Антон Сергеев – ХРОНИКИ ПОСЛЕДНИХ СТАНЦИЙ (страница 6)

Всякое

…

Масляная лампа слабо освещала маленькую комнатку Василия и его жены Майи. Тени от нее плавали по стенам темными волнами, на крохотном столе стояли две чашечки с отбитыми ручками и старый погнутый чайник, одна кровать, стул, две полки и одностворчатый самодельный шкаф для одежды. На полках лежали разные книги, тетради, скрепки, кнопки, резинки, Васины детские игрушки и маленький ободранный глобус. На стенах были наклеены постеры со старой, довоенной рекламой. Под кроватью стояла неработающая радиостанция Р – 354 «Шмель», всякая обувь и другая бытовая утварь. Это всё гордо называлась квартира, Васе она досталась от отца, который был довольно уважаемым человеком раньше, он был машинистом электропоезда. Всем работникам метро сначала выделили лучшие комнаты и места для жизни. Так и досталась сыну крохотная квартирка после его смерти. Когда отец был жив, они спали на кровати поочередно, теперь же с любимой женой он делит кровать. Это был их маленький мирок.

Они сидели вдвоем, в своей комнатке, пили так называемый чай и болтали о том, о сём, о возможном будущем, о прошлом. И вдруг Майя, спросила: – Вась, расскажи про этих, которых привезли в ночь твоего дежурства. Ну этих, подстреленных.

Василий глянул на нее с теплом в глазах и ответил:

– А почему подстреленных? А?

– Ну как почему? Люди так говорят. – улыбнулась она.

– Люди еще и не такое придумают. Они не были подстрелены. Вообще-то они были атакованы какой-то тварью на затопленной станции. – Глаза Майи ожили, она ближе подсела к мужу и с легкой улыбкой принялась слушать его рассказ. Василий продолжил.

– Много странного тогда произошло, но мы были так шокированы, что вопросы отложили на потом. А зря.

– А что было странным? – спросила жена.

– Да всё. Первое – это, наверное, появление фантомов. Да, пожалуй.

– Фантомы? Что это такое? – спросила она удивленно.

– Никто не знает, что это на самом деле. – Он взглянул ей в глаза и в его глазах она увидела страх, не тот страх, который бывает у людей перед другими людьми, нет. А тот, доисторический, глубинный страх, который появляется в людях от необъяснимых и мистических причин. – Кто-то говорит, что это предвестники катастроф, или несчастий. Мы не знаем толком, но знаем, что они были не за долго до Большой войны, перед тем как всё рухнуло. Они были перед падением станции «Южный вокзал», и как будто знают, что произойдет наперед. Да, это звучит странно, но по данным, которые у нас есть, это единственное объяснение этому. – Он сделал маленький глоток чая и уставился в пол.

– А что еще странного было? – Майя положила голову ему на плечо и погладила его по голове.

– Второе, конечно же та тварь. Никогда не забуду ее морду – ужасную, мерзкую, вонючую физиономию. У меня от ее вида тогда холодок пробежал по спине. Фу, не хочу вспоминать! – скривившись сказал Вася.

– Ну, ну, это уже позади. Сейчас всё хорошо, мы тут, вдвоём. – сказала Майя. Она нежно поцеловала его.

– Но самое странное для меня было то, что дрезина Цитадели в тот день, не проходила через нашу станцию, но каким-то мистическим образом оказалась на станциях Конфедерации. А это невозможно. Мы всегда, всегда были промежуточной станцией между зелеными и конфедератами. И я, как начальник караула, должен был выяснить больше информации, но это попросту вылетело у меня из головы.

– А что мешает сейчас разузнать об этом? Ты уважаемый человек здесь, не думаю, что тебе достанется за это. – сказала, слегка улыбаясь, жена.

– Время упущено. И сейчас не лучшее время для признания своих ошибок. В верхах поговаривают о возможной, новой войне. И Лимб, вроде бы, должен сыграть не последнюю роль в ней… – он не успел договорить как из глаз его ненаглядной жены потекли слёзы.

– Опять война? Зачем? Почему? С кем? – она всхлипывала. – Зачем? Зачем?

– Я, я не знаю, это может быть еще не точно. Может быть, мы что-то придумаем, ну не знаю… Может ничего и не произойдет… Я сказал лишь «возможно».

– Эти козлы в верхах хотят истребить всех, кроме себя! Что бы им было больше места, больше еды, воды… – она уткнулась в его грудь и плакала еще долго, вспоминая как будучи маленькой, потеряла родителей в междуусобной войне станций, какой ужас она пережила, как голодала днями, как начали сыпаться зубы из-за отсутствия еды, как она несколько дней была в плену Триумвирата, как её там хотели оставить в качестве ублажительницы… Жуткие воспоминания детства всплыли в воспоминаниях и тёмными огнями увели ее внимание в прошлое, от которого ей стало невыносимо горько.

