Антон Нелихов – Мифы окаменелостей (страница 6)
Груда окаменелых панцирей морских ежей на могилах бронзового века, вероятно, преследовала ту же цель: запереть покойников в могилах. И кажется, схожее суеверие в бронзовом веке вынудило людей положить панцирь морского ежа на кучу камней, насыпанных на могиле в Дании[68].
«Мадонну» тоже, скорее всего, не окружили кругом, а засыпали панцирями сверху. Но если ее погребение все же обложили кругом из морских ежей, картина будет еще прозрачнее. В любой мифологии круг означает замкнутое пространство, в которое сложно попасть и из которого сложно выйти, в круге прятались сами или запирали в нем духов.
Но от кого защищать мертвых? Наоборот, повсюду защищались от них. Получается, круг из окаменевших морских ежей понадобился, чтобы покойница с ребенком не вылезли из могилы.
Гипотезу, что панцирями морских ежей могли защищаться от беспокойных покойников, подтверждает более поздний европейский фольклор, где окаменелые панцири морских ежей признавали за оберег от нечистой силы.
Примеров немало, в основном из Британии.
В крохотной английской деревушке Линкенхольт стоит старая церковь. На ее северной, сырой стороне находится узкое окошко не шире ладони. Над ним в форме арки вделаны в стену 22 панциря морских ежей. Такие окна раньше называли дьявольскими. Во время крещения их приоткрывали, чтобы злые духи вышли из детей и вылетели из церкви, затем захлопывали и верили, что окаменелые панцири не позволят духам вернуться обратно. На другой стене похожее окошко, над которым в виде арки вделаны 25 панцирей.
«Мадонна бронзового века» в окружении панцирей морских ежей.
Более того, в английских домах окаменелые панцири морских ежей до сих пор кладут рядом с дверью, чтобы внутрь не пробралась нечисть[69].
Одно суеверие особенно любопытно. В некоторых местах Британии панцири морских ежей называли пастушьими коронами. Когда их находили, то плевали на них и перебрасывали через левое плечо. Однажды сельские работники подшутили над суеверным приятелем и разбросали по полю множество панцирей. Бедолага целый день наклонялся, подбирал их, плевал и кидал через плечо[70]. Откуда взялся столь замысловатый ритуал? Скорее всего, изначально плевали на панцирь, чтобы счистить грязь и убедиться, что это действительно «пастушья корона», а не простой камень: на панцирях проступала пятиконечная звезда. Со временем плевание стало традицией и утратило значение, превратившись в бессмысленный, но обязательный плевок. С левым плечом еще проще: британские суеверия, как и славянские, размещали на левом плече искушающего человека черта. Славяне плевали через левое плечо, чтобы досадить нечистому, британцы кидали просыпанную соль. Брошенный в черта оберег — панцирь морского ежа — тоже должен был ему досадить.
Подобное отношение к окаменелым панцирям известно в Нормандии. В городе Фекан из стены часовни Богоматери выступает морда морского чудовища. Сюда приходили моряки просить о спокойном плавании и возвращении домой. Морскому чудовищу они заткнули пасть панцирем морского ежа, тем самым магически ее запечатав[71].
Есть гипотеза, что именно благодаря панцирям окаменелых морских ежей появился знаменитый защищающий от нечисти символ — пентаграмма. Пятиугольная звезда пентаграммы такая же, как на панцире морского ежа. И рисовали ее там же, куда обычно клали панцири: на подоконниках, на стенах зданий и церквей. «Как защитить дом от дьявола, если под рукой не оказалось ископаемого ежа? Просто нарисуйте его главную особенность, пятиконечную звезду, в виде пентаграммы», — писал Мак-Намара[72].
Суеверия мало менялись даже на протяжении тысячелетий. Возможно, что и в бронзовом веке панцирями ежей отпугивали нечисть, а британскую «Мадонну» и французского покойника хотели с их помощью запереть в могилах.
Еще загадочнее три французских кургана. В них просто похоронены панцири морских ежей, и ничего другого в них нет. Один курган находится недалеко от города Морле, в окружении мегалитических построек бронзового века: дольменов, больших вертикальных камней менгиров. Девять курганов со стандартными каменными камерами и кремированными останками. Один — с панцирем морского ежа, вокруг которого положили три плоских камня. Нет ни пепла, ни костей[73]. Только панцирь. И его принесли как минимум за 200 километров, просто чтобы насыпать над ним курган[74]. Нет даже гипотез, зачем это сделали.
