Антон Старновский – Попадалово. Том 1. Том 2 (страница 77)

Даже ярившийся мгновение назад амбал не стал спорить. Он, потупив лицо и почёсывая пострадавший лоб, сидел на жопе ровно. Обезьяна, поняв, что тоже виноват, сник.

Я осознал, что тоже поступил неправильно. Стоило вмешаться, попытаться примирить, может, используя свою популярность, двух заигравшихся идиотов. Но я ничего не предпринял. Так же, как и остальные, поддался на азарт, испытал прилив любопытства и продолжил ничего не делать. Я дал слабину.

Но Макс, единственный, как оказалось, здравомыслящий среди нас человек, закончил то, что могло вылиться в серьёзный инцидент. Если бы не он — кто-нибудь бы точно пострадал. А так, кроме самолюбия двух детишек и одного денежного дерева — всё остальное осталось целым.

Перед тем, как прозвенел звонок, в коридор вбежала Роза Борисовна. Многолетний опыт работы и преподавательская дотошность вмиг помогли ей вычислить нарушителей. Она острым, как шило пальцем стрельнула сначала в амбала, а потом и в обезьяну. В унисон со звонком начала визжать что-то дидактическое, и убивающее своей яростью.

Как я понял, все эти цветы — её забота. И за опрокинутое денежное дерево она была готова живьём содрать шкуру с любого. Когда-то уверенные в своей безнаказанности и непобедимости, теперь сто процентные провинившиеся дети с опущенными рожами поплелись за Розой Борисовной.

Вдруг дверь, в которой должна была проходить пара, раскрылась. Елена Сергеевна теперь в зелёном и не таком облегающем как синее платье стояла на пороге. Некоторое время пыталась понять, что здесь произошло, а как увидела давящую злобными каблуками пол Розу Борисовну, пришла в сознание. Жестом пригласила учеников в кабинет.

Готов поклясться, Макса с того момента окружала непробиваемая скорлупа авторитета. И я, как его друг, тоже получал от этого свой эффект. Когда мы продвигались в толпе к кабинету, все остальные уступали дорогу и с небольшим страхом смотрели исподлобья. Естественно, кроме идеальной Горчаковой и усмехающейся Алисы. Ну и Маргариты, разумеется.

В этот раз мы заняли те парты, которые посчитали нужным. А не те, что остались свободными. Макс расположился за третьей партой первого ряда, я за третьей партой второго ряда, а Маргарита села прямо за мной. Алиса спряталась на последней, а передо мной, блестя шелковистыми вихрами, восседала госпожа Горчакова.

Только когда захлопнулась дверь в кабинет, я осознал, в каком неловком положении нахожусь. Елена Сергеевна, что ещё вчера в открытую намекала мне на близость, теперь расхаживала перед всем классом и в первую очередь передо мной. Да, она по максимуму старалась не смотреть на меня, но взгляд её то и дело соскальзывал на мои красные от стыда щёки. А мой взгляд переплывал то на неё, то на Горчакову, и точно не знал, на ком ему остановиться. Ему хотелось охватить их всех разом и никогда не отпускать.

— Здравствуйте, ребята. Меня зовут Елена Сергеевна Аксакова, и я буду вести у вас Русский Язык. — Начала она вступительную речь и на слове язык, которое она слегка посмаковала во рту, посмотрела на меня.

Сглотнув тяжёлую слюну, я открыл тетрадь и корявым почерком вывел на полях сегодняшнее число. А про себя подумал — "Твою мать…"

Глава 19

Конечно, после неожиданного ухода Вальдемара на тело словно подвесили неприятный груз, который постоянно давал о себе знать. И меня это тяготило. Но, в то же время, накинувшиеся сверху, как маленькие бешеные обезьянки, события, как-то уравновешивали состояние.

Мне приходилось думать сразу обо всём, держать в голове различные факты, не погружаться и не утопать в чём-то одном.

Вот неожиданная драка между одногруппниками, вот вмешавшийся и поведший себя с неожиданной стороны Макс. Алиса, что сидит где-то сзади и, скорее всего, снова замышляет что-то грязное. Тот странный пацан — Сергей Милославский, который втюрился в это чудовище. Маргарита, от которой невесть что можно ожидать.

И, волнующее больше остального — женщины. Вернее, одна женщина и одна девушка. Девушка — София Горчакова, завораживающая всем своим видом, любым движением. И Елена Сергеевна — опытная в любых сферах жизни особа, что вчера, увлёкшись с зазыванием в клан, пыталась меня соблазнить. Теперь вела у меня русский язык.

Если честно, так до конца и не уверен, что послужило причиной такого поведения взрослой женщины. Понятно, что она очень нуждается в моём вступлении в клан. Но… я ведь уже согласился, а она всё равно продолжила домогаться. Нет, я, естественно, не против. Просто, как-то довольно странно. Наверное, на неё так подействовал алкоголь.

