Антон Костров – ЗАБЫТЫЙ ПАНТЕОН: Ушедшие хранители Яви (страница 10)

Я только махнул головой и вышел на улицу. После всего услышанного и тем более увиденного нормальный человек точно бы в психушку угодил. И тут поймал себя на мысли, что отнесся ко всему довольно спокойно, как будто так и должно быть. И кто, черт побери, она такая? Посчитав, что будет лучше успокоить мысли, отвлёкшись от всего, взял большой колун и пошел рубить чурбаки на дрова. Пение лесных птиц, чистейший воздух, наполненный ароматами сосен и физический труд способен очень быстро успокоить человека и отчистить разум от всего негативного и, как теперь уже ясно, паранормального. Солнце уже неумолимо шло к закату. А я, закончив с дровами, сходил на родник за водой, потом прогулялся на речку проверить ловушки для рыбы. В ней был только небольшой окунек, которого я, взяв в руку, все же отпустил со словами:

- Иди к маме, дружок, подрасти немного.

Лес необыкновенным образом умиротворял. «Вот бы домик построить в лесу и жить тут в старости, как эта добрая, хоть и явно со своими секретами, женщина. Как только дочку выучу и замуж выдам, тогда, сидя на пенсии, можно и лесником в национальном парке устроиться и встречать старость», - мечтательно думал я, идя обратно к дому Ядвиги.

- А, вернулся, ну, иди сюда скорее, - сказала она, стоя на пороге дома, - я тут тебе одно снадобье приготовила, и мне не терпится увидеть, что получится.

Когда я вошел в дом, в комнате под потолком быстро рассеивался туман. На столе стоял небольшой медный котелок, из которого Ядвига половником, взяв глиняную кружку, налила ядовито-зеленого цвета варево.

- Что это такое, в козленочка не превращусь? – спросил я с недоверием, взяв в руки кружку. - Уф, ну и вонь, - только и смог сказать, поднеся ее к носу. - Ты что сюда добавила, экстракт скунса, что ли?

Описать этот запах я просто не мог, тут чувствовался аромат того и так вонючего отвара, а теперь вонь была такая, что им вполне можно вместо нашатыря приводить людей в чувство, выводя из обморока.

- Пей, я сказала, - рявкнула она на меня, - ему, дураку, помочь пытаешься, а он из себя флейвориста корчит.

Я только улыбнулся, потом сделал глубокий вздох, чтоб не дышать этим поистине специфическим ароматом, и в несколько глубоких глотков осушил кружку.

- Хм, - сказал я удивленно, - а на вкус вполне неплохо. Что за зелье, Ядвига, я тоже смогу чувствовать что-то сверхъестественное?

- А вот это скоро узнаем, - ответила она, подойдя ко мне поближе и всмотревшись в мое лицо, - и, если в тебе и правда есть частичка от Даждьбога, то эффект будет весьма непредсказуемым.

Поначалу ничего не происходило, но примерно минут через пятнадцать эликсир-таки начал действовать. Все началось с жуткой головной боли. Потом резко заболел живот. От такой боли меня скрутило, и я принял на полу позу эмбриона. А финалом было полное пропадание зрения. Я оказался в темноте. Панику, которую я испытывал, невозможно было передать.

- Ты что со мной сделала, вешалка старая, - прорычал я сквозь нестерпимую боль, - у меня зрение пропало, и живот болит, как будто ежа проглотил.

- Потерпи, миленький, - сказала она таким нежным голосом, как будто любящая мама, когда у ребенка колики в животе, - это ненадолго, сейчас все пройдет.

Я лежал на полу, а она, сев рядом со мной на колени, нежно гладила меня по голове. Потом она запела какую-то песенку, словно колыбельную. И тут меня словно по голове ударило, этот голос, именно его я слышал, когда меня втягивало в тот вихрь, в видении. Голос, вернувший меня практически с того света. Через несколько минут боль начала стихать и через еще пару минут прошла целиком, я смог подняться, хоть и с помощью Ядвиги. Постепенно вместо темноты в глазах появился серый туман, который быстро начал развеиваться, и мне открылся мир. Я стоял в комнате с раскрытым от удивления ртом, я мог увидеть, как некоторые предметы излучают непонятное свечение разных оттенков, мог уловить необычные запахи, которые раньше не чувствовал. Но самое большое потрясение, я испытал, когда увидел свою спасительницу. Передо мной была не пожилая бабушка, передо мной стояла молодая, лет тридцати на вид, очень красивая девушка с длинными рыжими, почти огненного цвета волосами. Она стояла , глядя на меня красивыми, цвета летней луговой травы, зелеными глазами, прижав кулачки к груди и с нетерпением ожидала.

- Боже, что это, - не веря своим глазам, я выдавил из себя, - как это возможно? Ядвига?

- Что ты видишь? - с нетерпением спросила она. - Что-то поменялось?

- Ну, как тебе сказать, - сказал я ошарашенно и попытался объяснить, - поменялось - не то слово! Но почему ты поменялась? Как из пожилой женщины стала вдруг такой молодой и невероятно красивой? Ты тоже хлебнула какого-то зелья?

После моих слов она немного покраснела и тут же прикрыла лицо ладошками, потом почти шепотом сказала:

- Род великий, получилось, - и бросилась мне на шею.

Она крепко обняла меня, и я почувствовал, как мое плечо начинает мокнуть, но то были слезы счастья.

