На подкуп города, страны,
Земли, Небес и Сатаны.
«КОГДА БЫ МИР СУМЕЛ РЕШИТЬСЯ...»
Когда бы мир сумел решиться
На то, чтоб глупости лишиться,
То стало б некого винить
И стало б не над кем трунить,
Дел бы убавилось настолько,
Что просто скука, да и только!
«ЛЕВ — ЦАРЬ ЗВЕРЕЙ, НО СИЛА ЭТОЙ ВЛАСТИ...»
Лев — царь зверей, но сила этой власти
Не в мудрости, а в ненасытной пасти;
Так и тиран, во зле закоренев,
Не правит, а сжирает, словно лев.
«НЕТ В АНГЛИИ ТЕСНЕЙ ОКОВ...»
Нет в Англии тесней оков,
Чем власть ленивых стариков!
Одна им ведома забота:
Латают до седьмого пота
Весьма дырявую казну,
Пока страна идет ко дну.
Когда ж их дело вовсе туго —
Спешат к врагу, предавши друга,
И попадаются впросак:
На них плюет и друг и враг.
«У ЧЕЛОВЕКА КАЖДОГО ВО ВЛАСТИ...»
У человека каждого во власти
Источник собственных его несчастий;
Но за устройством счастия его
Следит судьбы ревнивой божество;
И если не захочется Фортуне,
То все его старанья будут втуне;
Предусмотрительность — увы — слаба,
Когда распоряжается судьба.
Как разум свой заботами ни мучай,
Всегда найдется неучтенный случай,
И неким злополучным пустячком
Он опрокинет все — одним щелчком!
«ВОЖДЬ МИРА — ПРЕДРАССУДОК; И ВЫХОДИТ...»
Вождь мира — Предрассудок; и выходит,
Как будто бы слепой слепого водит.
Воистину, чей ум заплыл бельмом,
Рад и собаку взять поводырем.
Но и среди зверей нет зверя злее,
Чем Предрассудок, и его страшнее:
Опасен он для сердца и ума
И, сверх того, прилипчив, как чума.
И, как чума, невидимо для глаза
Передается злостная зараза;
Но, в человека отыскавши вход,
До сердца сразу ядом достает.
В природе нет гнуснее извращенья,
Чем закоснелое предрассужденье.
ДЖОН ДРАЙДЕН{15}
МАК-ФЛЕКНО[49]
«Издревле род людской подвержен тленью.
Послушен и монарх судьбы веленью», —
Так мыслил Флекно. Долго правил он,
Взойдя, как Август, в юности на трон.
Себе и прозой и стихами славу
Он в царстве Глупости снискал по праву
И дожил до седин, из года в год
Приумножая свой обширный род.
Трудами утомлен, бразды правленья
Он вздумал передать без промедленья: 
