Антон Абрамов – Эхо говорит первым (страница 19)

— Я обсуждала значение слов.

— С кем?

— С людьми, которым доверяю.

— Сколько их?

— Достаточно, чтобы моё исчезновение стало заметным.

Йорен следил за ней внимательнее.

— Исчезновение не входит в план защиты.

— План составили без меня.

— Назовите людей, которым следует сообщить о вашем состоянии.

— Они уже знают, где я.

— Откуда?

— Видели, как меня вывели.

— В зале находилось множество людей.

— Этого достаточно.

Она строила безопасность из публичности, и в этом расчёте существовала своя точность. Суд защищал свидетеля, сокращая число людей с доступом. Ада повышала цену тайного действия, увеличивая число наблюдателей.

— Вы хотите оставаться на виду.

— Я хочу, чтобы каждое перемещение имело свидетелей.

— Это усложнит физическую защиту.

— Тайная защита уже убила Пела.

— Причина смерти Пела расследуется.

— Вы собирались казнить человека за неё.

— Приговор прерван.

— Доступ Корина закрыт.

Страница лежала между нами и превращала закрытие допуска в часть другой операции.

Я провела взглядом от строки «ШАРНИР: ВЕЙ, Н.» к отверстиям на левом краю.

— Семь отверстий.

— Пел велел сохранить край.

— Объяснение?

— Сравнить с местами, где город всё ещё помнит семь голосов.

— Какими местами?

— Он умер раньше следующей встречи.

Йорен наклонился ближе.

— Отверстия могли служить креплением.

— На судебных книгах используют два или четыре, — возразила я. — Семь принадлежит районной системе.

— Старой?

— Возможно.

Я знала документы первых десятилетий после Войны округов. Семь отверстий ставили на копиях, которые должны были пройти через районные архивы до принятия центрального решения. Позднее от перфорации отказались: единый Суд хранил один оригинал и производил утверждённые копии сам.

На странице Ады оставался след устройства, упразднённого до моего рождения.

— Пел работал с ранним кодексом.

— И с делами, которые современный Суд закрывал быстрее, чем люди успевали прочитать заголовок.

— Вы помогали ему?

— Дважды передала материалы.

— Какие?

— Списки дел с расхождением времени следа и смерти.

— Где получили списки?

— В открытых стенограммах.

— В них время обычно отсутствует.

— Поэтому пришлось читать медицинские приложения.

— Они доступны по запросу семьи или защитника.

— Я подавала запросы от имени семей.

— Законно?

— Формы приняли.

За стеной сохранялась тишина. Писцы ждали снаружи, Мерет наверняка уже получила сообщение о прерванной записи. Времени оставалось мало.

Я развернула к себе инструкцию Пела.

— Вы хотите разрушить Суд?

— Я хочу заставить его показать полную запись.

— Полную запись чего?

— Моего отца и Пела. Дэйвена Квилла и других людей, которые стояли у двери, а после вырезанной фразы стали убийцами.

Имя Дэйвена вошло в комнату без подготовки. Оно принадлежало мужчине, казнённому за смерть моей мамы.

— Квилл не открыл дверь.

— Вы слышали начало Эха Элары Вей?

Полная формула моего имени, произнесённая Варой, всё ещё находилась в памяти тела. Теперь имя мамы заняло горло и изменило дыхание.

— Я слышала официальный фрагмент.

— С какой фразы он начинается?

— «Он у двери».