Антон Хрипко – Белкин выбор (страница 2)
И она на экзамене написала очень обстоятельный рассказ про то, как в будущем люди будут летать в космос буднично как на службу. Как они там в космосе будут работать, знакомиться, жениться, заводить детей, воспитывать их и даже создавать комсомольские ячейки. Вызывать других на соцсоревнования, участвовать в конкурсах и брать новые и новые вершины в советских достижениях. А что ещё могла написать искренняя девушка в 1961 году про космос? Она сдала сочинение и пошла домой.
Это был последний экзамен. Было лето. Позади все испытания – и школьные экзамены, и десять лет в школе, и даже экзамены на журфак. Оставалось только ждать результаты, но на всякий случай Белка к этому моменту поинтересовалась другими институтами, где готовят инженеров.
И вот настал день, когда можно было прийти и узнать результаты экзаменов. Как обычно, все оценки вывешивали снаружи на стене Университета – получалась такая большая-большая как бы стенгазета, а на ней листочки с фамилиями и рядом оценки и итоговый балл. Перед этой стеной с оценками стоит огромная шумная толпа и изучает баллы. Белка нашла свою строчку «Белла Ерохина» и протиснулась к стене, чтобы прочесть цифры.
Тут она увидела, что у неё итоговая оценка 4.95. А это очень высокий балл. Она даже не ожидала такого. Она так разволновалась, что отошла от стены, чтобы перевести дыхание. «Я принята? Я принята? Что делать? Бежать к телефону-автомату звонить маме на работу? Но она может быть на выезде… Как же так – я буду учиться в Московском Университете? Может, это какая-то ошибка, и в этом году у всех 4.95? Нет, надо успокоиться и посмотреть другие оценки…» – так думала Белка и постепенно приходила в себя.
Слегка остыв, она вернулась к стене с результатами, чтобы увидеть своими глазами, сколько таких высоких оценок есть у других. А то вдруг почти у всех в этом году 4.95. Она стала ходить вдоль стены и издали пытаться рассмотреть оценки других абитуриентов. А там сотни оценок всех, кто сдавал экзамены. Потому что конкурс в Московский Университет всегда очень высокий. И на каждое место много желающих.
Все стояли очень плотно друг к другу около этой стены с оценками и высматривали свои фамилии. Но Белка хотела только посмотреть, какие цифры у других. Поэтому она просто скользила взглядом поверх голов и выхватывала самые высокие оценки.
И тут вдруг она поняла, что ни у кого нет такого среднего балла как у неё – 4.95. Есть только слегка ниже. А у многих средний балл был вообще около 4 и даже 3.5. Она опять так разволновалась, что снова отошла от стены с результатами, от толпы абитуриентов, чтобы перевести дух. Она смотрела себе под ноги на свои белые босоножки и рассуждала: «Так, значит, я точно поступила в Университет! Как же так?! Так я хотела этого? Или не хотела?» Она в этот момент не могла ответить себе на этот вопрос. Она была слишком возбуждена. И она столько сил потратила на эти экзамены, что такой поворот событий застал её врасплох. В глубине души она немного не верила в своё поступление в Университет. Поэтому она уже была готова в августе идти и сдавать документы на инженера в другой вуз Москвы рядом с домом.
Но наконец она взяла себя в руки и снова пошла к стене с результатами. Она решила поподробнее посмотреть, у кого есть почти такие же высокие результаты, как у неё. И она нашла: у одной девочки по имени Кира – 4.94. И у другой девочки по имени Майя тоже 4.94, а остальные баллы были только ниже и ниже.
Белка очень удивилась: во-первых, три самых лучших результата получили девочки, и ни одного мальчика. Во-вторых, теперь получается, что она однозначно поступила, потому что это главный экзамен, и у неё точно самая высокая оценка. И только тут она начала по-настоящему радоваться, потому что до этого момента она не понимала своего результата и того, как устроено это поступление.
Она родилась во время войны. Так сложилось, что мало кто из её знакомых и родственников смог получить хорошее образование в Москве. А потом правила поступления после окончания войны часто менялись. Многим давали льготы, потом эти льготы отменяли. Поэтому ей не у кого было спросить, как вообще надо поступать в Московский Университет. Да даже куда пойти учиться после школы – ей тоже не у кого было спросить. В школе все учителя отучились ещё до войны, а до войны всё было по-другому…
И вот она стоит в сторонке и размышляет, как она сегодня обрадует маму, папу, как обрадует бабушку. А вокруг стоит галдёж. Все стоят и обсуждают свои результаты, знакомятся друг с другом. И вдруг она слышит совсем рядом, как две девочки говорят:
– Надо же у нас с тобой 4.94, а есть какая-то девушка Белла, так у неё аж 4.95! Выше, чем у нас. Надо же! Вот бы её найти и познакомиться!
