Антон Нелихов – Мифы окаменелостей (страница 7)
Инвентарь, или, как пишут археологи, реквизит погребений, у савроматов и сарматов обильный до избыточности. Умершим клали все, что только могло понадобиться в загробном мире. Культ предков был развит настолько, что живые не останавливались ни перед какими затратами, лишь бы угодить мертвым[85].
Им клали горы заупокойной пищи — куски разрубленных туш скота, но без голов, которые использовались для других, нам неизвестных ритуалов. Могилы посыпали белой, красной и желтой краской. Иногда убивали людей, чтобы защищали и сопровождали усопших[86]. Даже после похорон мертвым несли дары и с опасностью для жизни прокапывали тоннели внутрь кургана, к погребальной камере, чтобы почтить покойников человеческой головой, куском конины или бронзовым котлом.
Мужчин хоронили с оружием, причем вооружение знатного воина по разнообразию не уступало экипировке европейского рыцаря. Женщин — с украшениями, бронзовыми зеркалами и магическими предметами, а нередко с такими неженскими предметами, как копья и стрелы. Это необычно. Еще античные писатели указывали на удивительное положение женщин у савроматов и сарматов. Женщины принимали участие в военных походах, их статус был очень высоким. Историк и философ I века до н. э. Николай Дамасский писал, что савроматы «женам своим во всем повинуются как госпожам», а девушек не выдают замуж, пока они не убьют хотя бы одного врага.
Курганные группы сарматов иногда выстраивались вокруг центрального кургана, в котором лежала именно женщина, вероятно прародительница рода[87].
Жрицами савроматов и сарматов были женщины, так как именно в их погребениях лежат предметы культа: каменные жертвенники, гадательные камни. Но какой была религия? Толком неизвестно. Скорее всего, они почитали огонь и солнце. Возможно, поклонялись змеям: останки змей нашли в двух «жреческих» погребениях в Волгоградском Заволжье (IV в. до н. э.). В одной могиле лежали останки женщины и ребенка. Между бедром и правой кистью женщины находился скелет обезглавленной змеи, между ног ребенка еще один, в восточном углу могилы лежали кости ягнят и панцирь черепахи, а под ним раковина грифеи. Во второй могиле — два женских скелета и четыре обезглавленные змеи, и снова, рядом с левым плечом одной женщины, — остатки круглой берестяной коробки с раковиной грифеи.
Нижняя створка раковины грифеи. Юрский период. Рязанская область.
Интересно, что черепа двух женщин искусственно деформированы. При жизни их головы напоминали цилиндры: были низкими и широкими. Это указывает на необычный статус погребенных. В архаических культурах традиция предписывала жрецам и шаманам физические и психические отличия, в том числе деформацию черепа. Ее делали еще в младенческом возрасте, и, значит, сарматских девочек заранее готовили к будущему жреческому статусу[88].
Другие савроматские жрицы могли красить волосы в огненный цвет. В погребении Тара-Бутак в Оренбуржье под черепом женщины лет пятидесяти-шестидесяти остались следы ярко-оранжевой краски, вероятно следы крашеных волос. Похоронный инвентарь женщины указывает, что она была жрицей. И слева от ее скелета тоже лежали три раковины грифей[89].
Находок грифей в приуральских курганах V–IV веков до н. э. — десятки. Они постоянно встречаются в женских, изредка в детских погребениях. В мужских их почти нет, разве что на Илеке сарматскому мужчине лет пятидесяти рядом с шеей положили створку грифеи и заодно пару галек, а рядом с правой ступней еще и ископаемую раковину в форме трубочки[90]. Если в женском погребении есть грифеи, то обычно сразу три, хотя бывают одна, две, четыре и пять, причем во многих внутри сохранились остатки красок.
Недалеко от Орска, на левом берегу Урала, сохранилось более 70 громадных курганов. В центре одного похоронены мужчина и женщина. К ним в погребальную камеру во время похорон спустили куски разрубленных лошади с жеребенком, накрыли все бревнами, на них кинули труп, видимо, специально убитого мужчины, с мечом и стрелами, чтобы охранял могилу, а сверху насыпали курган.
Женщина — со жреческими предметами: каменным жертвенником на четырех ножках, гадательными камнями со следами сажи, красивым бронзовым зеркалом и тремя створками грифеи. Одна лежала на бронзовом зеркале, в ней сохранилась зеленовато-синяя минеральная краска. Вторая — под зеркалом. Третья прислонена к левому виску покойной, в ней следы оранжевого реальгара и какого-то черного вещества.
