Готов уйти от жизни мрачной,
Но гонит жизнь тебя сама.
О спеси мы не размышляем,
Не рассуждаем, как нам быти,
И только одного желаем,
Чтоб в господа скорее выйти.
В сей жизни не противоречим
Им ни отвагой, ни войною,
Ни благородным красноречьем,
А все молчим любой ценою.
В сей жизни ценят лишь стальное
Оружье, да коней, да сбрую,
И не в цене все остальное,
Сулящее нам жизнь иную.
В сей жизни больше уж не гонят
Прочь богача и толстосума,
А все кругом в корысти тонет,
Подачек требуя угрюмо.
Глядите — сколько родовитых
И самых храбрых в этом мире,
Глядите — сколько знаменитых
Погребены в сырой могиле.
Где эти старики седые,
Что были сердцем благородны,
И где герои молодые,
Что быстрой молнии подобны?
Где юноши во цвете лет,
Где те красавцы в полной силе?
Ты видел их в глаза — их нет,
Тех, что прекрасно говорили!
И где они, те господа,
Что властвовали неустанно,
Которых жизнь текла всегда
Величественно или чванно?
Где императоры, которых
Так величали поколенья,
Цари, сидевшие в коронах,
В которых злато и каменья?
Где мудрецы и книгочеи,
Что прежде знаньями блистали,
Которые листы белее,
Чем снег, читали и листали?
Где девы в пышном одеянье,
Где недоступные матроны,
На коих гордое сиянье
Бросают отсветы короны?
Пришла к ним смерть и просвистела
Своим безжалостным булатом
И, выбирая, не глядела,
Кто бедным был, а кто богатым.
Она во всем равняет смертных —
И любомудра и профана,
Сокровищ не берет несметных
У господина и тирана.
Она и не посмотрит, кто он —
Юнец или старик почтенный.
И в час, который уготован,
Приходит им конец мгновенный.
И сколько люди ни являют
Сопротивленья и упорства,
Их от кончины не спасают
Ни храбрость, ни противоборство.
Но потому, что все вы жадны
И грубой завистью набиты,
Для вас поэтому наглядны