И тут Белка к ним поворачивается и говорит:
– Привет, а я и есть эта Белла, давайте знакомиться!
– Я Кира, – ответила одна девочка.
– А я Майя, – ответила другая. – У нас по 4.94.
– О, так, значит, мы точно поступили? – спросила Белка.
Кира и Майя заулыбались:
– Да, похоже, что поступили.
Белла, привыкшая в любой ситуации руководить и быть лидером, говорит:
– Поздравляю нас всех с этим! Тогда я предлагаю пойти к метро, купить пончиков, сесть на скамейку, есть их и знакомиться.
– Белла, отличное предложение! – ответили девочки, и они просто побежали к метро.
Почему они побежали? Потому что это был летний солнечный день, июль, потому что они молоды, потому что они живут в самой лучшей стране мира, которая только что запустила первого космонавта, потому что у них впереди вся жизнь, и они поступили в Московский Университет – главный университет СССР!
Глава 2
От Университета они втроём побежали, но ко входу метро «Университет» они уже шли, так как до метро далеко, и бежать весь путь тяжело, тем более в босоножках.
У метро было шумно и пыльно – хотя уже 2 года как станцию открыли, а всё равно вокруг работала техника, и было много людей. У входа в метро в ларьке продавались пончики. Пончики делал аппарат, он выдавливал тесто в кипящее масло, там оно обжаривалось, потом продавщица эти пончики вылавливала ситечком, бросала на лоток с сахарной пудрой и перекладывала в бумажный кулёк. И выдавала через окошко.
Девочки взяли каждая по маленькому кулёчку и пошли искать скамейку. Но ни одной не было рядом. Стоял шум от строительной техники – опять клали асфальт. Тогда они ушли в тихий двор соседнего большого кирпичного дома, сели там на скамейку, посмотрели друг на друга и рассмеялись. У них так хорошо всё складывалось этим днём, что им
Они стали рассказывать наперебой друг другу, кто и почему решил поступать в Университет и как они вообще стали заниматься литературным творчеством.
Оказалось, что Майя уже давно работает в газете – в министерской многотиражке у отца и, как журналист, пишет статьи, очерки, даже брала интервью и ездила на заводы в командировки. Она была на несколько лет старше Белки. Майя жила в самом центре Москвы в доме для важных руководителей, потому что её отец был большим начальником в министерстве. У них даже была служебная машина. Они никуда не уезжали из Москвы во время войны, поэтому Майя запомнила бомбёжки и все эти ужасы, хоть и была тогда совсем маленькой. Она была не только старше Киры и Беллы, но и была более обстоятельной и рассудительной.
А Кира была попроще, жила в ближнем Подмосковье, поэтому планировала жить в общежитии. Она с детства писала стихи, писала статьи о поэтах, о писателях. И она многое знала про стихи – про то, как их надо писать, про ритм и про рифму. Вообще она очень хорошо знала и понимала литературу, но не пошла в литературный институт – не верила в свои силы. И Кира тоже уже работала – подрабатывала у мамы на почте на четверть ставки.
И, в конце концов, они все вместе стали обсуждать стихи – кто какого поэта больше любит. И тут вдруг они выяснили, что Сергей Есенин оказался любимым поэтом для всех троих. Даже начали тут же друг другу читать наизусть свои любимые строчки из его стихов.
В те годы девушки в СССР очень любили Сергея Есенина, поэта, который жил в начале 20 века. У многих на стене в комнате висел его портрет. А строки «Дай, Джим, на счастье лапу мне, такую лапу не видал я сроду…» – кажется, знала вся молодёжь.
И тут вдруг Белла говорит:
– А давайте мы все вместе поедем в Константиново?
– Это где? Это что? – стали спрашивать Кира и Майя.
– Как? Вы не знаете? – затараторила Белла. – Константиново – это то место, где Есенин родился и вырос. Это на Оке. Очень красивое село прямо на берегу реки. Там так красиво, так красиво, что только стихи писать! И там есть его дом, где он родился и вырос. В этом доме в прошлом году жили учителя местной школы. Но там хотят сделать его музей. Это недалеко от Москвы. Можно даже за день туда-обратно успеть. Там живёт моя бабушка Татьяна Николаевна, прямо в этом Константиново, в самом крайнем доме. Да там всего одна длинная улица. Бабушка там тоже родилась. Она даже Есенина видела мальчишкой. А я в этом Константиново часто бываю у неё, может, поэтому так люблю Есенина. Я когда у бабушки жила ещё в самом детстве, я знала, что по этим же улицам ходил сам Есенин всего 20 лет назад!