Антология – Джатаки. Сказания о Будде. Том I (страница 2)

В некоторых джатаках главный герой – Бодхисатта, и очевидно, какое совершенство он в себе взращивает. В других рассказах он – свидетель событий, и хотя из такой истории можно извлечь определенный урок, для Бодхисатты та конкретная жизнь была просто еще одним переживанием в самсаре, утомительном цикле существования. Многие рассказы – где-то между этими двумя крайностями, и зачастую излагаются доводы к тому, чтобы культивировать несколько совершенств в течение одной жизни.

Будда никак не указывал порядок расположения этих историй. Одна произошла «пять эонов назад», а другая – «в начале мира», но в большинстве случаев нет никаких указаний на то, когда они произошли. Во многих историях говорится: «…когда в Варанаси правил Брахмадатта», но это, конечно, была другая мировая эпоха, и существовало много царей по имени Брахмадатта.

В этой последовательности, как и другие существа, Бодхисатта то поднимался, то падал в самсаре в соответствии с каммой – из миров дэв к животному рождению, к человеческому рождению, в адские миры и обратно. В Рассказе 208 Бодхисатта родился царевичем по имени Темия, но его воспоминания о недавних страданиях в аду были настолько свежи и сильны, что определили сам его отклик на перерождение царевичем. Иногда Бодхисатта перерождался в мире животных – в телах разных существ, от слона (самого крупного) до перепела (самого мелкого), включая многих других: собаку, стервятника, крысу, оленя, буйвола и льва. Даже родившись животным, он развивал совершенства. В мире людей его перерождения варьировались от царя до вора, от неприкасаемого до брамина. В мире дэв он часто перерождался в скромном виде, например, духа дерева, но иногда и кем-то могущественным, вроде Сакки или Маха-Брахмы. А его существование в других мирах включало перерождения в виде сказочных существ – таких как киннара и нага.

Единственная джатака, про которую можно с уверенностью сказать, что она находится на своем месте, – последняя в сборнике. Когда Бодхисатта скончался как Вессантара, переродился он на Небесах Тусита. А оттуда – как Сиддхаттха Готама и стал Буддой.

Традиционное расположение джатак в Палийском каноне – вопрос формы. Истории разделены на двадцать две книги соответственно количеству стихов (гатха), в них содержащихся[5]. Почти все рассказы в Книге первой (Эка Нипата) содержат по одному стиху. С каждой последующей книгой количество стихов увеличивается. В последней книге (Маха Нипата, Великая книга) – десять рассказов, которые многими считаются важнейшими джатаками, и в каждом по многу стихов. В этой антологии рассказы выстроены в том же порядке, что и в оригинальном Палийском каноне. В томе III, в таблице соответствий приводятся номера джатак по каждому рассказу и книге (Нипата), где они размещены.

Каждая джатака начинается с события в настоящем, которое объясняет, что́ побудило Будду рассказать конкретную историю из прошлого. Основная часть каждой джатаки – история из прошлого, но иногда, если событие в настоящем излагается очень подробно, оно интереснее самой истории. В конце каждого рассказа Будда определяет некоторых персонажей, объясняя, кто из его современников сыграл роль в этой истории прошлого.

При блужданиях в самсаре Бодхисатту часто сопровождали другие – те, кто уже давно ощутил стремление стать его родственниками и последователями, когда он наконец станет Буддой. Они были подобны планетам вокруг его солнца. Глоссарий имен в томе III поможет читателю узнать больше об этих современниках Будды и найти различные рассказы, в которых они участвуют.

Будда установил заповеди (сасана) и сорок пять лет учил Дхамме, посвящал монахов и монахинь и привел бесчисленное количество существ к Ниббане. Джатаки выявляют некоторые поучительные контрасты между этим миром Будды и многими другими мирами, где рождался Бодхисатта, когда еще не было Верховного Будды. В те «порожние» эпохи без Верховного Будды древний путь к Ниббане был сокрыт и забыт; без учителя, провозглашающего Четыре Благородные Истины, двери к бессмертному оставались закрытыми для обычных существ. Они могли лишь улучшать будущие обстоятельства жизни, воспитывая в себе нравственность, доброту и щедрость, – а те, кто к этому склонялись, отрекались от мира, чтобы практиковать аскезу и медитацию сосредоточения. В те времена без Верховного Будды совершенное постижение действительности было возможно только для тех редких, одиноких личностей, кто многие жизни прилагали усилия для развития Десяти Совершенств и оказались на грани просветления. Им достаточно было лишь примера непостоянства, страдания или не-Я (чего-нибудь незначительного, вроде падения листа или звона двух браслетов), чтобы достичь прозрения. Проникая в Истину, они превращались в Паччекабудд, или Безмолвных Будд, – полностью просветленных, но неспособных основать учение с орденом монахов и монахинь. Джатаки проясняют смысл приведенных выше строк из Дхаммапады: при всех бесчисленных возможностях, существующих в самсаре, родиться человеком – явление довольно редкое, еще реже – иметь возможность услышать учение Будды, а еще реже – родиться в такое время, когда в мире учит Будда.

