Антонина Смирнова – Карьера демона-искусителя (страница 10)
3.
Люба сидела на кухне, закутавшись в свой верный халат с котиками (который уже больше походил на потертый мешок), когда Азик материализовался прямо на холодильнике, свесив ноги.
– Детка, у нас серьезный разговор, – начал он, швыряя в нее шоколадной оберткой. – Ты собираешься всю жизнь проходить в этом… этом… что это вообще такое? Походный палаточный комплект?
Люба нахмурилась:
–Мой любимый халат!
–Любимый? – Азик закатил глаза так, что Люба испугалась, как бы они не застряли. – Он выглядит так, будто его уже любили… лет двадцать подряд. В угольной шахте.
Он спрыгнул и начал кружить вокруг нее, как модный консультант в самом дорогом бутике.
– Ты же раньше танцевала? Давай вернем ту огненную чикаду, что прячется под слоем пижамы и обид!
– Мне 35, а не 20! – возмутилась Люба, машинально подтягивая халат на груди.
– О, отлично! – воскликнул Азик. – В 20 ты знала, как двигаться. В 35 ты знаешь, как двигаться, чтобы мужчина не просто смотрел… – он сделал паузу, подмигнув, – …а горел. В прямом и переносном смысле.
Люба покраснела, но Азик не унимался:
– Представь, как Дима обалдеет, когда увидит тебя не в этом… э-э-э… «творении текстильной промышленности», а в чем-то… – он щелкнул пальцами, и на Любе вдруг оказался черный кружевной комплект, – …рвущемся.
– А-а-а! – завизжала Люба, пытаясь прикрыться руками. – Сними это немедленно!
– Ну ладно, – вздохнул Азик, возвращая ей халат. – Но хотя бы представь его лицо. Димы. Когда он увидит тебя в таком. А еще лучше – когда увидит тебя в таком НА КОМ-ТО ДРУГОМ.
–Что?!
– Шутка! – засмеялся демон. – Хотя… это бы точно его встряхнуло. Но давай начнем с малого – с танцев. Бачата. Страсть. Бедра. И никаких халатов!
Люба вздохнула, но в уголках губ уже играла улыбка.
– И что, это правда сработает?
Азик ухмыльнулся, показывая все свои острые зубки:
– Детка, я 500 лет искушаю людей. Когда это у меня НЕ срабатывало?
Люба нервно переступала с ноги на ногу у входа в танцевальную студию, сжимая в потных ладонях купленный по скидке абонемент. Надпись «Для начинающих» вдруг замигала и изменилась на «Для тех, кто хочет начать… и закончить красиво».
– Азииик! – прошипела она, ощущая знакомый холодок за ухом.
– Что? Я просто уточнил! – засмеялся демон, невидимо обвиваясь вокруг ее талии. – О, смотри, твой инструктор – просто конфетка! 28 лет, кубинские корни… и явно знает, куда класть руки.
Перед ними стоял Артем – высокий, с кожей цвета темного шоколада и улыбкой, от которой у Любы вдруг перехватило дыхание. Его белая рубашка намеренно небрежно расстегнута, открывая…
– Детка, перестань пялиться на его грудь, ты же не в мясном отделе! – захихикал Азик.
– Рад вас видеть в нашей группе, – голос Артема звучал, как теплый ром. Он взял Любу за руку, и она почувствовала, как по спине пробежали мурашки. – Сегодня будем учиться чувствовать ритм… и партнера.
Его ладонь легла на ее поясницу, притягивая ближе. Слишком близко. Очень близко.
– Расслабьтесь… да, вот так…
«О боже, он прижимает тебя к тому самому месту! – Азик буквально визжал у нее в ухе. – И, о да, он точно представляет тебя без юбки! Хотя, учитывая, как ты дрожишь, возможно, и без кожи!»
Люба попыталась сосредоточиться на шагах, но все ее существо было занято тем, что:
1. Твердое предплечье Артема под ее пальцами
2. Его бедро между ее бедер
3. Этот чертовски соблазнительный запах – смесь дорогого парфюма и по-настоящему горячего мужчины
«Не дыши так громко, детка, – продолжал издеваться Азик. – Он уже заметно возбужден! Ой, или это ты? Нет, определенно вы оба!»
Когда Артем провел рукой вдоль ее спины в очередном движении, Люба издала звук, средний между чихом и стоном. Инструктор улыбнулся:
– Я вижу, вы действительно чувствуете музыку.
«О да, она чувствует не только музыку! – хохотал Азик. – Я бы сказал, она сейчас чувствует все на свете!»
К концу занятия Люба была краснее, чем кубинский флаг, мокрее, чем дождевой лес, и… черт возьми, она не чувствовала себя такой живой уже лет пять!
– До следующей недели, – Артем поцеловал ей руку, задерживая взгляд дольше необходимого. – Вы… очень способная ученица.
– Он хочет дать тебе частные уроки! – завопил Азик, когда они вышли на улицу. – В своем доме! Без свидетелей! Ну кроме меня, конечно.
Люба молчала, все еще ощущая на своей спине след от его ладони.
–Я… я должна признать… это было…
– Потрясающе? Возбуждающе? Лучше, чем секс с Димой в последние три года?
– …интересно, – наконец выдавила она, но в уголках губ играла предательская улыбка.
Через месяц регулярных танцев с Артемом Люба не просто изменилась – она переродилась, как бабочка, только вместо кокона у нее был демон-мотиватор и горячий кубинский инструктор.
Сексуальное напряжение на паркете дало неожиданный эффект. Лера похудела на 5 кг, причем исключительно из «злых» мест. Живот, который раньше прятался под халатом, как стыдливый крот, ушел. Бока теперь стали не «ушки», а соблазнительные изгибы. С лица исчезло выражение «я тебя ненавижу», появилось «я знаю, что ты на меня смотришь».
Азик проводя когтем по ее талии:
– Ого, тут теперь можно ножницы хранить! Но лучше не надо – вдруг Дима наконец-то решит ими воспользоваться?
Азик настоял на походе в бутик «для взрослых», где Люба последний раз была в прошлой жизни.
Продавец с улыбкой:
– Вам что-то классическое? У нас есть милые хлопковые комплекты…
Азик в ухо Любе:
– «Классическое» – это когда муж засыпает, не дойдя до тебя! Бери этот черный кружевной сет – он кричит: «Сними меня зубами!»
Люба покраснела, но купила. И еще один комплект – красный, «на случай, если черный порвется» (слова Азика, не ее).
Парикмахер не поверил своим глазам, когда Люба сказала:
– Хочу что-то женственное.
Азик пока парикмахер подбирал краску:
– «Женственное» – это не «удобно для мытья раз в месяц»! Давай длинные волны, чтобы Дима путался в них, как в своих мыслях!
Когда Люба увидела результат, она впервые за пять лет почувствовала желание сделать селфи.
На работе все ахнули:
Коля-стажер, роняя папку с документами:
– Люба… вы… вы…
Азик шепчет:
– Он хочет сказать: «Вы потрясающая!», но язык заплетается ниже пояса.
Бухгалтер Ольга прищурившись: