Антон Дюжев – Мёртвая Материя (Новое издание) (страница 21)
– Что? – Переспросил Кофлер, склонившись над умирающим.
– Почему… ты… это… делаешь? – Выдохнул Майкл, собрав остатки сил.
– Потому что ты мертворожденный и должен оставаться мертвым! – С этими словами Кофлер встал и побрел прочь, оставив Теллера лежать на окровавленной земле.
Предслоение
II
Объект вошёл в Резонанс…
СЛОЙ ВТОРОЙ
Не враг
Белая пелена отступает, словно утренний туман. Я снова здесь, вынырнул из омута забытья! Прикованный к этому проклятому креслу. Сколько времени я провёл в небытии? Назойливый звон в ушах не стихает. Сквозь этот шум я вновь слышу голос незнакомца в комбинезоне. Он настойчиво повторяет свой вопрос: – Как поёт Соловей?
Я смотрю на него в упор, не отводя взгляда. Кажется, я угодил в лабораторию к безумному вивисектору, помешанному на глупых вопросах и изощрённых пытках! Окинув взглядом помещение, я замечаю странные метаморфозы. Всюду вспыхивают призрачные фиолетовые сполохи, окрашивая стены, приборы, сплетение проводов. Они касаются даже моего странного собеседника. Сама комната словно теряет твёрдость, оплывает. Свет мониторов приобретает зловещие пурпурные оттенки. Но мой мучитель, кажется, не замечает этих изменений, или умело делает вид. Новый удар тока. На этот раз сознание не покидает меня. Сквозь боль прорываются обрывки воспоминаний: фигура в капюшоне, Странник, раскалённая пустыня… Но это не мои воспоминания! Бессвязные, перепутанные образы, окутанные багровым маревом. Вольфрамовая комната… Там я видел Странника в последний раз. Но где он сейчас? И кто я такой? Как я сюда попал? Снова вопросы, тонущие в бездне.
– Как поёт Соловей? – С настойчивостью маньяка повторяет мой собеседник.
– 31 387 72 17 473 6 2. – Диктую я числа, возникшие из ниоткуда.
Незнакомец возвращается к мониторам, вглядываясь в один из них. До меня доходит – он читает! Читает мои слова, появляющиеся на экране. Что здесь происходит?! Неужели он не понимает меня? Может быть, мы говорим на разных языках, и это – некий переводчик? Но я же понимаю его! Что-то внутри незнакомца начинает пульсировать оранжевым светом – цветом надежды. Он возлагает на меня огромные надежды.
Фиолетовые тени слегка отступают. Я чувствую их эмоции. Я – эмпат? Почему «их»? Значит, он здесь не один? Конечно, не один! За стенами я ощущаю присутствие ещё нескольких оранжевых свечений, менее ярких. Скафандр снова приближается ко мне. Цвета внутри него меняются, уступая место светло-зелёному.
– Спасибо! – Произносит незнакомец. В его голосе – бездонная благодарность и облегчение. Он протягивает ко мне руку… Зачем? Чтобы похлопать по плечу? Но тут же одёргивает её. Снова возвращается к мониторам.
– Послушайте! Я вам не враг! – Пытаюсь придать своему тону убедительность, хотя внутри бушует злость. Снова этот отвратительный, искажённый голос. – Что бы ни случилось, я хочу вам помочь!
Незнакомец смотрит на мониторы, изучая мои слова, складывающиеся в предложения.
– Прости, но мы должны продолжить! – С сожалением в голосе произносит он. Из-за герметичности скафандра его голос звучит приглушённо. И продолжает:
– Что произошло в Красной Комнате? – Задаёт он очередной вопрос, на который у меня нет ответа.
– Я не знаю! – Твердо, но со страхом произношу я. Пурпурные тени снова сгущаются вокруг.
Я слышу, как вновь оживают механизмы пыток. Значит, всё повторится. Или это – своеобразная шоковая терапия? Ясно одно: этот человек отчаялся настолько, что готов на всё. Что же с ним случилось? А может, не только с ним? Меня накрывает шквалом боли и света. Я тону в нём, как в океане, погружаясь на самое дно.
Когда развеется сон…
Темнота – это странная бездна, чьи объятия плотным коконом сковывают всё сущее, не позволяя ускользнуть. В её власти зрение меркнет, и даже собственное "я" исчезает в непроглядной мгле. Искусный обман, погружающий мозг в бесформенное ничто, где рушатся границы пространства и времени. Кажется, будто сама ткань бытия соткана из этой всепоглощающей Тьмы.
Странник потерял счёт времени, проведённому в этом абсолютном мраке. Поначалу ему чудилось, что он дрейфует в морской пучине, но вскоре исчезло и это ощущение. Он перестал чувствовать что-либо, даже собственное тело.
Неужели так выглядит абсолютное ничто? Тьма, поглотившая всё? Быть может, это предвестие Конца Света, когда Вселенная истощит свои силы и обратится в ничто? Но так ли ужасна эта бездна? Странник не мог ответить. В ней царили неуют и леденящий холод, но вместе с тем – небывалый покой. Покой, предвещающий сон. Мёртв ли он? Воспоминания о трагических событиях, приведших его к гибели, постепенно стирались. Ещё немного, и он забудет даже своё прозвище, растворившись в этой мгле. Неужели после смерти остаётся лишь "Это"?
