Антония Айрис – Дети Теней 2. Даже зеркала лгут (страница 4)

В класс вошла Далия.

Она выглядела не как ученица, опоздавшая на первый урок, а как звезда, которая дала публике время разогреться. Идеально отутюженная форма (ни единой складки, словно ткань боялась её расстроить), волосы, лежащие тяжелой, глянцевой волной, и взгляд, устремленный чуть выше голов остальных.

Но Лея, сидящая у окна, прищурилась. Она видела, как под слоем тонального крема на виске Далии бьется тонкая синяя жилка. А вокруг её шеи, словно невидимый шарф, затягивалась тонкая, серебристая леска. Тревога. Далия боялась, что её выход не оценят.

Реакция последовала мгновенно.

Кайден Росс, который секунду назад наклонялся к Елене, шепча ей что-то, от чего та краснела и хихикала, выпрямился. Его движение было таким плавным и быстрым, словно он был сделан не из костей и мышц, а из ртути.

Елена застыла с полуоткрытым ртом. Её смех оборвался, превратившись в нелепый писк. Лея увидела, как вокруг кудрявой головы Елены лопнул желтый пузырь радости, и на плечи осело липкое серое облачко разочарования.

Кайден этого «не заметил». Он уже был рядом с Далией.

— Мы начали волноваться, — его голос был глубоким, обволакивающим, специально настроенным на частоту «Забота и Обожание». Он галантно отодвинул стул рядом с собой (с которого только что смахнул вещи Елены). — Твоё место ждало тебя. Как и я.

Далия чуть вскинула подбородок. Её аура, до этого подрагивающая от неуверенности, вспыхнула ярким, но холодным золотым светом. «Меня выбрали. Я всё еще важна». Она села, даже не взглянув на Елену, которую только что публично «отменили».

— Спасибо, — бросила она, поправляя волосы. — Пробки в Верхнем Городе. Дроны доставки совсем сошли с ума из-за распродажи свежего воздуха.

В классе повисла тишина. Все наблюдали за этой сценой: кто-то с завистью (Эрика с задней парты сжала ручку так, что побелели пальцы), кто-то с восхищением.

— Оскар в студию! — громкий шепот Саши разрезал тишину, как нож консервную банку.

Он сидел, вальяжно откинувшись на стуле, и крутил в пальцах карандаш.

— Серьезно, Кен, — фыркнул он, глядя прямо на Кайдена. — Ты переобуваешься быстрее, чем мой телефон ловит вай-фай. Елена, ты как? Шею не продуло от такого резкого ветра перемен?

Класс прыснул. Напряжение, которое нагнал Кайден своим «идеальным выступлением», лопнуло. Кайден медленно повернул голову. Его улыбка не дрогнула, но Лея увидела, как его Зеркальная аура на мгновение пошла рябью, отражая холодную, острую сталь.

— Зависть плохо влияет на цвет лица, Новак, — мягко сказал он. — Тебе бы к косметологу. Или к психиатру.

— А тебе — к ветеринару, — парировал Саша, подмигивая обоими глазами сразу (нервный тик сработал идеально). — Проверить, есть ли у тебя сердцебиение, или ты работаешь на батарейках.

Далия резко развернулась: — Заткнись, Рыжий. Твои шутки дешевле, чем распродажа в Нижнем Городе.

Саша лишь развел руками, но Лея заметила, как он сжал карандаш. Жаба на его груди довольно квакнула. Он защищался нападением.

В этот момент дверь снова открылась. На пороге стоял Мистер Штольц.

Он не стал кричать «Тишина!» или стучать указкой. Он просто вошел, и класс замолк сам собой. Штольц обладал удивительной способностью: он носил самый скучный в мире твидовый пиджак, но смотрел на учеников так, будто знал пин-коды от их банковских карт и самые стыдные секреты.

— Обмен любезностями закончен? — сухо спросил он, проходя к столу. — Прекрасно. Потому что сегодня мы не будем тратить время на выяснение, у кого рейтинг длиннее.

Он резко развернулся к доске и размашистым почерком написал одно слово:

ИЛЛЮЗИЯ

— Кто скажет мне, что это? — он обвел класс взглядом. — Мира?

Мира Коваль поправила очки. — Искажение восприятия, при котором мозг интерпретирует сенсорные данные неверно, — отчеканила она. — Ошибка кода реальности.

— Технически верно, но скучно, — кивнул Штольц. — Кайден? Твоя версия.

Кайден улыбнулся своей фирменной улыбкой «32 зуба успеха». — Иллюзия — это то, что позволяет слабым людям чувствовать себя лучше. Это... мечта, к которой нужно стремиться.

Штольц хмыкнул. — Красиво. Как в рекламном буклете. А теперь, — он достал из портфеля два яблока. Одно было идеально красным, глянцевым, словно налитым светом. Второе — маленьким, сморщенным, с пятнышком на боку.

— Представьте, что это ваш обед. И ваш статус. Какое вы выберете?

— Красное, — не задумываясь, сказала Далия. — Очевидно. Оно качественное.

— Качественное... — протянул Штольц. Он взял скальпель (у него всегда был скальпель, никто не знал почему) и разрезал идеальное красное яблоко пополам.

