Антония Айрис – Дети Теней 2. Даже зеркала лгут (страница 13)

— Мы поступили иначе, — сказал Ян. — Мы инвестировали в Лею.

— Мы устранили ошибку системы, — поправила Яна. — Анонимно.

— Лея поймет, — уверенно сказал Ян. — У неё высокий коэффициент проницательности. Она сопоставит факты. Раздевалка. Телефон. Название фонда «Белое Крыло».

— Поймет, — согласилась Яна. — Но промолчит. Потому что понимает: благодарность создаст социальный долг. А мы ненавидим долги.

В комнате повисла тишина. Это была не пустая тишина одиночества. Это была совершенная тишина. Тишина двух разумов, работающих на одной частоте.

Им не нужно было говорить друг другу, что они сделали это не ради «налогового вычета». И не ради «стабилизации актива».

Они сделали это, потому что Лея, Саша, Мира и остальные... они были интересными. Они были живыми. Они были хаосом, который хотелось не уничтожить, а изучить. И защитить.

— Завтра контрольная по физике, — сказала Яна, вставая. — Тема: термодинамика.

— Скука, — отозвался Ян. — Я решу её за 12 минут.

— Я за 10. Статистически, мой нейронный отклик утром выше.

— Принято. Проигравший платит за горячий шоколад для Веры. Она сегодня выглядела слишком прозрачной. Ей нужна глюкоза для уплотнения материи.

— Согласна. Оптимизация состояния членов команды — приоритет.

Они разошлись по своим комнатам, не сказав «спокойной ночи». Им это было не нужно. Они и так всегда были вместе, даже когда спали в разных крыльях дома.

Два белых луча в темном царстве. Холодные, как лазер. Но лазер тоже может сжигать тьму. И иногда — согревать тех, кто замерз.

Частный клуб «Железная Лилия». Утро субботы.

Если бы кто-то спросил Яна Вайса, что такое идеальное утро, он бы ответил формулой: «Физическая нагрузка плюс стратегическое планирование, минус социальный шум».

Зал для фехтования был пустым. Только звон стали о сталь и дыхание двух людей, работающих в абсолютной синхронизации.

Ян и Яна были одеты в черную экипировку (белая была бы слишком банальной для «Белых Ангелов»). Маски скрывали лица, но по движениям их было невозможно спутать.

Ян атаковал — резко, прямолинейно, как математическая аксиома. Яна парировала — мягко, текуче, уводя клинок брата в сторону, как воду в русло реки.

— Туше, — выдохнул Ян, когда кончик рапиры сестры коснулся его груди. — Твоя реакция сегодня выше на 0.4 секунды.

Они сняли маски. Волосы, взмокшие от пота, казались еще белее на фоне черных костюмов.

— Ты слишком полагаешься на агрессию, — заметила Яна, беря полотенце, которое ей тут же подал дрон-ассистент, бесшумно паривший рядом. — Кайден заразил тебя своей прямолинейностью?

— Кайден — это тупой топор, — фыркнул Ян. — А я тренирую пробой защиты.

Они вышли из зала, направляясь в душ. Клуб был элитным, но здесь не было лишней роскоши. Только функциональность, доведенная до абсолюта.

— Кстати, о Кайдене, — сказал Ян, когда они уже сидели в лаунж-зоне, попивая ионизированную воду. — Система безопасности дома зафиксировала три попытки сканирования нашей локальной сети. Источник — IP-адрес, зарегистрированный на подставную фирму отца Кайдена.

— Он ищет компромат? — Яна лениво пролистала ленту новостей на прозрачном планшете. — Как примитивно.

— Он ищет уязвимости. Он думает, что мы — такие же, как он. Что у нас есть скелеты в шкафу.

— У нас нет шкафов, — Яна усмехнулась. — У нас встроенные системы хранения.

К их столику подошел официант — живой человек, пожилой мужчина с безупречной осанкой. — Ваш протеиновый коктейль, мистер Вайс. Мисс Вайс.

— Спасибо, Ганс, — кивнул Ян.

Когда официант отошел, Яна заметила: — Ты заметил? У него артрит. Левая рука дрожит.

