Не знаю, звучало ли для меня "достаточно", банальная симпатия и интерес со стороны кого-то, чей голос напоминал растопленный шоколад в фондю? Могла ли я смириться с мыслью, что моя слепота, ограниченность и неполноценность, не стояла на пути к чьему-то интересу? Вероятно, могла, но на данный момент, у меня просто напросто не было времени обдумать это.

– Родители! – Вскочив с места, словно ужаленная, всполошилась я.

Мотор отцовского "Шевроле" гудел не громко, однако достаточно слышно, для такой девушки, как я.

– Так понимаю, мне пора? – Усмехнулся Марк, поднимаясь со своего места, и опрокидывая в себя остатки горячего чая.

Именно в этот момент, я впервые была искренне восхищена им. Человеком, что не стал строить из себя невесть кого и невесть что. Парнем, что понимал неуместность своего существования в стенах этого дома.

– Очень пора, – Не готовая к встрече с родителями и ко всем этим взглядам, намёкам и разговорам, ответила я.

– Куда идти? – Довольно легко и без особого смущения, спросил он.

– Справа дверь во внутренний двор, – Показала рукой в сторону коричневого пятна, в самом конце кухни.

– Опять вынуждаешь меня играть в горного козла? – Усмехнулся Марк, поправляя одежду, в то время как мое сердце буквально отсчитывали минуты до встречи с родителями.

– Да, хоть в лесного оленя, главное иди уже! – Не осознавая, как испаряется моя робость, ответила я.

– Ого! – Рассмеялся парень. – Она знает, что такое сарказм?

– Марк! – Разворачивая его и принимаясь толкать в сторону двери, взмолилась я. – Проваливай!

Не сопротивляясь попыткам выпроводить его, "снайпер" довольно быстро дошел до двери и, схватившись за ручку, обернулся в мою сторону, вытравливая своим парфюмом остатки кислорода в лёгких.

– У меня завтра последний выходной перед… – Осекся и нелепо закашлял, порождая новую порцию вопросов.

– Перед чем? – Спросила я, ощущая, как секунды неминуемо наступают мне на пятки.

– Скоро узнаешь, – Без улыбки, ответил он. – Увидимся завтра?

– Пэм?! – Открывая дверь, прокричала мама, – "Тыковка", мы вернулись!

Не осознавая, что творю, раскрыла дверь и вытолкнула Марка.

– Я здесь. – Отозвалась с кухни. – Хотите чаю?!

– Спасибо, детка, – Заглядывая на кухню, поблагодарил папа. – Но все чего я хочу, это принять горячий душ и лечь спать.

– К тебе кто-то приходил в гости? – Перебивая, спросила мама.

– Что? – Не сразу сообразив, что на столе все ещё стоит кружка Марка, переспросила я.

– Чай, – Пояснила мама. – Кто-то приходил?

– А, это, – Почесала лоб, пытаясь придумать правдоподобную отговорку. – Нет, просто заварила заранее вторую порцию.

Поджала губы, понимая, насколько нелепо прозвучали эти слова.

– Ну–у–у, ладно. – Очевидно удивлённая подобным поведением, протянула мама. – Но я бы на твоём месте не пила столько на ночь.

Нервно засмеялась, продолжая держаться рукой за дверную ручку.

– Идёшь во двор? – Чрезмерно наблюдательно, спросил отец.

– И все-то они замечают. – Пробухтела под нос.

– Что? – Переспросил он.

– Да, хотела выпить чай на улице и подышать свежим воздухом перед сном…

– "Тыковка", у тебя все хорошо? – Взволнованно спросила мама, направляясь в мою сторону.

– Все отлично, – Останавливая ее жестом, сказала я. – Правда. Идите, переодевайтесь, принимайте душ, а я… Попью чай во дворе и вернусь домой спать. Ладно?

Не знаю, переглядывались ли они, крутили ли пальцем у виска, однако после продолжительной паузы, которая показалась мне вечностью, наконец-то, выдохнули: "Хорошо" и отправились наверх.

– Это что, очередной кризис? – Стараясь говорить тихо, спросил отец.

– Не знаю, может у нее эти дни? – Ответила мама, из-за чего мне захотелось провалиться под землю.

Однако вместо этого я провалилась за дверь. Во внутренний двор, в руки Марка, который тут же заткнул мне рот ладонью.

– Тише. – Словно сообщник в каком-то преступлении, прошипел он. – Не кричи.

Оттолкнула мужскую руку, не сразу осознав, что стою, прижавшись к нему.

– Отпусти меня. – Прошипела с угрозой.

– Обязательно, – Не ослабляя хватки, ответил Марк. – Но сначала ответь.

– Что? – В непонимании, спросила я, совершенно потеряв нить происходящего.

– Ты хочешь увидеться завтра? Со мной? – Делая слишком забавное уточнение, спросил парень.

– Да. – Без раздумий выпалила я, слишком возбуждённая, чтобы мыслить здраво.

Так, как и полагается делать прежде, чем соглашаться на встречу с человеком, который обещал мне какие-то сложности и, по всей видимости, проблемы.

– Отлично, тогда жди. – Отпуская меня и делая шаг назад, ухмыльнулся Марк.

– Жди? Чего? – В панике забегав глазами по двору, что поглотил "вредителя" своим полумраком, спросила я.

– Узнаешь. – Тихо прохохотал Марк и тут же перепрыгнул через забор, приземляясь с характерным шуршанием на гравий.

– В галерею? – Звякнув вилкой о тарелку, переспросил папа.

– Ну, да. Там есть электронный путеводитель. Хочу пройтись по выставке и послушать о художниках ренессанса. – Стараясь не подавать вида, насколько бредово звучала эта затея даже для меня самой, сказала я.

– "Тыковка", не пойми меня неправильно, но… – Я ощущала мамино напряжение, которое сочилось из ее пор, вместе с пряностью тревоги, однако старалась продолжать вести себя спокойно и немного глуповато.

Так, словно бы не видела в своем желании ничего плохого и нелепого. Будто бы подобный абсурд был в моем стиле и ни капли не шокировал меня саму.

– У тебя все хорошо? – Закончил за маму отец. – У тебя что, какие-то проблемы в школе? Это на тебе так сказывается стресс? Ты пытаешься скрыть от нас свое волнение и переживания?

– Пап, я же не татуировку на лице набить хочу, – Нервно усмехнулась, закатив глаза и мысленно послав Марка, куда подальше. – Это всего лишь выставка. Выставка картин. Я не иду делать что-то аморальное.

– Мы и не говорили этого, просто…

– Просто, ты никогда не интересовалась подобными вещами. – Вступила мама.

– Я раньше вообще ничем не интересовалась кроме музыки. – Капризно скрестила руки на груди.

Молчание родителей, говорило о том, что я разила в цель.

– А знаешь что, – Заплясав своими размытыми конечностями, сказал папа. – А давай!

– Давай, что? – В недоумении спросила я.

– Поедем на эту твою выставку ренессанса, будь она не ладна в воскресенье утром. – Прохохотал он, ожидая от нас с мамой поддержки.

– Но… Ты… – Совершенно ни этого добиваясь от родителей, принялась мычать я.

– Да-да, знаю. Лучший отец не планете.

– Чарли. – Наверняка закатывая глаза к потолку, усмехнулась мама.