Антология – Европейская поэзия XVII века (страница 57)

Душа — всегда подобие планеты, Чей свет, хотя и свыше отражен, Творит свои закаты и рассветы. Но, кроме этих светлых, добрых птах, Заутреню звенящих над полями, Есть птицы ночи, сеющие страх, С тяжелыми и мрачными крылами. Когда заводят филин и сова Зловещие ночные разговоры, Золой и пеплом кроется трава, И черной тиной — светлые озеры. Ни радости, ни света, ни весны — Пока Заря не брызнет с вышины!

ВЕНОК

О ты, чья жизнь блистает и цветет, Над кем горит счастливая звезда, Кого краса подруги хрупкой ждет, — Ты мой рассказ запомни навсегда. Когда в мой двадцать первый год Свободу я обрел, — Я был тогда игрок и мот, И мрак в мой дом вошел. Я жадно кинулся в разгул, Я слушал страсти зов, Я в наслаждениях тонул Средь ярых игроков. Но знал ли я, судьбу дразня, Сомнения глуша, Что может пламя сжечь меня Иль так болеть душа? И ложь, и гордой славы взлет, И горький мой обман — Таков был всех восторгов плод, Мой золотой туман. В своей груди весну я нес, Ее цветы собрав; Венчал себя гирляндой роз Мой безрассудный нрав. Уже я славой мог блеснуть, Но встретил мертвеца, Который знал мой грешный путь С начала до конца. Как глуп и безрассуден ты, — Сказал мертвец в сердцах: Те сорванные днем цветы Истлеют ночью в прах. О, мир цветов — он гибнет точно в срок. И если хочешь ты иметь живой венок, Не торопи цветов безвременный конец — Тогда ты обретешь божественный венец.

УХОД

Благословенна память дней Блаженной младости моей, Когда я знать еще не мог, Зачем живу свой новый срок; Когда душа, белым-бела, Была еще превыше зла; Когда мой дух не позабыл, Кого так трепетно любил, Спеша хотя б на краткий миг Узреть творца державный лик; Когда душе светло жилось, На злате облака спалось, И в каждой малости земной Являлась вечность предо мной;