Антон Аркатов – Реликты лета (страница 25)

– Я знаю не многим больше тебя. До вчерашнего дня я был в таком же лагере, только там были другие пионеры. Точнее, люди, которые считают себя пионерами. Точнее, они выглядели как люди, вели себя как люди… – Я никак не мог выкинуть из головы, что мой двойник называл их куклами. – Я точно так же, как и ты, очнулся в Икарусе и не знаю, как сюда попал. Но в первые пять дней всё было более-менее нормально. А вот вчера меня начало кидать между… давай назовём это мирами. И вот теперь я здесь.

Мне не хотелось пока ей рассказывать о моём двойнике, о том, что двойник есть и у неё. Славя слушала меня внимательно, однако казалось, что мои слова интересуют её постольку-поскольку.

– Но там хотя бы кормили, – попытался улыбнуться я, однако тут же понял, что для неё это слабое утешение.

– Ты можешь забрать меня в тот другой мир?

– Я не знаю как…

– И каким образом тогда ты здесь оказался?

– Ну, это сложно.

– Насколько я понимаю, у нас сколько угодно времени.

Славя встала и принялась собирать рассыпанные по полу грибы. Я помог ей, а затем сходил набрать воды.

Удивительно, но плита работала, и вскоре на ней кипела кастрюля с неким подобием супа из грибов и корешков. Мы стояли рядом, томясь от мучительного голодного ожидания.

– А как-то побыстрее нельзя? – наконец не выдержал я.

– Мне сесть на неё, что ли, чтобы быстрее варилась? – огрызнулась Славя.

– Извини, я не хотел. Просто я тоже с утра ничего не ел. Но не в моём положении жаловаться, когда ты тут на грибах и кореньях уже почти неделю…

– Иногда другие приносят что-то с собой. Булочки, пирожки, конфеты. Конечно, хотелось бы уже просто борща и картошки с котлетами! – Славя слабо улыбнулась.

– Понимаю, – протянул я.

На самом деле я плохо себе представлял, что ей пришлось пережить за эти дни. Мне всегда было свойственно преувеличивать собственные проблемы и не задумываться о том, что кому-то может быть хуже. Нет, я ни в коем случае не принижал проблемы чужие, просто всегда считал, что если один человек страдает больше, то от самого этого факта кто-то другой не начнёт страдать меньше. Другое дело – стоило ли мне вообще, на своём месте, страдать?..

– Выходит, ты не знаешь, как попал в этот лагерь и как оказался в этом мире? – спросила Славя.

Мы поели супа, который оказался пресным и не особо приятным на вкус, но всё же достаточно сытным. Лицо Слави порозовело, к ней возвращались силы, и я решил, что настало время продолжить обмениваться информацией.

– Меня отправил сюда пионер, который выглядит как я. Я не знаю, видела ты его или нет. Я называю его двойником. Он говорит, что он – это я, только много циклов спустя. – Я заметил вопросительное выражение на лице Слави и продолжил: – Двойник утверждает, что мы заперты в неких циклах – проходит семь дней, а потом всё повторяется.

Я замолчал на мгновение, подбирая слова. Ведь, рассказывая про него, я фактически рассказываю про себя.

– Он здесь намного дольше нас с тобой и умеет всякое. Например, вот, переносить себя и других между этими циклами. И он… Ты только не подумай ничего такого! Он немного не в своём уме.

– Если он – это ты, а я здесь видела несколько пионеров, которые выглядели в точности так же… – Славя задумалась, затем рассмеялась. – Нет, я совсем запуталась!

– Возможно, от отправлял к тебе другие версии меня.

– Зачем ему всё это?

– Не знаю. Может быть, он ищет способ выбраться отсюда, ведь я на его месте так бы и поступил. Если он обладает такими силами, то у него должен быть какой-то план.

– И какой же?

– Говорю же: не знаю.

– Но если он – это ты, то ты можешь хотя бы предположить! – Славя начала заводиться, и мне сложно было её за это винить, так как для неё во всём, что происходит сейчас, был виноват человек, который выглядит точно так же, как я.

– Пусть мы и, грубо говоря, один человек, я всё же не могу залезть к нему в голову. Представь, что он – это взрослая версия, а перед тобой сейчас маленький ребёнок, который только учится говорить. Ты же не будешь требовать от малыша решать квадратные уравнения?

– Это если ты говоришь правду. – Она нахмурилась и прищурилась, глядя на меня с явным подозрением.

– Да, доказательств у меня нет, прости.

– Странно только, что другие ничего не рассказывали про двойников. – Славя становилась всё подозрительнее с каждой секундой.

