Антон Агафонов – Возвращение демонического мастера. Книга 10 (страница 25)

Ну а я решил перейти в нападение. Рейхор, который прежде только блокировал вражеские выпады, не считая последнего, ожил, и по его поверхности скользнул электрический разряд.

Бросился к мужчине, используя технику Скользящего шага дракона, и моя скорость удивила даже его. Вот так, не только ты можешь быть быстрым, когда припрет, и теперь уже Аргхо ушел в оборону. Отбивался он всеми силами, но никак не мог поймать мой ритм атаки. Я то и дело его удивлял, и помимо царапины на груди у него появилось ещё несколько ран на предплечье и голени.

Рыкнув в ответ, он обернулся настоящим ветряным штормом. Его топоры окутало бирюзовое марево, а сам он стал вихрем из стихийной энергии, обрушивая на меня всю свою мощь. Сильная техника, как атакующая, так и оборонительная. Даже зрители и другие участники очень сильно оживились, происходящая схватка только что перешла на совершенно иной уровень, сравнимый с боями на главной арене.

Тут уже мне пришлось отступать. Не хотелось использовать Шкуру вот так. В конце концов, это же отборочные схватки, глупо открывать свои козыри в самом начале. Техника, которую сейчас использовал мой противник, вне всякого сомнения была тем самым козырем, но я оказался слишком силен, и чтобы не проиграть, ему пришлось её применить.

Теперь я тоже стал серьезнее и поднял меч, встав в стойку. До этого я стоял расслабленно, вихрь пока не приближался, но я ощущал, как он стягивает к себе потоки воздуха.

Сейчас!

Он ударил одновременно со всех сторон. Вихрь словно расширился, и сотни воздушных клинков, пропитанных теми бирюзовыми потоками стихии, устремились в меня сразу со всех направлений. Вместо того, чтобы уходить в глухую оборону, я бросился прямо навстречу одному из таких потоков. Малый громовой удар немного расчистил мне дорогу, но остальные клинки устремились за мной.

Похоже, что техника ещё и обладает своеобразным наведением. Я прыгнул прямо навстречу оставшимся клинкам и проскочил между ними. Две стихии столкнулись и аннигилировали друг друга, устроив позади меня что-то вроде небольшого ветряного взрыва, от которого я прикрылся Покровом. Правильное решение, потому что осколки стихийной энергии превратились в иглы, несильные, но от которых невозможно было увернуться.

И тут из бушующего вихря вырвался мой противник. Блондин сейчас оказался покрыт чем-то вроде стихийного доспеха, делающего его похожим на… дракона? Рога, стихийные чешуйки по телу. Два топора он соединил в один, на манер двухклинкового меча. А уж сколько энергии он выплескивал… Похоже, что это синергия его узла Истинного начала и особой техники.

— Нейт, ты бы был поосторожнее. Я понятия не имею, кто этот парень, но он использует техники Шанг Ра Хуна.

«Дай догадаюсь, это какой-то дракон».

— Ага.

«Тем больше причин его одолеть», — довольно осклабился я. Похоже, я не зря решил участвовать в этом турнире, тут есть столько интересных бойцов.

Глава 20

Больше я сдерживаться не собирался, впрочем, как и мой драконоподобный противник, и от первого же нашего столкновения дрогнул ограждающий арену барьер. В меня ударили сотни ветряных клинков, но те столкнулись с моей стихийной броней. Шкура громового дракона, когда я использовал не просто стандартное усиление, а объединял два идентичных узора, превращалась из окружающего меня барьера в нечто, больше похожее на доспех.

И если раньше в такие моменты он был очень размытым, то сейчас то ли из-за того, что я стал лучше контролировать двуединые техники, то ли от столкновения с противником, использующим драконьи техники, он стал очень осязаем.

Во все стороны били ветряные клинки и молнии, барьер дрожал, едва сдерживая выплескивающуюся духовную энергию. Мы двое словно стали бурей, он ветром, я молнией, и от нашей совместной мощи даже духовный камень, который находился под песком арены, дрожал.

Из столкновения я вышел победителем, сумев отбросить противника, и его, вне всякого сомнения, вышвырнуло бы за пределы арены, если бы не окружающий её барьер. Блондин оттолкнулся от него ногами и устремился ко мне, раскрутив свой двойной топор подобно огромному диску, наполненному бирюзовым сиянием.

В этот раз столкновение было столь сильным, что с меня чуть было не сорвало Шкуру, а духовный камень под ногами заходил ходуном. Зрители очень оживились от вида того, на какой уровень внезапно перешла схватка.

Но к его несчастью, я всё равно был сильнее. Рейхор наполнился стихией молнии, и при столкновении разряды обрушились на него всей своей силой, буквально прожигая окружающий его ветряной доспех.