Единственное, что тревожило его – неразгаданные вопросы. Как и Майкла. Точно! Майкл Иви Теллер! Он тоже искал истину и пал жертвой предательства и любопытства. Странник видел нож, вонзённый в грудь Теллера, с выгравированными на рукояти буквами. Нож! Тот самый, который он сжимал в руках, когда очнулся на дне Кратера. Лезвие было обагрено кровью! Неужели это кровь Майкла? Но полковник Стимсон утверждал, что она не принадлежит человеку! Значит, Майкл Теллер – не человек? Или всё же человек? Странник чувствовал, что упускает некую важную деталь. Одно было ясно: его и Майкла связывают незримые узы. Почему капитан Бокскар выстрелила в него? Ведь он был готов открыть местонахождение Красной Комнаты.
– Там, где жизнь сменяет смерть! – Произнёс человек в капюшоне. Это же Странник пытался сказать полковнику, но выстрел оборвал его слова. Бокскар не хотела узнать о Красной Комнате! Она хотела заставить его умолкнуть навсегда! А что, если Красная Комната – всего лишь шифр?
Впереди вспыхнули белые зарницы, и вдали замерцал свет. Он устремился навстречу, приближаясь всё быстрее и быстрее. Вот он уже совсем близко. Вдруг мощный удар отбросил его в сторону. Странник понял, что находится в тёмном, тесном помещении. Стены и потолок были увешаны причудливыми устройствами, а вокруг мерцали разноцветные огоньки. Прямо перед ним стояло странное кресло в человеческий рост. По ту сторону кресла кто-то шевелился. Внезапно вспыхнул яркий свет, и загадочные приборы заискрились. Странник понял, что того, кто находится в кресле, терзает невыносимая боль.
Видение исчезло так же внезапно, как и появилось. Что это было: будущее, прошлое или нечто иное? Странник почувствовал лёгкий ветерок, ласкающий его измученное тело. Он стоял на возвышенности, и его ноги утопали в песке. Кругом царила ночь. Он снова в пустыне. После той, истинной Тьмы, ночная мгла казалась ему почти дневным светом! На небе сияли яркие звёзды и висел оранжевый диск луны. В пустыне было прохладно, и Странника пробирал озноб. Он был рад этому. Он снова что-то чувствовал! А раз чувствует – значит, жив. Осмотрев себя, Странник обнаружил, что совершенно гол. Ощупав место, куда попала пуля, он не нашёл и следа раны. На руке не осталось даже намёка на шрам.
– Я жив! – Произнёс он с глуповатой интонацией. Странник стоял на краю огромной, зияющей ямы. Кратер!
– Я создал Кратер! – Пещал Голос в Вольфрамовой комнате.
Подойдя к краю пропасти, Странник осторожно заглянул вниз. Дно было окутано туманом.
Там что-то происходило. Поднялся сильный ветер, и по коже Странника побежали мурашки. Он различал, как внизу нарастает вихрь, и внутри него что-то движется. Вдруг появились три жёлтых огонька, похожие на шаровые молнии. Неожиданно молния ударила прямо в центр вихря, и песок с камнями закружились в непонятном танце. Затем появилось мерцание, которое становилось всё ярче и ярче. Вспышка, ещё одна, и ещё. Наконец, всё вокруг залило ослепительным светом. Странник прикрыл глаза рукой. Когда свет рассеялся, он увидел на дне неясную фигуру.
В этот момент песок под ногами Странника начал осыпаться, и он понял, что падает вниз. Он почувствовал, как приземляется на твёрдую поверхность. Явно не на землю. Странник поднялся и огляделся. Он находился в своей комнате на базе. Нужно было одеться! Порывшись в шкафу, он нашёл запасной комплект одежды: старую, выцветшую форму (штаны и китель) на размер больше, а также пару берцев. Пришлось довольствоваться этим. Накинув их на себя, он направился к двери. В коридоре горел ярко-красный свет, и из динамиков раздавался надрывный вой сирены. Точно так же, как в первую ночь!
Полковника нужно было отыскать немедленно. Но как определить верное направление в этом багровом мареве? Коридоры извивались, словно змеи, запутывая и сбивая с толку. Вскоре и Странник почувствовал, что заблудился, будто угодил в заколдованный лабиринт. Ему казалось, что он ходит по кругу. Пугало и то, что вокруг не было ни души. Куда все подевались?
Еще одно зловещее открытие – база словно одряхлела, провалилась в пучину времени. Стены, испещренные сетью трещин, местами обнажали зияющие темные провалы. Пол под ногами стонал и скрипел, словно состоял из прогнивших костей. Со сводов, словно зубы времени, осыпалась штукатурка, а воздух был плотным от удушающей пыли. Стены и потолки покрывали странные рисунки, нанесенные чем-то, напоминающим запекшуюся кровь. В багровом свете они казались зловещей какофонией, где переплетались хаотичные линии и пятна. Но даже сквозь этот кровавый туман Странник различал повторяющийся мотив – три круга, или скорее полукруга, вложенных друг в друга, словно зловещая матрешка.