Антон Воргин – Остров Бурь (страница 3)

И впервые Андрю поймал себя на мысли: возможно, его писательское воображение здесь вовсе не враг.

Глава 9. Пропавший документ

Ночь снова принесла бурю. Ветер гнал дождь по стеклу так, что казалось, будто море решило ворваться внутрь. Электричество моргало, и тени на стенах жили своей жизнью.

Андрю не спал. Он снова услышал шаги в коридоре и вышел из комнаты. На этот раз коридор был пуст, но дверь в кабинет Виктора Салливана приоткрыта.

Внутри горела лампа. На столе – раскрытый сейф. Листы бумаг валялись повсюду, будто кто-то спешил. Один толстый конверт отсутствовал: на полке сейфа оставался лишь след от него, словно пустое место на шахматной доске.

Андрю сделал шаг внутрь, и доска пола скрипнула. Он оглянулся – и заметил тень в дверях. Чья-то фигура мелькнула в коридоре и исчезла.

Он не стал преследовать. Вместо этого взял один из разбросанных листов. Это был договор, подписанный Ричардом Лоусоном. Суммы с шестью нулями, подписи, печати. Слишком серьёзно, чтобы быть просто бумагой.

Сквозь шум дождя донёсся голос. Виктор стоял в дверях, его лицо было бледным и жёстким.

– Кто-то решил поиграть со мной, – произнёс он холодно. – Но пусть помнит: в этой игре я всегда выигрываю.

Андрю молча сжал лист в руке. Он видел ярость в глазах хозяина острова и понял: эта ночь станет переломной. Потому что теперь у Виктора была причина заподозрить каждого.

Глава 10. Обвинение

Утро встретило гостей тяжёлым небом и свистящим ветром, который пробирался даже в стены виллы. Шторм не утихал.

Все собрались в зале. На этот раз атмосфера была совсем другой – напряжённой, настороженной. Никто не разговаривал вполголоса, как раньше. Слухи о том, что ночью кто-то проник в кабинет Виктора, распространились быстрее, чем дождь смог промочить дорожки.

Виктор Салливан вошёл уверенной походкой, словно он был хозяином не только острова, но и их страхов. В руках он держал папку с бумагами. Его улыбка исчезла – вместо неё на лице застыло холодное выражение.

– Друзья, – начал он, – я всегда верил, что доверие – это самая ценная валюта. Но, как оказалось, даже здесь, в моём раю, нашлись те, кто решили украсть.

Он бросил папку на стол. Бумаги рассыпались веером. Подписи, цифры, печати – и пустое место, где должен был быть конверт.

– Один из вас проник в мой кабинет ночью и забрал документ, – его голос был спокоен, но в этой спокойности слышалась угроза. – Документ, который стоил слишком дорого, чтобы исчезнуть просто так.

Ричард Лоусон побледнел. Он узнал свою подпись.

– Это нелепо! – выкрикнул он. – Зачем мне воровать собственные бумаги?

– Именно это я и спрашиваю, Ричард, – прищурился Виктор. – Иногда воруют то, что может их же уничтожить.

Кэтрин Хэйс усмехнулась, затягиваясь сигаретой.

– А может, это твои игры, Виктор? Ты любишь тасовать карты, пока все не запутаются.

Сенатор Картер ударил ладонью по столу.

– Ты обвиняешь нас всех без доказательств!

– Доказательства найдутся, – холодно произнёс Салливан. – И когда они появятся, одному из вас придётся дорого заплатить.

Молчание повисло в воздухе. Лишь гром за окнами подтверждал, что буря бушует не только в океане, но и внутри этих стен.

Андрю Мур сидел в углу и наблюдал. Он понимал: Виктор только что перешёл черту. Теперь каждый из гостей видел в соседе врага. И это было началом конца.

Глава 11. Разговор в полутьме

После утреннего скандала гости разошлись по своим комнатам, оставив в зале холодный шёпот подозрений. В воздухе теперь витал страх – ощутимый, как запах грозы.

Андрю Мур вышел на террасу, где ветер гнул пальмы, и долго смотрел на океан. Его всегда завораживала сила стихии, но сейчас шум волн сливался с тревогой в груди.

– Красиво, но опасно, – тихий голос вывел его из раздумий.

Рядом стоял доктор Алан Рид. Очки блестели от капель дождя, лицо казалось усталым, а руки дрожали, как у человека, который живёт на границе сна и болезни.

– Океан? – уточнил Андрю.

– И океан, и наш хозяин, – ответил Рид. Он достал из кармана маленькую фляжку и сделал глоток. – Виктор умеет держать людей в клетке, даже если клетка сделана из золота.

Андрю почувствовал, что это шанс.

– Вы говорите так, будто знаете его лучше других.

Доктор улыбнулся криво, почти горько.

– Я знаю, что у Виктора есть тайны. Намного опаснее любых контрактов или бумаг.

– Тайны? – переспросил Андрю. – Что вы имеете в виду?

Рид оглянулся, убедившись, что рядом никого нет.

– Этот остров не просто курорт. Здесь когда-то проводили эксперименты. Виктор использовал мои исследования… и не только мои. Он забрал всё, что хотел, а меня оставил с пустыми руками.

Ветер ударил сильнее, и гром заглушил его последние слова.

– Но почему вы здесь? – спросил Андрю.

Доктор посмотрел в темноту и ответил:

– Потому что иногда прошлое возвращается. Даже если ты хотел его забыть.

Андрю почувствовал, как по спине пробежал холод. Всё, что до этого казалось игрой Виктора в манипуляции, вдруг обросло новым смыслом.

Шторм усиливался, и писатель понимал: вместе с каждой новой волной к ним приближается разгадка, которая может оказаться страшнее, чем убийство.

Глава 12. Ужин перед бурей

К вечеру дождь стал стеной. Океан ревел, как зверь в клетке, и порой казалось, что грохот волн заглушит даже человеческие голоса.

Виктор Салливан, словно нарочно, устроил роскошный ужин. Длинный стол, свечи, блюда от лучших шефов. Всё выглядело как праздник, только праздник напоминал спектакль, где каждый актёр ненавидит свою роль.

Андрю Мур сел в стороне и наблюдал. Его интересовало не мясо на серебряных тарелках и не вино в хрустальных бокалах, а лица гостей.

Ричард Лоусон пил слишком быстро, словно хотел утопить тревогу в алкоголе.

Кэтрин Хэйс курила прямо за столом, игнорируя косые взгляды. Её улыбка была натянутой, глаза – острыми, как лезвие.

Сенатор Картер сохранял маску спокойствия, но его рука дрожала, когда он поднимал бокал.

Доктор Алан Рид сидел молча, едва касаясь еды, как будто был здесь телом, но не духом.

Виктор же был спокоен. Слишком спокоен. Его взгляд скользил от одного к другому, и каждый чувствовал, что его уже разоблачили.

– Забавно, – сказал он, прерывая тишину. – Мы все здесь собрались будто для праздника. Но, если честно, это больше похоже на суд.

Все замерли. Виктор улыбнулся и указал на Ричарда.

– Вот, например, предатель. Он готов продать даже собственные руки, если в них можно вложить деньги.

– Ты переходишь черту, Виктор, – сдавленным голосом сказал Лоусон.

– А ты уже её перешёл, Ричард, – холодно ответил хозяин.

Кэтрин засмеялась. Смех был резкий, нервный.

– Ты всё ещё играешь в своего маленького бога, Виктор?

– Нет, Кэтрин, – сказал он тихо. – Бога из меня сделали вы. Я лишь собираю то, что вы прячете.

Сенатор Картер встал, ударив ладонью по столу.