Антонина Штир – Ловушка для защитника миров (страница 35)
Приблизить, ещё чуть-чуть, вот. Внутри дома, на грязных тряпках, прямо на полу лежит человек. Он совсем один, ему больно, он стонет.
— Помогите! — шепчут его губы едва слышно.
В других домах то же самое, только количество людей везде разное: где два, где три человека. Все они лежат, смотрят в потолок и беззвучно шевелят губами.
В последнем осмотренном мною доме в детской кроватке спал ребёнок, и чёрное текучее нечто наклонилось над ним.
— Нет! — вскрикнула я, хотя знала, что меня там слышать не могут.
Существо повернуло голову, и я увидела его глаза: чёрные, как ночь, с серебристыми всполохами внутри. А лицо… хотя едва ли у него было нормальное лицо. На месте носа — пустое место, а рот словно кривой росчерк ножа.
Я отшатнулась от экрана — казалось, монстр смотрит прямо на меня. Нет, конечно, этого не могло быть.
Существо снова взглянуло на ребёнка — это был мальчик, совсем маленький, лет двух или трех. Из чёрного тела высунулась рука — вот она вовсе не отличалась от человеческой — и погладила детскую ладонь. Совсем недолго, всего пару секунд, и монстр направился к выходу. В глубине его чёрного переливающегося тела вспыхнул и тут же погас золотистый свет, но я успела разглядеть. Осколки золотого сердца — артефакта жизни.
Я вскочила со стула, взволнованно забегала по залу. Надо позвать Рейнольда и отправиться туда, в мёртвый мир. Быть может, мальчика ещё можно спасти.
Но, когда я тихонько приоткрыла дверь его спальни и заглянула внутрь, Рейнольд спокойно спал в позе звезды, слегка подхрапывая во сне. Неяркое пламя камина бросало таинственные тени на его лицо с тёмными полукружиями ресниц и чуть подрагивающими веками. Он такой красивый, когда спит, сразу верится, что он не человек.
Идти в тот мир одной страшно. Там ведь не стибраксы, а крэд, существо, которое не смогли победить даже ахтари, куда уж мне, человеку. И портал, ведущий в тот мир, заблокирован. Но если я позову Рейни, он вовсе меня не пустит, пойдёт один, а тогда буду волноваться уже я.
Что же делать? Я поцеловала колючую щёку — Рейнольд так и не побрился — и ушла, притворив за собой дверь. В тот же миг решение пришло само: запущу предсказатель и воспользуюсь его советами. Если промедлю, ребёнок… Нет, я не хотела думать, что он умрёт.
Я сделала всё то же, что Рейнольд, и только в последний момент сообразила, что не знаю название этого мира. Наудачу протянула руку и сформулировала так:
— Мир, где заточён крэд.
Подумав, добавила:
— Пожалуйста, мне очень нужно.
Короткую ленту буквально выплюнуло из отверстия, и она приземлилась точно мне в руки. Я прочла предсказание и приободрилась: всё должно получиться, и даже без Рейнольда.
— Спасибо, — подмигнула ящику, словно он был живой, и принялась за дело.
Ахтари спокойно спал у себя в комнате, освещённой лишь огнём в камине, и вдруг в его приятные сновидения, в которых Мия, совершенно голая, лежала в его постели, соблазняя, вклинился кошмар. Длинный лабиринт закручивался спиралью, и в центре спирали Ми умирала. Она лежала на полу лабиринта, одинокая и бессильная, с остекленевшими глазами. А Рейнольд бежал по коридорам, всё время видел вдалеке Ми, но никак не мог найти к ней проход. Он бежал, падал, вставал и снова бежал, а в чёрном небе над лабиринтом сверкали серебром чьи-то глаза, как два гигантских провала в бесконечность.
Раздался грохот, и сон оборвался. Рейнольд подскочил на постели, весь в холодном поту. Кочерга с каминной решётки переместилась на пол возле кровати, и Рейнольд сразу понял, что это дело рук Чудика.
Наверное, призрак хотел его разбудить, но зачем? Ещё несколько часов назад всё было в порядке: Мия поцеловала его на ночь и тоже пошла отдыхать, а он и не заметил, как заснул.
Что могло случиться?
Рейнольд наскоро оделся и, выйдя в коридор, хотел пойти в спальню Мии, но его остановили звуки из библиотеки. Какой был смысл Чудику бедокурить сейчас? Правильно, никакого, если, конечно, не произошло что-то из ряда вон выходящее.
Открыв дверь в хранилище знаний, ахтари увидел разбросанные книги. Похоже, Чудику понравилось общаться таким способом, и Рейнольд непременно отругал бы его, если бы не надпись, выложенная из книг.
«Мия в беде. Портальный зал» — прочитал он.
Он бежал так быстро, что чуть не врезался в стену, и сердце стучало как бешеное, наполняясь тревогой. Двери в Портальный зал были гостеприимно открыты, артефакты — око и перо — стояли по бокам одной из портальных арок. Эргер, вспомнил он, именно там пытались запечатать крэда. Но они же выяснили, что крэд сумел вырваться, почему Ми пошла туда?
