Антон Дементьев – Мальчик, которого не научили умирать (страница 2)

Мне стало неловко и я, совершенно по-детски, пожал плечами. Долька яблока, которую я схватил в первую очередь, лишь бы сразу не отвечать, оказалась кислой до ужаса. От кислоты сильно защипала рана, из-за чего пришлось целиком запихать дольку в рот и плотно сжать губы от боли. Люсинда внимательно смотрела за мной и явно ждала ответа на свой вопрос. Она аккуратно присела на краешек кровати.

– Простите, но я ничего не помню… Даже как меня зовут узнал от вас, – я отвернулся к окну и тяжело вздохнул, тут же ощутив мягкую руку на своём плече.

– Не печалься, мож кто да и ищёт…

– Люсинда… Тетя Люсин, прошу простить, если вдруг спрошу что не так… Можете прояснить кое-что? – не буду же я ей говорить о том, что последнее моё воспоминание было связано с моим убийством магами, которые просто сожгли дом, вместе со мной и моими домочадцами. И что я не знаю сейчас ни где я, ни кто я, ни сколько прошло лет.

– Вестимо, спрашивай. Чем смогу, помогу. Тем более, что тебе тут ещё несколько дней придётся проваляться.

– Почему?

– Так ведь, скок ты по лесу-то блуждал… да и детинка слабый ты на вид. Староста, как тебя увидел, так сразу за лекарем отправил. А за ним пара суток пути. Старшенький мой обещал скакать со всей мочи.

– Спасибо, – я торопливо кивнул, выражая благодарность, продолжая стучать ложкой о стенки тарелки. – Можете рассказать, где мы? Какие рядом, может, сёла, да деревни есть?

– Чавось? – кажется, я всё-таки смог её удивить.

– Может знакомые названия скажут что… А то ни матушки, ни батюшки не помню, – я потихоньку начал подстраиваться под её манеру речи, чтобы не вызывать лишних подозрений.

– Ох ты ж… – эмоционально взмахнула руками женщина и резко притянула меня в свои железные объятья. Я лишь придушено пискнул. Люсинда выпустила меня из объятий и рукой смахнула набежавшую слезу. – Как так-то ни мамушки, ни батюшки…

– Рядом с нами-то и не живёт толком никто. Наше село – Гелен, чуть дальше от нас по реке, коли к океану идти, то прямо будет Волчарка, А через реку напротив – Рыбовски.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить карту.

– Ещё есть Уолбридж, огромный город с каменными домами, он в паре дней пути. Оттудова как раз наш лекарь. Он один на ближайшие села да деревушки, – тяжко вздохнула Люсинда, верно о том, что лекарь так далёк.

– А река как называется?

– Так мы почти на ней стоим, на реке Телеки, а Рыбовски больше на реке Тэин. Что, вспоминается?

– Если бы, – тяжело вздохнул я, отводя взгляд. Примерно я понял, где нахожусь, но радости мне эта информация не принесла. Самая непроглядная глушь людского королевства, в нескольких днях пути от границы с королевствами гномов.

– А далеко отсюда до столицы?

– Ну, нашёл что спросить, – усмехнулась женщина, поправляя чепчик. – Так знамо дело: как к дракону на гребень, а то и далече. Да и не надо оно тебе – всё одно не дойдешь и сгинешь.

– Мне кажется, что я что-то помню, но всё как в тумане… Словно злые сущности водит за нос.

– Ну, будет тебе! Отдыхать тебе надо, отсыпаться. Давай-давай, ложись.

Я послушно взял последнюю дольку яблока и медленно стал грызть её. На удивление, было приятно от кислоты, она помогала думать, не смотря на боль.

– Тёть Люсин, а как называется ближайший крупный город? – решил я уточнить ещё раз, чтобы хоть как-то удостовериться, что верно понял куда меня забросило в этот раз. – Самый-самый крупный.

– Уолбридж. Что ты, как совсем малёк какой… – Люсинда встала с кровати и погладила меня по голове. – Есть у нас ещё городок неподалеку, всего полдня пути, да только название позабыла. У старосты спросишь, коли надо будет. Поспишь, тогда ещё чего расскажу.

Неосознанно я потянулся за её рукой, словно мне не хватало простой человеческой ласки. Натянув одеяло повыше, я зажмурился, стараясь отогнать это странное чувство пустоты. Так значит, меня забросило достаточно далеко от столицы. Я на самой окраине западных земель страны, притом ближе к горам. Про названные города почти ничего и не знаю. Про Уолбридж слышал пару раз, а значит он должен быть достаточно хорошо развит. Хотя бы торговля и образование должны быть точно. Очень сильно надеюсь и на школы, доступные простому люду.

– Большое спасибо, – прошептал я уже почти ушедшей Люсинде. – И, пожалуйста, не обращай внимания на мои причуды. Мне кажется, меня таким воспитали…

– Всё хорошо. Ежели надо будет чего – кликни.

Женщина вышла, и я остался совершенно один. Мысли буйным потоком завертелись в моей голове, не отпуская ни на минуту. Благодаря разговору с Люсиндой, мне удалось узнать своё имя и местоположение, а это уже кое-что. Мне б ещё время нынешнее узнать. Про магию здесь спрашивать явно не с руки, но можно будет поспрашивать про книги и про народ в селе. Люсинда явно любит поболтать.