- Ты даже не представляешь, как долго я хотела, чтобы хоть кто-то из людей увидел меня в истинном обличье, - с радостью в голосе начала мне объяснять Ядвига. - Злые языки из новой веры и народный фольклор превратили меня из берегини, коей я всегда была, в старую Бабу. Когда-то меня звали Ягиня, а моя наставница называла Ягуша.

- Погоди, Ягиня? – ошеломленно спросил я. - В смысле, Яга, Баба Яга из детских сказок? Но как такое возможно?

- Увы, Сережа, все возможно, - ответила она уже спокойным голосом, - когда я жила, как берегиня, то всегда была такой, какую видишь сейчас. Но злые люди начали клеветать на меня, рассказывать разные страшилки, связывать с моим именем все плохое, что есть мире, пугать мной детишек. Магия имени - сильная штука, - сказала она и подошла к столу, чтоб налить себе в кружку чай. - И случилось то, чего я не ожидала от людей. Они поверили, они стали меня считать исчадием Пекла. И это за всю доброту, которую я приносила людям, - сказала она с обидой и так сильно стукнула кружкой по столу, что та рассыпалась на мелкие осколки. - Вот меня и видели, как и ты вначале, только как старую женщину.

- А сейчас что произошло? - спросил я. - Я думал, что смогу только чувствовать все необычное, а тут все поменялось. Я вижу какое-то свечение от вон тех склянок, чувствую запахи разные, на вкус, правда, еще ничего не пробовал.

- Это ты еще своих глаз не видел, - сказала она с улыбкой.

- А что с ними не так? – спросил я и пошел к стене, где висело зашторенное небольшое овальное зеркало.

- Мама дорогая! - сказал я вслух.

На меня из зеркала глядел совсем другой человек. Нет, лицо не изменилось, разве что появилась густая борода, которую никогда не отпускал, предпочитая гладко выбритое лицо, даже в командировках. Но все бритвенные принадлежности остались в моей палатке. А вот глаза. Да, это было необычно, радужка глаз была почти белой, с небольшим оттенком синевы, словно глаза собак породы хаски.

- Красивые, правда, - сказала Ядвига, теперь уже Ягиня. - В тебе все же есть частичка от Даждьбога. Поэтому ты не только сможешь чувствовать все необычное, как те ублюдки, но и видеть все в истинном цвете, сможешь и видеть, и слышать всех, кого невозможно увидеть обычному смертному и, скорее всего, даже взаимодействовать на физическом уровне, но это надо проверить.

- Ну, спасибо тебе, Ягуша, - сказал я с улыбкой, и ее щечки вновь налились краской, - Я навеки твой должник!

Глава 3, часть 1

После всего случившегося и крепкой настойки, которую дала Ягиня перед сном, объясняя, что это поможет новым способностям усвоиться, я спал как младенец. Как только уснул, то сразу провалился в пустоту, в которой не было абсолютно ничего. Но вдруг где-то вдали я увидел небольшую, еле видимую точку света. Так было недолго. Она сначала засветилась ярче, потом стала пульсировать. И с каждым биением становилась все ярче и ярче. И вот, спустя пару минут, она стала настолько яркой, что я невольно прикрыл глаза ладонью, чтоб не ослепнуть. Это было не похоже ни на что. Но долго так продолжаться не могло, и яркая точка просто взорвалась. Взрыв был такой силы, что все вокруг, все пространство превратилось в квинтэссенцию самого света. Ничто не могло спрятаться от него. Даже закрыв глаза руками, я все равно видел только свет. Потом его яркость спала настолько, что я смог открыть глаза и увидел то, во что превратилась эта пульсирующая точка. Я видел нечто, вселенский бульон из сил различных и энергии. Это было то, о чем говорила Ягиня, кроме как Хаосом, явление назвать было просто невозможно. Частицы всего сущего были в общей массе, это приводило к неспособности чего-либо к созиданию или просто к существованию. Ведь как могут силы света быть перемешаны с силами тьмы, материя с антиматерией? Это в конечном итоге привело бы к гибели всех сил, всего. Или они бы уничтожили себя своим противодействием, или, смешавшись в общем бульоне, стали бы инертными, растеряв все свои силы. Я не понимал, откуда пришло ко мне это понимание - в любом варианте итог был бы один.

И тут появился Он, тот, кого этот расклад событий явно не устраивал. Я увидел лишь силуэт человека, который появился из похожей пульсирующей точки, что возникла сразу после того, как образовалось это поистине грандиозное месиво. Я сначала лишь наблюдал со стороны за всем происходящим, но мне безумно захотелось увидеть поближе, что там. И усилием воли или с помощью какой-то сторонней силы, не знаю, как это у меня получилось, но я медленно поплыл туда, где находится кто-то, настолько могущественный, что и представить просто невозможно. Спустя некоторое время я оказался рядом с Ним и смог воочию разглядеть, что там происходит. Я увидел Бога, никем другим это просто не могло быть. Огромный старец, с седыми волосами и длинной бородой в простом одеянии. Я парил от него, наверное, в миллионах километрах, но он уже был с гору Эверест. То есть я для него не больше микроба, а может, и атома. Я смотрел, не в силах отвести взор, а посмотреть было на что. Я наблюдал за творением, наверное, всего сущего, и лишь мог предполагать, о чем сейчас думает этот могучий великан.