Внутри оно было серым. Рыхлая, сухая мякоть, похожая на вату. — Это — муляж, — сказал учитель, бросая половинки в мусорное ведро. — Генетически модифицированная пустышка. Выглядит дорого, на вкус как картон. Создана, чтобы лежать на витрине месяц и не портиться.

Затем он взял сморщенное яблоко и разрезал его. Брызнул сок. По классу поплыл настоящий, кислый, живой запах. — А это — антоновка. Некрасивая. Нестандартная. Но живая.

Он вытер руки платком. — Тема сегодняшнего урока: «Эффект Ореола и Цена Красивой Картинки». Мы поговорим о том, почему вы верите тем, кто хорошо выглядит, и презираете тех, кто выглядит... иначе.

Он посмотрел прямо на Кайдена, а потом перевел взгляд на Сашу.

— Убирайте учебники. Доставайте телефоны. Сегодняшний тест пройдет в ваших любимых социальных сетях. Задание: найти три профиля, которые вам нравятся. И доказать мне, что эти люди — не гнилые яблоки.

Лея почувствовала, как внутри всё сжалось. «Он знает. Он всё знает про нас». Она посмотрела на Кайдена. Тот сидел прямо, но его Зеркальная аура на секунду пошла трещинами, обнажая пустоту.

Штольц улыбнулся — недобро, но честно. — Время пошло. И помните: в этом кабинете лайки не конвертируются в оценки. Здесь валюта одна — правда.

Саша склонился к Елене и шепнул: — Кажется, сегодня у кого-то упадут охваты.

Лея посмотрела на него. Жаба на его груди стала меньше. Сморщилась. Штольц своим яблоком сделал то, что не смогла бы сделать Лея — он показал, что быть «кривым» не страшно. Страшно быть ватным.

— Спорим, Кен выберет свой собственный профиль? — прошептала она в ответ.

Саша фыркнул, прикрывая рот ладонью. И этот звук был самым настоящим во всем классе.

Штольц вытер скальпель белоснежным платком и снова поднял «живое» яблоко.

— Прежде чем мы начнем вскрытие чужих профилей, нужно усвоить базу. — Он подбросил яблоко в воздухе. — Внимание, вопрос. Это яблоко — кислое. Это факт или мнение?

— Факт, — буркнул Джаспер. — Вы сами сказали, что это антоновка. Скулы сводит.

— Садись, Джаспер. Два балла за логику, десять за уверенность, — Штольц покачал головой. — То, что яблоко кислое — это мнение. Твоим рецепторам кисло. А вот червяку внутри, возможно, сладко.

Класс зашушукался.

— А вот то, что в этом яблоке содержится фруктоза и железо — это факт, — продолжил учитель. — Запомните правило, которое спасет вам кучу нервов и денег: Факт — это реальность. Мнение — это отношение к реальности. Когда вам пишут: «Ты урод» — это мнение. Оно принадлежит автору, а не вам. Когда вам пишут: «У тебя рейтинг 100 баллов» — это факт. Чувствуете разницу?

Лея кивнула. Это было похоже на то, как она разделяла эмоции: вот Синий Камень (грусть — факт присутствия эмоции), а вот то, что «грустить плохо» (мнение Системы).

— Итак, к барьеру, — Штольц указал указкой на Сашу. — Новак. Твой «пациент».

Саша бодро вскочил, подключил свой телефон к проектору. На доске высветился профиль какого-то парня в золотых очках, сидящего на капоте красного спорткара. Ник: @King_Of_Life_777. Подпись: «Пока ты спишь, я зарабатываю. Купил эту малышку с одной сделки. Хочешь так же? Пиши в личку».

— Прошу, — Саша сделал приглашающий жест, как фокусник. — Анализ пациента.

— Факт номер один, — начал Саша голосом телеведущего программы о животных. — На заднем плане виден автобус с рекламой йогурта, которая закончилась три года назад. Вывод: фото старое или украдено из архива. — Факт номер два: — Саша увеличил отражение в золотых очках парня. — В очках отражается не элитный небоскреб, а бабушка с тележкой и панелька Нижнего Города. — Мнение пациента: Он король жизни. — Суровая реальность: Он взял машину в аренду на пять минут, чтобы продать нам воздух. Диагноз: Гнилое яблоко с ароматизатором «Успех».

Класс взорвался смехом. Даже у Эрики, обычно не смеявшейся над шутками «низов», дрогнули бы губы, будь она с ними.

— Блестяще, — кивнул Штольц. — Новак, ты только что сэкономил классу деньги, которые они могли бы потратить на его курс. Десять баллов.

Саша картинно поклонился, но Лея видела: Оранжевый Мячик над его головой (желание понравиться) сдулся, уступив место чему-то колючему и серому. Страху. Саша высмеивал ложь, потому что сам боялся быть разоблаченным.

— А теперь — тяжелая артиллерия, — Штольц повернулся к первой парте. — Кайден. Твой ход.

Кайден нехотя встал. Его идеальное лицо выражало вежливую скуку человека, которого заставили объяснять таблицу умножения муравьям.

— Я не вижу смысла в этом копании в грязи, — холодно произнес он. — Успешные люди не анализируют неудачников. Они создают тренды.

— Вот как? — Штольц присел на край стола. — То есть, критическое мышление — это для бедных?