— Заметил, — Ян сделал глоток. — Надо сказать отцу, чтобы перевел его на административную должность. В архиве нагрузка на суставы меньше.

— И оплатить курс лечения в нашей клинике, — добавила Яна. — Это повысит его лояльность и продлит срок службы как эффективной единицы.

Они переглянулись. Для любого другого это прозвучало бы цинично. «Продлить срок службы». Но для них это была высшая форма заботы. Они не умели жалеть. Они умели чинить.

— Почему мы не используем роботов? — вдруг спросила Яна, глядя вслед Гансу. — Технически, дрон справился бы быстрее.

— Технически — да, — согласился Ян. — Но социально это было бы ошибкой. Если мы заменим персонал на роботов, уровень безработицы в Нижнем Городе вырастет на 15%. Это приведет к росту преступности, снижению покупательной способности и, как следствие, падению прибыли наших же предприятий.

— То есть, мы нанимаем людей, чтобы они могли покупать наши товары? — уточнила Яна.

— Мы нанимаем людей, чтобы сохранить баланс, — поправил Ян. — Живой человек нуждается в работе. Работа дает ему смысл и рейтинг. Если мы заберем у них работу, мы получим хаос. А мы ненавидим хаос.

— Рационально, — кивнула Яна. — Эффективная человечность.

Конюшня «Зенит». Час спустя.

Два черных коня, гладких, как обсидиан, неслись по манежу.

Для Близнецов верховая езда была не спортом, а медитацией. Контакт с животным, которое не знает, что такое рейтинг, и не умеет врать, был для них способом «заземлиться».

Ян легко спрыгнул с коня, похлопав его по шее. — Хороший мальчик, Орион.

К нему тут же подбежал конюх — молодой парень, V4, в потертом комбинезоне. — Мистер Вайс, всё в порядке? Орион сегодня немного нервничал...

— Он в порядке, — Ян достал из кармана яблоко (настоящее, не пластиковое) и скормил коню. — Проверьте вентиляцию в третьем стойле. Там сквозняк. Это влияет на его настроение.

— Конечно, сэр! Я сейчас же...

— И наденьте куртку, — бросила Яна, проходя мимо и ведя свою лошадь, Кассиопею. — На улице +12. Если вы заболеете, кто будет следить за Орионом? Нам нужен здоровый персонал.

Парень опешил, потом торопливо кивнул. — Да, мисс Вайс! Спасибо!

Близнецы вышли на улицу, где их ждал черный электрокар с водителем.

— Мы выглядим как злодеи из бондианы, — заметила Яна, садясь в машину. — Черные кони, черная машина, белые волосы. Не хватает только кота.

— У Миры есть кот, — вспомнил Ян. — Виртуальный.

— Это не считается. Нам нужен настоящий. Сфинкс. Лысый и злой.

— У нас аллергия на шерсть, — напомнил Ян.

— Сфинксы лысые, гений.

— У них есть перхоть. Статистически, 80% аллергиков реагируют на сфинксов.

— Зануда, — Яна улыбнулась. Это была редкая, настоящая улыбка, которая касалась глаз.

Машина плавно тронулась, унося их в сторону дома.

— Что с Кайденом? — спросила Яна, глядя на проплывающие мимо рекламные щиты «V-Life».

— Он не успокоится, — Ян потер переносицу. — Он нарцисс в стадии декомпенсации. Наш отказ для него — как красная тряпка. Он попытается ударить по слабому звену.

— По Далии? — предположила Яна.

— Нет. Далия уже у него в кармане. Он ударит по тем, кто дает ей альтернативу. По 7-С.

— Пусть попробует, — Яна сузила глаза. — Мы только что сделали ремонт. У нас крепкие стены.

— И у нас есть преимущество, — добавил Ян. — Мы знаем, что он пустой. А он думает, что мы — просто богатые снобы. Ошибка в оценке противника — это 90% поражения.

— А остальные 10%?

— Это Саша Новак и его способность создавать проблемы на ровном месте, — усмехнулся Ян. — Хаос против Пустоты. Я ставлю на Хаос.