Впрочем, как говорится, что у трезвого на уме, у пьяного — на языке. А у Елена Сергеевны, не только на языке, но и в других местах…

На вводной паре, как и всегда, не было ничего интересного. Как и все другие преподаватели, Елена Сергеевна расхваливала свой предмет и объясняла то, что именно он — самый главный. В принципе, все они не лукавят, и их предметы довольно важны. Просто, слегка приукрашивают.

— Все мы с вами говорим на русском. Вся страна говорит на русском. Русский язык — это часть нашего культурного кода. Это тот шифр, который мы используем для общения. Без него не было бы и нашей великой цивилизации. Как сказал один умный человек, и я с ним абсолютно согласна — именно язык формирует нацию, а не наоборот. В начале было слово, как говорится, и слово было — Бог. — Елена Сергеевна блаженно вздохнула. — То есть, в какой-то степени, я буду преподавать для вас божественное проведение. Именно на моей паре вы будете ближе всего к Богу. Поэтому, сдавайте вовремя все зачёты и экзамены, а иначе попадёте в Ад. — Она грозно приподняла бровь. — Я понятно объясняю?

Ого, как увлеклась-то. Значится, это в её характере — скользить на поворотах. В целом, для препода по русскому — это только плюс. Да и как для симпатичной женщины, тоже.

Наверное, Елене Сергеевне сейчас было в три раза более неловко, чем мне. Как никак, взрослый человек и именно она всё это начала. А сейчас ещё и пару у меня вести. Но, довольно умело она маскировала свои эмоции. А вот мне было труднее. При каждом её взгляде, что как пуля входил в мои мягкие ткани, я отворачивался, делал вид, что чем-то занят. В общем — совершенно явно выдавал своё смущение.

Наконец, прозвенел звонок, и мы покинули класс.

Когда оказались в коридоре, услышали, как из кабинета неподалёку всё ещё доносился бешенный рёв Розы Борисовны. Она уже на протяжении полутора часов уничтожала своим криком подравшихся бедолаг. Наверное, они уже тысячу раз успели обо всём пожалеть. Даже о том, что вообще родились на свет.

От следующей пары нас отделяла длинная перемена. Можно было сходить покушать в столовую. Что мы и решили сделать. Вернее, решили и уже двинулись с места, как меня окликнул женский голос.

Это была Елена Сергеевна. Она наполовину высунулась из кабинета, будто из душевой, чтобы попросить у меня полотенце.

— Зайди пожалуйста, Сол. — Обращалась она ко мне, делая максимально невозмутимый вид, словно хотела сообщить что-то неважное.

— Идите… — Сказал я Максу с Маргаритой, а сам, набравшись смелости, пошёл в сторону кабинета. Успел заметить, как на лице Маргариты разрасталась ехидная улыбка. Макс же оставался непоколебимо спокоен.

Елена Сергеевна захлопнула за мной дверь, и мы вновь остались наедине. В кабинете царила умиротворяющая тишина, лишь свежий ветерок будоражил занавески. Я проглотил своё смущение и звук этот, казалось, прогремел по всему помещению.

— Что-то случилось? — Спокойно поинтересовался я. Пытался не разрывать первым эту официальность, что разделяла нас в последние полтора часа.

Но и Елена Сергеевна блюла субординацию. Говорила, как преподаватель с учеником. Ничего лишнего из её уст не выскакивало, хотя и… в паузах, определённых интонациях, взглядах, просматривалось что-то неуловимо загадочное.

— Если я правильно поняла, то ты согласен присоединиться к нашему клану? — С вызовом спрашивала женщина.

— Конечно. — Ответствовал я. — Ведь если дал слово, нужно его держать.

Не знаю, к чему эта бравада и попытка состроить из себя взрослого, состоявшегося мужчину, что отвечает за каждое слово. Наверное, сам того не осознавая, хотел ещё больше понравиться Елене Сергеевне.

И, судя по отведённым в сторону глазам и сладкой улыбке — она это оценила.

— А если так… — Она сделала таинственную паузу. — То ровно через неделю ты будешь должен поучаствовать в приуроченной к этому событию церемонии.

— Церемонии…ого… — Искренне удивлялся я. О таких вещах как-то и не задумывался, хотя подспудно понимал, что нечто подобное непременно будет ожидать.

— Конечно. У нас же приличный клан. — Отвечала Елена Сергеевна. — Всё должно быть честь по чести. Мы же тебя не на работу, всё-таки, принимаем. Ты будешь не на кассе стоять, или полы мыть — а станешь полноценным членом клана, который будет занят очень важными делами.

— Важными делами…ого… — Продолжал я дурачиться.

— Да! — Не сразу поняла иронии женщина. — Мы же с тобой обговаривали, что, когда вступишь в клан, станешь выступать от нашего рода на различных поединках. Забыл, что ли…? — Зависла она на секунду. — Ах… ты просто издеваешься. Я поняла. — Подмигнула левым глазом.

Елена Сергеевна торжествовала. Она хоть и пыталась скрыть радость, но получалось с трудом. Женщина буквально светилась изнутри. Видимо, до этого момента она ещё сомневалась в правдивости сказанных мною слов. Могла списать это на неправильно понятую мысль под алкоголем. А теперь…