Вечен только цвет любви.
МОЯ ЛЮБИМАЯ — МОЯ РАДОСТЬ
Ах, Лелиана! Ах, мой свет!
Что ж тебя так долго нет?
Душу лечит,
Стрелы мечет
Твой необычайный взор —
И пылает, словно костер!
Что ж ты прячешься в саду?
Утешение найду
В нежной власти,
В сладкой сласти
Уст, на коих, о, чудеса,
Как на розах, спит роса!
Солнце мне подает пример,
Веселясь на свой манер,
Указуя
Поцелуя
Не откладывать, — и с небес
Нежно лобзает листву древес.
Что ж ты скрылась нынче с глаз?
Промедление сейчас,
Ох, чревато:
Маловато
Будет шейки мне одной —
Заплатишь ты иною ценой!
Но все равно отыскать готов
Я тебя среди кустов!
Злюсь до дрожи:
Для чего же
Должен я сгорать в огне?
Я клянусь, ты заплатишь мне!
Не успокоят ни за что
Меня поцелуев даже сто,
Даже двести, —
Алчу мести:
Требую, моя красота,
Шейку, щечку и уста!
ПОЛЕВИК
На волнах Рейна полный лик луны
Был отражен, и юный Полевик
Невдалеке от водной быстрины
Сел на траву и к дудочке приник.
Ручьи журчали посреди дерев;
Пел Полевик, и звонок был напев:
«О гордый вяз, о красная сосна,
О ива, что склонилась над рекой,
И ты, ольха, что на скале видна,
И ты, скала, что поросла ольхой,
И виноград, что смотрится в родник, —
Но лишь Диану любит Полевик.
Рачительный крестьянин гонит скот
На луг, хозяйским рвением горя,
На маслобойню молоко везет,
Чтоб масло сбить, — вот так и я не зря
С моей Дианой долго бился всласть,
И крепко сбил в ее сердечке страсть.
Мольба и лесть в былые времена
Служили мне, но на слова мои
Она была бесчувственней бревна,
Жесточе камня, горше спорыньи, —
Да, как змея, она бывала зла —
И жизнь моя все тягостней текла.
Теперь она зовет меня „дружок“,
Всегда к любви подать готова знак; 