В соседних курганах тоже удалось найти грифей: рядом с девочкой (у левого виска), под черепом подростка, в могиле женщины со шрамом на черепе[91].
В 400 километрах на запад лежит группа из 29 курганов, названных по ближайшему селу Филипповскими. Они примерно того же времени — IV век до н. э. Считается, что это некрополь сарматской знати. Кочевники регулярно возвращались сюда, чтобы хоронить знатных мертвецов. Курганы почти полностью избежали разграбления и доставили археологам богатейшую коллекцию оружия, украшений, жертвенников и несколько створок грифей: они найдены среди предметов, которые считаются жреческими[92].
Та же картина в других местах Приуралья. В кургане Сара нашли четыре раковины грифей с красной, синей и черной красками. В кургане Покровка-2 — три раковины с краской[93]. На территории Башкирии в громадном кургане диаметром в 50 метров в одной из могил похоронили двух женщин лет тридцати, лицами друг к другу. Рядом с покойницами в небольшой кожаной сумочке (от нее остался тлен темного цвета) лежали створка грифеи, три кусочка горного хрусталя и частицы красок[94]. Даже в нынешней Челябинской области, на периферии савроматского мира, в кургане V века до н. э. в погребении женщины нашли обломки раковины грифеи и следы минеральных веществ[95].
Краски в раковинах неслучайны. Предполагается, что толстые створки грифей жрицы использовали для хранения или размельчения минеральных красок, которыми набивали татуировки. В тех же женских погребениях находили татуировочные инструменты: костяные, металлические иглы и специальные каменные «палитры» с углублениями для растирания красок: оранжево-красного реальгара, желтой охры, мела и кровавика-гематита. Татуировками, судя по захоронениям, занимались женщины: только в их погребениях есть соответствующий инвентарь, который к тому же нередко сочетается со жреческими предметами, что может указывать на культовый характер татуировок.
Сакральное отношение к татуировкам известно для многих традиционных культур. Татуировками лечились, защищались от злых духов. Нередко татуирование считалось женским искусством, у хантов и манси женщины даже от своих мужей скрывали значение и цели татуировок[96]. У эскимосов татуировались почти исключительно женщины, причем в обязательном порядке. Эскимосы говорили, что женщина без красивой татуировки не сможет после смерти войти в небесную «страну блаженства» и попадет в подземную «страну понурых голов», чьи жители всегда голодны и печальны[97]. На острове Борнео (Калимантан) говорили, что татуировки женщин после смерти, на том свете, горят, как факелы, и без них покойницы навсегда останутся в темноте[98].
Похожее отношение могло быть у жриц Приуралья. Но почему они хранили краски в окаменелых створках, а для одной раковины даже сделали красивую керамическую крышечку?[99]
Чтобы понять отношение приуральских кочевников к створкам грифей, надо обратиться к аналогиям в других культурах. Грифеи не часто упоминаются в фольклоре, при этом их обычно признавали за когти чудовищ.
В западном Тянь-Шане их приписывали исчезнувшим великанам мугам, которые были такими огромными, что могли в любом месте перейти вброд Сырдарью. По одной легенде, муги не смогли побороть распространение ислама и от отчаяния царапали скалы, ломая себе ногти[100]. По другой, если муги бездельничали, их начинали мучить ползавшие под ногтями черви, и муги от боли опять-таки царапали скалы с такой силой, что обламывали ногти[101]. В Британии и Шотландии створки грифей называли «дьявольскими ногтями» (имелись в виду ногти на ногах)[102].
Подобные предания позволяют предположить, что и савроматы с сарматами видели в окаменелых створках когти каких-то чудовищ. Но к этим чудовищам они относились с почтением, иначе бы не стали хранить в их когтях краски и класть в могилы к жрицам. Священное чудовище с похожими когтями у них было — это грифон, крылатое существо с головой орла и телом зверя. Возможно, именно ему приписывали остатки устриц юрского периода. Доказать эту гипотезу, увы, невозможно, но она выглядит правдоподобной. Стоит отметить, что и свое научное название грифеи получили за сходство с «кривыми птичьими когтями»[103].
Погребение савроматской «рыжеволосой» жрицы. По левую сторону от нее три раковины грифей с остатками красок. Курган Тара-Бутак. Оренбуржье.
Гораздо реже в сарматских погребениях находят другие окаменелости, и все они тоже похоронены с женщинами (интересно, что в скифских курганах, кажется, вообще нет окаменелостей).
В сарматский курган в Прохоровке вместе с тремя грифеями положили небольшой обломок раковины аммонита. По словам археолога Л. Т. Яблонского, это, очевидно, сделано «с ритуальными целями»[104], но какими — непонятно.