Я поднял глаза вверх, разглядывая бревенчатый потолок, а в итоге даже сам не понял, как провалился в сон. Мой организм был сильно истощён и нуждался в крепком и спокойном сне. Очнувшись, я чувствовал себя уже немногим лучше, хотя по началу глаза разлепить было неимоверно трудно. Перевернувшись на другой бок, ненароком зацепив очередной синяк, я попробовал снова уснуть, но мне не дали.

– Спишь? – дверь проскрипела, и тишину нарушил осторожный голос Люсинды.

– Нет, только глаза открыл, – ответил я, приподнимаясь в кровати.

– Вот и ладно. Гляди-ка, чего тебе принесла, – рядом со мной на тумбу опустился поднос с едой. Нос отчетливо учуял запахи похлёбки из рыбы, ржаного хлеба и ароматного напитка из лесных ягод. – Тебе сил надобно набираться. Всё свежайшее, кушай.

– Тёть Люсин, – замялся я, притягивая похлёбку ближе. – Любопытство всё мучает меня. Ответите ещё на несколько вопросов?

– Слушаю. Чего такое? Может вспомнил что?

– Да вот, не знаю, даже как и сказать… – начал я издалека, давая себе время. – Вот вы говорите, что мне “влёжку лежать” ещё несколько дней. А что ж мне делать? Не могу же я просто лежать, так и с ума сойти можно. Может, на улицу, на свежий воздух, можно выходить? Или почитать, может быть, есть что?

– Ой, насмешил, окаянный, – смеясь, сказала меня Люсинда. Не такой реакции я ждал. – Ток-ток с того света, а уже… Лежи спокойно да спи, что тебе ещё делать. А на счёт книжек – так ведь отродясь не водилось у нас. Чай, не богачи какие да книжные черви, чтобы за бумажки цепляться. Тем паче читать, то у нас ток батько-то умел. Муж мой то так, сяк, да и не надобно ж нам. Пахарь да баба простая. У старосты может и есть чего, так про то знать не знаю.

– Печально, – вздохнул я, вложив в голос всю доступную мне горечь. – А то ведь я и читать умею. Возможно… А ведь даже попробовать или вспомнить не получится. Ни уж то совсем ничего нет?

– Да говорю ж тебе – нет, и всё тут! – Люсинда несколько секунд молчала, после чего выдала: – у бабки Мор можешь спросить, у неё было, да она робить точно заставит.

– Спасибо большое, тётя Люсин, – оживился я, двинувшись в постели и чуть не опрокинув поднос с едой. Пусть, я ребёнок, мне надо быть эмоциональным.

– Тишь, тишь ты, окаянный, – удержала она меня за плечи, боясь, что я вскочу и побегу тут же к этой бабке. – Морнея человек непростой, абы как не подступишься. Тут покумекать надо, а для этого что? Правильно – силы нужны. Поспишь, отдохнёшь и сходишь. А до тех пор муж мой тебя за порог не пустит, кабы кони не двинул.

– Хорошо. Как скажете, – сдался я, отстраняясь от всё ещё теплого компота. Всё остальное уже незаметно опустело в мисках.

Я пожал плечами. Мы с Люсиндой ещё посидели, болтая просто так, хотя больше, конечно, говорила сама Люсинда. Ей явно не хватало ушей, кому можно было вывалить всё, что она в деревне видела и знала. Мне же казалось, что за час беседе я знал о самой Люсинде и обо всей её семье всю подноготную информацию, а также заодно и про эту бабку Мор. Пока мы болтали, я всё думал, как бы мне поскорее до книг добраться. Мне действительно не хватало действий. Да и не помешало бы вообще узнать, есть в этом теле магический потенциал. А то вдруг и дара-то нет. Да, без магии можно прожить вполне счастливо, но в очередной раз мечта останется мечтой.

На следующее утро я попытался было убедить мужа Люсинды, но попытка не увенчалась успехом. Все мои доводы разбивались о его непоколебимую веру в лекаря. Уже на второй день своего вынужденного заключения в доме, я взвыл от скуки и одиночества: прогуляться самому меня никуда не пускали, под присмотром выпускать не хотели, а готовка и уборка мне давались из ряда вон плохо. Всё-таки слаб был я ужасно и уставал быстро. Всё, что мне оставалось, это приводить своё тело в порядок и силиться искать в себе магический потенциал. Несмотря на множество разных способов это узнать, в моём распоряжении был лишь один: медитация. Откуда-то из прошлого я помнил, что она помогала магу в познании себя и в восстановлении маны – волшебной энергии, которой оперирует маг при создании заклинаний. Медитация же позволяла заглянуть внутрь себя и определить размер и заполненность внутреннего магического накопителя или, как говорили профессора института магии, резервуар души. Ужасно странное название, никогда его не понимал.

Первая медитация в этом теле ни к чему не привела, однако я не отчаивался. Редко что-то получается с первого раза. Главное, упорно продолжать изо дня в день трудиться в ожидание результата. Вряд ли у меня в ближайшее время будет возможность купить услуги мага или тем более определить наличие маны в себе при помощи кристаллов, поэтому медитация – мой единственный вариант. А между делом, после пробуждения, после обеда и ужина, я занимался укреплением своего тела. Приседания, перекаты, попытки оторваться от земли при помощи рук и прочее, что только могло прийти в голову. Естественно, домашние ни о чём не догадывались и даже если заставали меня за медитацией, то не особенно этому удивлялись. Мало ли, какие причуды у мальчишки моего возраста, который скорей всего потерял всех своих родных, ведь меня всё ещё никто не искал, и был на волоске от гибели.