Мужчина заорал и отступил, чувствуя, как начала гореть его кожа и внутренности, но в глазах не было и намека на желание сдаться. Напротив, он лишь разошелся с новой силой. Его движения стали быстрее и непредсказуемее, но мой опыт и стиль Танцующего Дракона, который я освоил пусть не в совершенстве, но на очень высоком уровне, позволяли с легкостью отражать каждую из его атак. Впрочем, я обратил внимание на ещё один небольшой свой недостаток: у меня очень много сильных техник, но когда твой противник столь быстр, то все они теряют смысл. Ни Рассекающий громовой клинок, ни другие техники просто физически не могли попасть. Только это всё равно выходило растягиванием агонии. Аргхо проиграл, просто ещё этого не знал.

В момент, когда он стал выдыхаться, а это чувствовалось по упавшей скорости атаки, я резко перешел в контрнаступление, сбивая его с ритма и мешая к нему вернуться. Он метнул в меня топор, который пронесся совсем рядом, а сам в этот момент попытался перейти в ближний бой.

Я встретил его кулак своим, и в этот момент со стороны могло показаться, словно в воздухе столкнулись два дракона, синий и бирюзовый. Они сражались в разъяренной схватке, но победителем мог выйти только я. Фардин Аргхо отпрянул, морщась от боли, его кулак оказался сломан, а вот я стоял непоколебимо, подобно скале. За все время схватки на мне не появилось ни единой царапины. И если в самом начале это лишь сильнее разъяряло воина, то теперь, после травмы руки, в его глазах уже не было того огня.

Он поймал другой рукой свой топор, вернувшийся подобно бумерангу, и одновременно с этим тот доспех из ветра, окутывающий его, растаял. Вместе с этим пропало и духовное давление.

— Я признаю свое поражение! — громко объявил Аргхо.

Первые несколько мгновений царила гробовая тишина, а следом ожил и местный арбитр. Он вскочил на ноги, отчего его массивный живот словно бы стал только больше, и воскликнул:

— Это… Это была поистине потрясающая схватка! Схватка, достойная главной арены, но к сожалению, победитель может быть только один. Победил Натаниэль Крейн из дома Крейн!

Когда я выходил с арены, простые зрители мне аплодировали, а вот соперники смотрели с настороженностью. Неудивительно, ведь я только что показал, что я достаточно силен.

— Хороший бой, — одобрил Рю, довольный схваткой. — Но странно, что тот парень сдался. Он явно не все показал, что мог.

— Мне тоже так кажется.

— Тогда не понимаю, почему…

— Потому что у него ещё есть шансы пройти дальше. Одного поражения мало, чтобы выбыть из первого этапа, — пояснил я, вспоминая рассказы Арашина, которые Рю, видимо, прослушал. — Из проигравших тоже формируют пары, дав ещё один шанс на победу.

— О, то есть у него есть ещё шанс сразиться с тобой?

— Верно. С поврежденной рукой он так или иначе не смог бы выложиться на полную.

— Зря он тебя недооценил, очень зря, — довольно пыхнул паром из носа Рю, расплываясь в гордой улыбке. — Горжусь тобой, ученик! Не посрамил имя великого Рю Джай Тана.

Самого Фардина я больше не видел, он как вышел с противоположной стороны ринга, так и растворился в толпе других участников.

— Ты сказал, что он использовал техники другого дракона.

— Да, Шанг Ра Хуну, Непокорного Вестника Бури. Давненько я о нем не слышал. Мне казалось, что он умер ещё во времена Войны Драконьей Крови. Это та самая война, которую я тебе показывал, с пусторожденными. Он был одним из учителей, что занимался подготовкой воинов, формировал очень многие техники. Я бы даже сказал, что большая часть ветряных техник, что используют люди, это упрощенные техники, придуманные им. Но тот парень, этот Аргхо… Он использовал очень близкие к оригиналу, словно бы его самого учил дракон.

— Думаешь, что он ещё жив? Тот дракон.

— Кто знает. Может, он оставил оригинальные манускрипты с описаниями техник. Свитки, что мы делали в то время, были настолько пропитаны нашей силой и мудростью, что способны были творить чудеса, а ещё они, гипотетически, вечные. От времени они не истлеют, чтобы их уничтожить, даже пусторожденным приходилось очень исхитряться. В свое время их было очень много, мы специально распространяли их, чтобы любой воин мог почерпнуть мудрость.

— Значит, думаешь, ему в руки попал такой свиток?

— Не исключено.

— А мне ты такой не оставил, — слегка уколол я дракона.

— Ну, справедливости ради, я далеко не в лучшей форме, да и не знаю я, как такой создать. Ни тогда не знал, ни сейчас. Поэтому не думай, что это я такой вредный, просто это знание в другом фрагменте.

— Мы, кстати, так и не обсудили, что будем делать с другими фрагментами.

— Ничего. Ну или вообще лучше уничтожить.

— Ты же не всерьез?