Христа на крест воздели, и терзали,
И унижениям подвергли без числа,
И старцев семь его, еще живого, очерняли.
Сыны Израиля, вы, порожденье зла,
Отточенный клинок в распятого вогнали;
И матери глава в пыли пред ним легла,
И чернь в округе бесновалась, весела.
ПЕРСИДСКАЯ СИВИЛЛА
Ловлю благую весть и зрю дорогу в рай,
Мне слышен рокот гор, и слабый крик в пустыне,
И мощный глас веков: судьбе не уступай,
Пусть гнев небес крещеным будет страшен, ныне
В стране Париса[6] оставайся, поступай
Как знаешь, но живи без кривды и гордыни,
Предательство, и страх, и зверство отвергай,
Ходи прилежно в храм и людям помогай.
ЛЮКА БОГДАНИ{4}
«ГУР ВЫХОДИТ ЛАНЬЮ — ЗАНОЙ...»
Пьетеру Богдани, епископу Скопле, моему любимому двоюродному брату[7]
Гур[8] выходит ланью — Заной,
Нет такого уголка
Ни в Венеции туманной,
Ни на склонах Пештрика.[9]
Жены, юноши и девы
На него в поту лица
Трудятся,[10] а их напевы
Ублажают все сердца.
Македонец строил рати,[11]
Царь Саул[12] погиб от скверн,
Скандербег[13] страну утратил,
Был погублен Олоферн.[14]
Где-то Зана распевает
На вершине, а под ней
Радость в сердце навевает
Равномерный бег коней.
С гиацинтом вместе розы
Собираются в пучки,
Розы скручивают косы
В благовонные венки.
Зана — горная пастушка
Подарила мне букет
И танцует, так воздушна,
Что повсюду льется свет.
Как пройдешь ты мимо рынков
И увидишь молодцов,
Что годны для поединков,
Ты восславишь край отцов.
Шкодер закрепил границы,
Горы-долы покорил
И под власть своей десницы
Леж с Задримой захватил.[15]
Ловят в озере форелей
И огромных осетров.
Все умельцы в этом деле
Еле тащат свой улов.
Скопле[16] — город епископский
И имперский — градам град.
И царицею Родопской[17]
Назван он — Призрена брат…
Здесь епископом поставлен
Сын вардарских берегов.[18]
Он обилием прославлен
Копей, руд, земель, лугов.
Он не распри собирает,
А меха, сафьян и мед. 
