Антология – Только это теперь и важно (страница 15)

им свобода – запретным плодом, и еще, посмотри, погоды стали снова смеяться над этим миром, где пафос рулит. Милый, шарф мой грустит на стуле, невесомый как тот платок, что сандалом пропах и медом. Не дыши, досчитай до ста… мы так долго с тобой без сна, я – раба твоя, и свобода, и дыхание на устах.

Донник

Не зови по имени вслух, читай сегодня по Брайлю, губами. Я в тебе в мегагерцах, ты во мне в децибелах, мы повсюду. Звезды едим с ладоней, обессиленно падаем в донник, зажмурились. Золотое сечение сквозь мегалиты душ, внутренние моря волнуются, гонят шторма, мы живые и мертвые – норма. Не такие как прежде — такие как никогда, чужие, едва знакомые, неприрученные. На шепот сбиваясь, молчи, губы слов моих выловив, вымолив. Положи мой выдох возле своей золотой луны, держи на привязи, но знай — вот твоя половина сердца, вот – моя, не перепутай.

Капля

– Хочешь, звезду подарю тебе — Ту, что смотрела пристально? – Хочешь, поднимемся на Тибет? – Знаешь, мы стали птицами… Капля упала, ладонь обожгла, засмеялся, лизнув — соленая! В моих зареванных зеркалах два озерца – зеленые. Молчала упрямо, колени обняв — статуя из отчаянья, во взгляде пепел былого огня на выдохе одичания. Лопаток между – выдох и вдох, карих твоих признание, было ль такое со мною до, до твоего касания? Капля упала не от свечи, свечи уснули первыми, «Милый, не надо…» «Молчи… молчи…» не излечить полумерами.