– Может быть, они и не знают. Я же не знал до вчерашнего дня. Но, подожди, те, другие, о которых ты говоришь, они же должны были что-то рассказывать. Хотя бы о том, где они были до попадания в твой мир?

После слов «твой мир» Славя усмехнулась. Возможно, не только у неё есть причины для подозрений. Наверное, на первый взгляд, её история казалась вполне правдоподобной, но имел ли я право так слепо доверять человеку, которого вижу впервые в столь странном месте, в столь странном мире?

– Ну да, рассказывали, – ответила она не сразу. – Примерно то же самое, что и ты. Про лагерь, где есть другие пионеры. Я же говорила: они иногда приносили с собой еду. А булочки на деревьях не растут, их кто-то должен испечь.

– Ясно.

Мне просто отчаянно хотелось верить ей, не задавая лишних вопросов. Понятно, что она не была той Славей, которую я оставил в своём лагере. Но, чёрт возьми, эта девочка так на неё похожа!

– Почему ты так на меня смотришь? – спросила она с опасением.

– Просто ты напоминаешь мне кое-кого, – наконец решился я. – Если двойники есть у меня, то вполне логично, что они есть и у тебя.

– Вот как? – улыбнулась Славя, в этот раз куда более искренне. – И что-то мне подсказывает, что вы с ней знакомы достаточно близко.

– Да ничего такого на самом деле. Просто я со Славей общался больше всего в этом лагере.

– И какая она? – Девочка пододвинулась ближе и с любопытством уставилась на меня.

– Ну, шесть дней не тот срок, чтобы делать какие-то выводы. Да и я больше был занят поиском разгадок нашего попадания сюда. Но… – Взгляд Слави буквально обжигал. – Кажется, что она всегда готова прийти на помощь в беде. Мне она много помогала.

– И наверняка совершенно безвозмездно! – хихикнула она.

– В каком смысле? – Я тут же вспомнил вчерашний день и случай у озера.

– Знаешь, здесь так одиноко. – Славя пододвинулась ближе. – И если, как ты говоришь, мы здесь застряли, то ничего плохого, если…

В её глазах горел какой-то странный огонёк. Дерзкий огонёк, который сигнализировал об опасности. Мне вдруг показалось, что настоящая Славя себя бы так никогда не повела. И плита! Я вдруг вспомнил про то, что плита была совершенно чистой! Если она здесь уже шесть дней, то этот грибной суп наверняка варит не в первый раз. Неужели в её положении Славя ещё и плиту моет? Да, Славя, которую я знал, – девочка аккуратная, но это уже перебор!

Я медленно встал со стула, стараясь не выдавать своё волнение, отошёл на пару шагов, потянулся и сказал:

– Просто я спал в лесу, всё затекло.

– Вот как? – холодно отозвалась она.

– В любом случае, если верить тому пионеру, сегодня должен приехать в автобус. Мы же не знаем во сколько, так что предлагаю сходить на остановку и проверить!

– Как хочешь. – Славя встала и вышла из столовой, даже не посмотрев в мою сторону.

Конечно, чистая плита – недостаточный повод, чтобы подозревать эту девочку в чём-то, но вот резко изменившееся поведение, после того как я проигнорировал её вполне очевидные намёки, вызывало вполне обоснованные подозрения. Если тот пионер – это я после многих циклов в этом лагере, то почему эта Славя не может быть такой же? И, хоть мне было неприятно это признавать, я в принципе мог представить, что двинусь умом, проведя здесь столько же времени, сколько и он. Почему же тогда и Славя не могла заиметь аналогичный сдвиг по фазе?

Однако в действиях моего двойника всё же угадывался какой-то мотив, пусть мне и непонятный. Особенно вчера. Возможно, он вовсе и не стремился выбраться из лагеря, а преследовал совершенно другие цели, но если и эта девочка такая же, то я уже просто и не знаю, что думать. Может быть, в этом «Совёнке» есть какое-то излучение, которое постепенно сводит людей с ума? И чем дольше ты здесь находишься, тем заметнее его воздействие! Теория не хуже прочих.

Мы шли в сторону автобусной остановки, и Славя даже не пыталась скрыть своё раздражение.

– Я что-то не так сказал? – наконец нарушил я молчание.

– Ничего, всё в порядке. Я просто надеялась, что ты знаешь больше.

– А здесь всегда так тихо? – попытался я сменить тему.

– Ну да, людей-то нет.

– Это понятно. Но просто даже птицы… Этот лагерь, по сути, находится в лесу. Я, например, уже привык к уханью совы.

– Совы? – Она остановилась и пристально посмотрела на меня.

– Ну да, а что?

– Ничего, идём.

Мы вышли на остановку, но автобуса там не оказалось.

– Наверное, ещё рано.