Антон Абрамов – Эхо говорит первым (страница 17)
Йорен поднял глаза от журнала.
— За вашу безопасность отвечаю я.
— Вы отвечали за Корина в зале.
— Корин оставался обвиняемым.
— Его доступ закрыли при вас.
— На основании печати коллегии.
— Печать умеет закрывать двери без рук?
Йорен выдержал её взгляд.
— Моя рука исполняет решение.
— Значит, у решения есть рука.
Фраза отозвалась в следе коротким сжатием. Коридор мог реагировать на названную причинную связь; доступ к действию сохранялся прежним, и я оставила наблюдение без вывода.
Йорен записал реплику полностью.
— Я прослежу, чтобы дверь открылась при угрозе.
— Вы знаете, какая угроза придёт?
— Пока неизвестно.
— Тогда следите за людьми, которые сообщат вам, что комнаты пусты.
Корин уже рассказывал о западной камере. Ада знала достаточно, чтобы соединить его защиту с собственным Эхо, однако источник знания оставался закрыт.
— Покажите страницу.
Она посмотрела на писцовый раструб.
— Сначала закройте запись.
Йорен покачал головой.
— Беседа подлежит обязательной фиксации.
— Тогда страница останется у меня.
— После признания её существования Суд вправе изъять предмет, связанный с угрозой убийства.
— Пусть сформулирует основание и пришлёт открытый приказ.
— Устное распоряжение Ардена уже действует.
— Арден распорядился провести беседу. Обыск в ней отсутствовал.
Йорен открыл журнал на предыдущей странице. Порядок служебных распоряжений был мне знаком: при изъятии предмета у защищённого свидетеля требовались отдельная печать и описание причины, если предмет находился на теле или в одежде. Мерет могла оформить документ за несколько минут. За это время страница перейдёт под контроль Палаты, а мне дадут копию после первичной проверки.
Старая статья требовала иного порядка.
— Писцы выйдут, — решила я.
Йорен повернулся ко мне.
— Ваши полномочия приостановлены.
— Я предлагаю условие добровольной передачи доказательства. Ада отдаст страницу при закрытой первичной фиксации. Вы останетесь свидетелем, описание составлю я. После беседы лист получит открытую печать правового писца, а экземпляры цепи хранения останутся у всех участников.
— Доступ к судебным доказательствам закрыт.
— Страница должна быть передана предполагаемому Шарниру до окончательного ограничения сведений. Кодекс прочитан вслух.
— Мерет оспорит порядок.
— После появления записи, которую уже нельзя спрятать в приложении.
Ада наблюдала за мной. В её лице появилось новое внимание, лишённое прежней колкости.
Йорен поднялся, открыл дверь и поговорил со старшим писцом в коридоре. Голоса оставались тихими. Через минуту раструб щёлкнул: внутренняя заслонка закрылась, за стеной отодвинулись стулья.
Йорен вернулся.
— Писцы ждут снаружи. Запись прервана по требованию свидетеля. Причина зафиксирована.
— Моя причина проста, — произнесла Ада. — Суд получит страницу, когда перестанет первым решать, какая её часть существует.
Она подняла серую юбку до середины голени. Внутренняя подкладка была темнее наружной ткани и прошита красной нитью вдоль бокового шва. Ада вынула из волос тонкую металлическую пластину, вспорола несколько стежков и достала сложенный вчетверо лист.
Йорен протянул руку.
— На стол, — остановила я.
Ада положила страницу между нами.
Бумага отличалась от судебной: тонкая, сероватая, с плотными волокнами, рассчитанными на многократное складывание. Левый край имел семь маленьких отверстий. Верхняя часть была оторвана от большего листа; линии таблицы уходили в разрыв, несколько слов обрывались на половине буквы.
В первой строке стояло:
МОРРЕН, А.
Ниже:
ШАРНИР: ВЕЙ, Н.
Слово из старого кодекса появилось здесь задолго до живого Эха.
Следующая строка:
ЗАКРЫТИЕ: СЕДЬМОЙ КОЛОКОЛ.
У правого края сохранилась дата, записанная сокращённым архивным кодом. День совпадал с предстоящей церемонией. Год исчез вместе с оторванной частью.
Ниже располагались два поля.
Первое начиналось словом КЛЮЧ, дальше бумага была выскоблена до волокон.
Во втором сохранились первые буквы: РУ…
Под таблицей стоял мелкий знак Пела Орсы — две пересекающиеся линии внутри открытого круга. Судья использовал его в рабочих заметках, когда оставлял документ до проверки без официальной подписи. Я видела этот знак на ранних черновиках его решений.
— Где Пел получил страницу?
— Не сообщил.
— Передал лично?
— Да.
— Когда?
— За пять дней до смерти, в Старых Арках.