Они так сидели и горевали, какое-то время. Но Вася всё думал о том, как дрезина цитадели могла попасть в Конфедерацию, без прохождения их станции? Долго рассуждая на эту тему, он пришел к заключению, что скорее всего эта дрезина прошла днем, или несколькими днями ранее и лишь нужно проверить караульный журнал и убедиться в этом. Но до его ближайшей караульной смены еще почти месяц. Но он упустил одну маленькую деталь – в пропускном листе той дрезины, вообще не стояли какие-либо печати Лимба. Василий забыл про это, а тот листик где-то потерялся в суматохе того дня. Остаётся просто ждать подтверждения своих умозаключений, он не мог вне караула расхаживать по караулке и просматривать бумаги, это было б слишком подозрительно. Они еще долго сидели обнявшись, каждый думал о своём, но общее направление мыслей было негативным, возможная война призрачным туманом заполняла их сознания.

…

На самой глубокой станции Харьковского метрополитена, некогда «Пушкинской», а теперь «Ярослава Мудрого», было очень многолюдно. Бесконечная вереница дрезин со всех станций синей линии, из Лимба так же было большое количество прибывающих. Прибывали в основном начальники станций, их помощники, исполняющие обязанности начальников станций и их охрана. Такого шествия не видели живущие там никогда. Новый союз, новые лозунги, новые пламенные речи, новые надежды, новый виток истории метро – слухи быстро плодятся среди людей. Великий Союз Лимба и Салтовской коллаборации, новая сила метро, новая искра надежды. Удивленные лица жителей Лимба и салтовчан были с начала рады этому, оптимистично думая о возможных глобальных изменениях в лучшую сторону, путем консолидаций общих усилий, путем внедрений каких-то старых, довоенных технологий. Новые идеи, новые перспективы, новая жизнь – так рассуждали многие после этой сходки. В первое время оптимизм брал верх, над пессимизмом – людям нужны надежды. Пусть даже иллюзорные, пусть даже в такое время и в таких условиях. Вся синяя ветка «Салтовской Коллаборации», а также станции «Лимба», были охвачены ликованием, но не долго, из-за последующих вскоре за этим событиями. Люди судачили о перспективах, один перебивал другого, спорили до посинения, миллионы возможных хороших идей были озвучены, многие воспряли духом, многие стали еще усердней трудиться, никто не ждал подвоха от своих лидеров. Великие дела будут решаться на собрании, да, пусть будет сначала тяжело, но мы пройдем этот путь, мы справимся, мы сможем! Так рассуждали обычные жители нового союза. К сожалению, простые люли хотят простых и обыденных вещей, но люди власти – хотят больше власти, контроля и повиновения масс, а иногда чего-то хуже. Скудное население не могло допустить и мысли о плохих замыслах их руководителей. Но, как позже стало ясно, никто из начальников станций и не собирался вести диалоги об улучшении положения дел, условий жизни, ставить перед собой высокие цели, или внедрять какие-либо инновации. Повестка дня была проста – война с Цитаделью. Причем все руководители станций были заранее предупреждены, через секретные каналы синей ветки, о грядущей повестке дня. Дух возможной войны витал в воздухе метро давно. Его медленно, но уверенно продвигали в массы уже около года. Сначала были челноки с синих станций, как глашатаи несли с собой эту смуту. Позже все синие станции установили тщательный досмотр всех прибывающих к ним, под предлогом возможных диверсий и дополнительной безопасности, а другие станции и мелкие альянсы подхватили это. А потом пошло-поехало, люди сами начали всех подозревать, массовые доносы друг на друга полились рекой. Больше недоверия, больше сомнений в ближнем, больше разделения на правых и несогласных, правильно мыслящих и нет, согласных с новыми реалиями и несогласных. Хоть и никаких видимых предпосылок для опасности со стороны Цитадели не было, мнения людей легко меняются в случае многоходовых пропаганд. Так вкратце обстояли дела на синей ветке.

Похожими методами поступали с соседями. Среди населения Лимба внедряли мысли об угрозе войны, и необходимости объединения с правильными станциями, в один мощнейший союз. Над этим также сначала работали агенты синих, прикидываясь торговцами. В умы людей, медленно, поэтапно, сеяли желание истреблять себе подобных. Сначала это не давало никаких особых результатов, но позже появились всходы. Кто-то был впечатлён псевдолозунгами, кого-то заставляли под давлением принимать этот курс, кто-то поддался внушению окружающих и общим настроениям масс, кто-то просто хотел объединения людей перед лицом общего врага. Хотя если посидеть и подумать, ни о каких врагах и речи быть не могло. Еще относительно недавно населения всех этих станций с восторгом и гордостью, конечно же не без зависти в сердцах, обсуждало реальное величие союза станций зелёной ветки. Что как всем живущим повезло в том, что зелёные могут своими знаниями и упорством вернуть жизнь в стены метро, а может и за её пределы. Какие они молодцы во всех своих начинаниях и как они снисходительны и добры по отношению к другим. Как каждый, или почти каждый, хотел бы иметь заветный паспорт Цитадели и быть её гражданином. Но, систематическое очернение и лживые инсинуации о зелёных, переформировало мнение о них, в головах населения двух альянсов. Латентное желание обычного люда ворваться на станции зеленых и потреблять все их блага, присутствовало давно, но сейчас это было раздуто еще больше.