Он помчался в Зал наблюдений и заскрежетал зубами в бессильной ярости: она использовала Предсказатель, а ещё повернула Ключ! С Междумирьем, правда, к счастью, ничего пока не случилось.
Лист предсказания валялся на полу. «Забрать у крэда сердце» — вот и всё, что там было написано. Экран пузыря почернел и не показывал ничего, никогда Рейнольд не видел такой цвет пузырей.
Мия, должно быть, увидела крэда на экране. Но почему она отправилась одна?
Больше не медля, Рейнольд вернулся к порталу, благодарно кивнул Чудику на стене и нырнул в арку. Потом ещё будет время поговорить, если… когда он её спасёт.
Негостеприимный мир встретил его пустотой и смертью. Кости, поникшие, высохшие растения, пыль и темнота. В небе над головой едва-едва светила голубая звезда.
Портал сделали на севере планеты, отсюда до ближайшего жилья, как понял Рейнольд, несколько часов пути, а Мия уже прошла часть его. Что будет, если она дойдёт до крэда раньше, чем он? Нет-нет-нет, застучало сердце, и Рейнольд припустил бегом, даже не видя, куда, во тьме.
Вокруг была чернота, лишь крохотная голубая точка сверкала вверху. Ни зги не видно в этом паршивом мире, и я чувствовала себя одним из поляков, которых заманил в лес Сусанин, только его роль здесь выполняла темнота.
Идти было тяжело, быстро двигаться не получалось. Я спотыкалась на камнях и валяющихся ветках, набивала синяки и вообще не понимала, в каком направлении иду.
Вдруг вдали загорелся огонёк тёплым, золотистым светом. Я не знала, был ли то артефакт, но пошла на него, потому что всё равно идти больше было некуда. Разберусь, когда дойду.
В тот день, когда я попала в Междумирье, я тоже шла на огонёк, и сейчас ситуация повторялась. Вот только вместо симпатичного молодого ахтари меня в конце этого путешествия, вероятно, ждал крэд. И я не знала, вырвусь ли живой отсюда.
Забрать сердце, расколотое на части, из тела монстра — как вообще это возможно? Но, кроме артефакта, меня ждал ещё и ребёнок, совсем маленький и невинный, и спасти его было некому, кроме меня.
Да, о нём я и буду думать, иначе сбегу отсюда, сверкая пятками. Потому что страшно мне, конечно, было, и ещё как!
Я шла и шла, а огонёк будто не приближался. Сколько ещё часов должно пройти, прежде чем я приближусь к цели? Может, я увижу лишь мёртвое тело, когда дойду.
Несколько часов спустя, по ощущениям, я рухнула на землю, не в силах продолжать путь. Сейчас отдохну чуть-чуть, совсем капельку, и дальше на огонёк. Я легла на сырую землю, и глаза сами собой закрылись. Спи, словно говорила земля.
Рейнольд бежал как ошпаренный, не видя ничего вокруг. Мия где-то здесь, а он никак не может её найти. Только бы не опоздать, только бы прийти вовремя!
Внезапно вдалеке сверкнуло золото — огонёк, далёкий и очень привлекательный. Рейнольду захотелось взять его в руки, подержать. Если Ми тоже видела этот свет, она, скорее всего, пошла в том направлении — всё равно других ориентиров здесь нет. Рейнольд прибавил скорость: открылось второе дыхание, и ноги сами понесли его вперёд, легко и свободно.
Я очнулась от холода, идущего от земли. Ещё немного, и я совсем замёрзла бы, а цель по-прежнему далеко. Растирая затёкшие и холодные руки и ноги, я почти забыла о страхе. Огонёк приветливо мигал на том же месте, и я побежала, надеясь, что сон мой не длился слишком долго.
Рейнольд уже заметил, интересно, что меня нет в Междумирье, или ещё спит, безмятежно и сладко? Не знаю, хотела ли я теперь, чтобы он пришёл за мной. С одной стороны, вдвоём было бы не так страшно. С другой, лучше уж я пострадаю сама, чем увижу, как крэд убивает его. Хотя, конечно же, я хотела, чтобы выжили все. Кроме крэда, разумеется, вот его точно надо уничтожить. Только как, если ахтари коллективно не смогли?
Пара часов бега, и я увидела деревню. Золотой свет здесь заливал всё, словно фонарь вечерний город, и я сразу выцепила взглядом нужный дом. На последнем издыхании вбежала в распахнутую настежь дверь — и сразу к мальчику. Так, ощупать пульс, присмотреться к дыханию.
Ребёнок ещё дышал, но с трудом, сердце билось робко, будто нехотя. Он умирал, и я ничего не могла сделать.
Свет, в углу тот самый свет — вдруг дошло до меня. Я так переживала за ребёнка, что не обратила внимания на это.
— Здравствуй, красавица, — прошелестело за моей спиной. — Ты пришла на огонёк, правда?
Я резко обернулась и застыла от ужаса. В реальности крэд выглядел ещё отвратительнее и страшнее, чем на экране. А глаза с закручивающимися спиралями вызывали желание убежать куда подальше.
— Ребёнок… Он выживет? — задала я мучивший меня вопрос.
Существо переместилось к мальчику, глаза обшарили его тело, словно сканируя.