В Западной Европе список погребальных окаменелостей почти ограничивается панцирями морских ежей. На втором месте раковины аммонитов: они тоже сопровождали женские и детские останки. В пещере в Сомерсете (Британия) покойников в мезолите щедро посыпали охрой и оставили рядом семь обломков раковин аммонитов[75], которые похожи на ребристую дугу или на небольшие каменные рога размером с палец. В могилах англосаксонского времени в Германии крупные раковины аммонитов положили под головы ребенку и женщине[76].
Есть единичные находки раковин двустворчатых моллюсков. Например, в кургане бронзового века в Уилтшире, где похороненная раковина напоминает стилизованное сердце[77]. Может, это оберег, но с таким же правом можно предположить, что это украшение или просто курьезный камень, который нравился покойнику и был похоронен с ним как любимая вещица.
Есть окаменелые деревья: четыре тысячи лет назад этруски в 20 километрах от современной Болоньи (Италия) положили на гробницу черный пенек мезозойского дерева (
А в Ирландии пять тысяч лет назад в погребальную камеру к сожженным человеческим костям принесли целую коллекцию мелких окаменелостей[79].
В других регионах — другие окаменелости и свои традиции. В Северной Америке в могилы клали зубы ископаемых акул. Здесь тоже хватает странных находок. Например, в штате Огайо зуб акулы воткнули между двумя кучками обожженных человеческих костей[80]. В нынешней Польше под тело покойника на рубеже X и XI веков положили ростр белемнита, предварительно обожженный в огне[81].
В России тоже хватает погребений с окаменелостями и тоже немало загадочных. Самые странные — в могильнике Володары в Нижегородской области, которые датируются концом III — началом II тысячелетия до н. э. Археологи назвали их ритуальными «кладами». Они находятся рядом с погребениями, но вместо останков людей в них только предметы, в основном украшения и орудия: наконечники стрел, каменные кинжалы, долота. В один «клад» положили три пробитые посередине раковины аммонитов, а сам «клад» прикрыли черепом крупного волка[82]. Возможно, «клады» предназначались для мертвых, с их помощью в загробный мир переправляли нужные покойникам вещи. Некоторые даже оформлены как погребения: со следами кострищ, присыпанные красной охрой. Но для чего мертвым понадобились раковины аммонитов?
В Южной России в похоронный инвентарь попали окаменелые створки устриц. Во второй половине юрского периода здесь простиралось неглубокое море, где плавали ихтиозавры, плезиозавры и великое множество аммонитов и белемнитов. На дне селились необычные устрицы — грифеи (
В ископаемом виде обычно сохранялись только толстые нижние створки. Они стали самыми распространенными погребальными окаменелостями в русских степях. Их клали в могилы еще в бронзовом веке, примерно в то же время, когда в Западной Европе хоронили покойниц с панцирями морских ежей. На Нижней Волге в погребениях катакомбной культуры нашли три такие створки грифей[83].
Чем их считали люди бронзового века — неизвестно. Чуть больше можно сказать про савроматов и сарматов.
Савроматы и сарматы не были единым народом. Это группы родственных ираноязычных племен, которые кочевали в Заволжье и Приуралье с середины I тысячелетия до н. э. Их западными соседями были другие кочевники — скифы. У савроматов и сарматов не было письменности и городов. На повозках они следовали за стадами овец и лошадей все на новые и новые пастбища. В Древнем мире они славились как прекрасные лучники и воины. В их колчанах частоколом стояли сотни стрел с разными наконечниками: одни для птиц, другие на зверя, третьи для людей.
Немногочисленные упоминания о них в античных источниках очень краткие и отрывочные. Почти все, что известно, основано на погребальных памятниках: захоронениях в курганах.
В русских степях еще недавно возвышались многие сотни савроматских и сарматских курганов. В старину путешественники неизменно писали, что курганы — неотъемлемая примета степного ландшафта, и на гравюрах степи обычно изображали с курганами на горизонте. Но в последние сто лет многие курганы погибли при распашке полей.
Археологические раскопки показали, что у савроматов и сарматов сформировалась своеобразная культура, в которой особое место занимал культ мертвых. Впрочем, возможно, вывод связан с тем, что жизнь этих кочевников приходится реконструировать по могилам.
К покойникам савроматы и сарматы относились с большим пиететом, знатных людей хоронили в гигантских курганах. Некоторые курганы были родовыми, и тела мертвых вождей наверняка везли за многие километры от места смерти к месту погребения. Схожую традицию упоминал Геродот, когда писал, что тело скифского царя, покрытое воском, набитое благовониями и семенами, перед похоронами везут по всей земле, где живут подвластные ему племена[84].