Антонина Смирнова – Карьера демона-искусителя (страница 12)

–Я… я не умею…

Азик в восторге:

– О, он уже представляет, как этот кубинский красавчик учит тебя «танцевать» дома! В его голове прямо сейчас горячее латиноамериканское порно!

Люба улыбнулась и потянулась к мужу:

–Я научу. Это же всего лишь… движения бедрами.

Дима сделал первый шаг так, будто шел по раскаленным углям.

– Я же говорил, что не умею, – пробормотал он, уворачиваясь от взглядов других танцующих.

Люба ловко поймала его руки и поставила себе на талию.

–Просто расслабься, – прошептала она, чувствуя, как его пальцы дрожат. – Представь, что это… эм… корпоратив.

– На корпоративах я обычно пью, – хрипло ответил Дима, но его ладони уже начали скользить по ее бокам с опасливым любопытством.

Азик, невидимый для всех, катался по воздуху от смеха: «О дааа! Он сейчас как подросток на первом свидании! Только в его случае это больше похоже на последний шанс!»

Музыка становилась медленнее, ритм – чувственнее. Люба почувствовала, как бедра Димы нерешительно двигаются в такт.

– Вот видишь, получается же, – она намеренно прижалась к нему, услышав его резкий вдох.

– Черт возьми, – прошептал Дима, и в его глазах вспыхнуло что-то давно забытое. Его руки внезапно стали увереннее, сильнее прижимая ее к себе.

Азик замер в воздухе, впечатленно свистнув:

– Ого-го! Кажется, в нем проснулся самец! Сейчас он мысленно срывает с тебя это платье зубами! Ну или пытается – вспомнил, что у него коронки!

Люба закинула голову назад, позволяя его губам коснуться шеи.

– Мы же можем танцевать и дома, – прошептала она, чувствуя, как его тело мгновенно откликается на намек.

– Домой. Сейчас же, – хрипло прошептал Дима, сжимая ее талию так, что перехватило дыхание.

Азик ликовал:

– Миссия выполнена! Хотя… – он озорно подмигнул, – мне все равно интересно, что там насчет этого кубинца…

Такси до дома они ждали всего три минуты, но для Димы это были самые долгие три минуты в его жизни.

Дверь едва успела захлопнуться, когда Дима прижал Любу в прихожей к стене так, что по штукатурке побежали трещинки. Его ладони впились в ее бедра, оставляя следы на тонкой ткани платья.

– Ты что, специально это делаешь? – его голос звучал хрипло, как будто он пробежал марафон, а не проехал пять минут на такси.

Люба притворно округлила глаза, чувствуя, как его твердое тело прижимает ее к поверхности. Он был горячим, как уголек, и так же обжигал.

– Что? – она сделала вид, что не понимает, но ее предательски дрогнувшие губы выдавали.

Дима не стал объяснять. Вместо этого он прикусил ее шею, заставив вскрикнуть, а затем захватил ее рот в поцелуй – глубокий, властный, без права на отступление.

Его руки рвали молнию платья, не дожидаясь разрешения. Ткань соскользнула на пол с шепотом, который звучал как: «Наконец-то».

– Заставляешь меня сходить с ума, – прошептал он ей в губы, уже поднимая ее на руки, чтобы прижать выше, крепче, так, чтобы между ними не осталось ни миллиметра воздуха.

Люба вцепилась в его волосы, слыша, как где-то в углу Азик орет от восторга:

– ДА! ВОТ ТАК, СУЧКА! НАКОНЕЦ-ТО!

Но его голос тонул в гуле крови в висках, в стуке сердец, в звоне разбивающейся вазы (они даже не поняли, кто ее задел).

Дима не говорил – он действовал, срывал с нее остатки одежды, прикусывал чувствительную кожу на внутренней стороне бедра, входил в нее с первого раза, без прелюдий, без нежностей – только ярость, только голод, только «я тебя хочу, черт возьми».

Люба закинула голову назад, впиваясь ногтями в его плечи. Она не помнила, когда последний раз было так горячо. Может, никогда.

И когда волна накрыла ее, смывая все мысли, она успела подумать только одно: «Азик, ты гений.»

На следующее утро они нашли трещину в стене. Дима пообещал зашпаклевать. Люба сказала – пусть остается. На память.

Люба лежала, раскинувшись на простынях, которые теперь выглядели так, будто через них проехал ураган. Она лениво проводила пальцем по потной груди Димы, вырисовывая невидимые узоры.

– Значит, мне больше нельзя на танцы? – спросила она, притворно надув губы.

Дима, который пять минут назад едва мог перевести дух, внезапно оживился. Он перевернулся на бок, прижав ее к матрасу всем весом.

– Можешь ходить… – его голос звучал хрипло, а глаза блестели опасным блеском, – Но только если я буду твоим партнером.

В углу комнаты раздался громкий вздох. Азик, сидя на комоде и болтая ногами, закатил глаза так, что они чуть не остались в потолке.

– Ну вот, теперь мне искать новую подопытную… – демон проворчал, швыряя в них смятым презервативом (который, конечно же, пролетел сквозь них, потому что невидимый). – Вы даже не представляете, сколько усилий я вложил в этот брак! А теперь что? Вы будете счастливы? Трахалки по расписанию? Романтические ужины? Фу!

Люба засмеялась и потянулась к Диме, но он уже снова накрывал ее своим телом, явно не собираясь останавливаться на одном раунде.

– Я передумал, – прошептал он ей в губы. – Танцы отменяются. Нам есть чем заняться дома.

Азик вскинул руки в драматическом жесте:

– Вот и все! Я ухожу! Найду себе другую пару – может, у соседей проблемы в постели?

– Хотя… если что, я всегда в твоем шкафу. Между кружевным бельем и старыми халатами.

На следующее утро Дима действительно записался на бачату. А через неделю они пропустили три занятия подряд. Но это уже совсем другая история…

Гостинная пахла свежим кофе и чем-то неуловимо греховным. Люба, свернувшись калачиком на диване в новом шелковом халате (прежний, с котиками, таинственно исчез), наблюдала, как Дима разбирает почту – с той самой сосредоточенной морщинкой между бровями, которая когда-то сводила ее с ума.

В углу, развалившись на их любимом кресле, Азик грустно ковырял вилкой в торте «Счастливой годовщины» (которого никто не заказывал).

– Ну вот, – демон вздохнул, швыряя вилку, которая намеренно застряла в стене, – брак спасен, страсть вернулась, даже ипотека теперь кажется вам не такой страшной. Он сделал паузу и скорчил гримасу: Фу.

Люба приподняла бровь:

– Ты же сам этого хотел.

– Я?! Азик вскочил, размахивая руками. Я должен был развращать! Сеять хаос! Разводить вас на грехопадение! А вместо этого… Он махнул рукой в сторону кухни, где Дима добровольно мыл посуду. Сделал тебя счастливой. Меня уволят! В аду за такое в смолу окунают!

Люба не сдержала улыбки, подошла и, невзирая на протестующий визг, поцеловала демона в лоб.

– Спасибо, рогатый. Ты – лучший брачный консультант.

Азик замер, его красные глаза округлились. «Это… это как святая вода, только противнее!» – пробормотал он, но уголок рта предательски дернулся.

– Ладно, мне пора, – демон вздохнул, подмигнув. Но знайте: если опять заскучаете…

Он щелкнул пальцами – и исчез в клубе дыма с запахом жженого сахара и чего-то запретного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.