Более двух тысяч лет сюжеты из джатак занимают важное место в буддийских резьбе, живописи, драме и литературе. Самые ранние сохранившиеся образцы буддийского искусства – перила и ворота ступы Бхархут, вырезанные в Индии во II веке до н.э. – включают множество изображений из джатак. В те же времена шри-ланкийский царь Дуттхагамани расписал интерьер покоев с реликвиями Руванвелисея в Анурадхапуре фресками по сюжетам из Вессантары. Сюжеты джатак занимают видное место в индийской резьбе – в таких городах, как Амаравати, Нагаджунаконда, Санчи и Эллора, а также в росписях Аджанты. В древнем буддийском мире – от Бамиана до Боробудура и от Цейлона до Китая – изображения к джатакам оказывались рядом с эпизодами из жизни Будды, чтобы наставлять и вдохновлять последователей, а также прививать добродетели, доведенные до совершенства Бодхисаттой. Многие эти рассказы, обыкновенно используемые при обучении, были хорошо знакомы буддистам всех традиций и, должно быть, оказали сильное влияние на людей, убеждая их в том, что добродетельные проявления щедрости, доброты и храбрости приносят благо, а сила духа, благородство намерений и самопожертвование никогда не бывают напрасными.

Хотя действие всех историй, конечно же, происходит в древней Индии, персонажи джатак не связаны каким-либо периодом времени или местом. Послание Будды всеобще, и темы этих историй сохраняют значение по сей день. Популярный жанр музыкального народного театра в Бирме, называемый «затпве», основан на рассказах из джатак. Монахи часто применяют джатаки для наставления и воодушевления последователей-мирян. Доктор Харишчандра – психиатр, получивший образование в Великобритании, – нашел в джатаках примечательно современные диагнозы психических заболеваний и догадки о сохранении психического здоровья[6]. Некоторые джатаки выглядят политическими карикатурами, проницательно высмеивающими слабости нынешних вождей. Например, в шестнадцати снах царя Пасенади (Рассказ 33) точно описывается плохое правление, из-за которого страдают несколько народов.

Единственное полное издание джатак на английском языке – академический перевод, опубликованный Обществом палийских текстов в начале двадцатого века. Это стало большим вкладом в буддийскую литературу на английском языке. С него и началось наше знакомство с джатаками, за что мы безмерно благодарны. Переводчики изо всех сил постарались перевести стихи на английский, и в некоторых случаях результат производил впечатление. Однако для современного читателя тот вариант имеет несколько недостатков. Во-первых, переводчики привнесли в текст элементы библейского английского языка – вероятно, чтобы выразить серьезность и уважение. А во-вторых, в прозе часто повторяется то же, что уже сказано в стихах. Чтение становится утомительнее, когда рассказчик объясняет намерение персонажа до того, как совершится само действие.

В последнее время было опубликовано немало сборников джатак. Однако большинство представлены в виде детских сказок и не включают как побуждающее событие, так и определение взаимосвязей. Такое переложение разрушает связь между историями из прошлого и жизнью Будды, а также скрывает переплетение отношений между персонажами в разных перерождениях и при жизни Будды. При наблюдении за этими отношениями нам дается более ясное понимание сложного действия каммы. Мы видим, как существа блуждают по самсаре, как у них вырабатываются привычки и черты характера – как хорошие, так и плохие, – и как они часто вновь допускают те же ошибки или совершают те же благие поступки.

Чтобы истории стали доступнее современному читателю, мы перенесли стихи в прозаическое повествование и диалоги. Мы значительно сжали и сократили рассказы, опустив излишние подробности, но при этом сохранив почти все подробности, иллюстрирующие культуру Древней Индии. В отдельных случаях мы добавили информацию из других текстов, чтобы прояснить ситуацию или усовершенствовать сюжет. Тем не менее мы тщательно постарались не менять никакие важные узлы историй.