Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 78)

Мезенцев затянулся, и красноватые отблески уголька отразились в светло-серых опустевших глазах. Сложилось такое чувство, словно напротив сидел уже не Игорь Мезенцев, а какая-то безэмоциональная машина. Что ж, на Гарика стресс подействовал по-другому. Видимо, он где-то позаимствовал бутылку, чтобы хоть как-то залить осознание произошедшего.

— Нат сказала, что я постарел, — буркнул я в тишину.

— Как она?

— Хорошо, насколько это возможно в такой ситуации. В общем, я это к чему, — я задумался, подбирая слова. — Думаю, мы все сегодня постарели.

Бабах согласно кивнул.

— Знаешь, Тохан, если бы медальон не заработал, меня бы тут сейчас не было, — хмыкнул Гарик. — Я уже возвращался со шмотками Нат к той самой парковке. Машины прогорели, а вокруг никого не было. Мухи только над трупами кружили. Я почти до Боливара дошел, когда медальон, словно током ударил, и я резко в здание заскочил. То самое, из окон которого они по нам шариками своими пулялись… И тут откуда ни возьмись эти чуваки полезли, понимаешь? Они там прятались и ждали, когда я вернусь. А я ведь им кричал, что это плохая идея. Кричал, чтобы валили на хрен. Но нет, полезли за мной в дом… И через окна, и через двери… Даже целиться не пришлось.

Мезенцев с хрустом липучки открыл клапан разгрузочного жилета.

— Вот, держи, — Игорь протянул магазин от АК. — Он пустой. Я всё отстрелял.

— Оставь себе. Я автомат в руинах потерял, и магазины тоже по дороге разлетелись. А разгрузка где-то у шаманки осталась. Я не помню, где именно. Не до этого было.

— Я тоже пустой, — Вовка достал тозку из набедренной кобуры и зачем-то подул в переломленные стволы.

— У тебя там «Сайга» лежит, — напомнил Гарик.

— Вот и пусть лежит. От нее патроны всё равно не подходят. А ты совсем пустой, получается?

— Нет, десяток остался. Но, парни, учитывая темпы нашего приключения, это несерьезно. Получается, Вован, в случае чего на тебя вся надежда.

— Ясное дело, — Кибер убрал тозку на место. — Есть попить?

Вишняков по привычке осмотрелся по сторонам, убеждаясь, что никто не увидит, как мы распоряжаемся очищенной водой.

— Извини, Бабах, — Гарик издал пьяный смешок. — Там полторы бутылки было, я всё выпил.

— Всё?! — в темноте не видно, но я отчетливо представлял, как Кибер выпучил глаза. — И большую тоже?

— А там была большая? Я только полторашки нашел.

— Ну конечно! В углу стоит, под ящиками. Ты чего, ептить?!

— Так вы же с Тоханом собирались. Я разве видел, что вы куда убираете. Иди доставай, если сильно хочется.

— Не, потерплю, — фигура Вована махнула рукой. — Лень разбирать всё.

Воцарилась тишина. Горячий песок всё еще хранил в себе тепло душного дня, не торопясь остывать. Ночные насекомые заводили свои трели, раззадориваясь всё больше с каждой зажигающейся звездой.

— Нам надо валить отсюда, — я прервал молчание.

— Есть идеи — куда? — Гарик затянулся.

— Пока нет, но надо карту посмотреть.

— Какую именно?

— Которая от вояк осталась. В бардачке лежит, я прибрал.

— Володь, будь бобр, — устало попросил Игорь.

— Ага, — сообразил Вишняков, поднявшись с песка и забравшись в машину.

Почти пустая бутылка вернулась к Гарику. Недолго думая тот выдохнул и окончательно ее прикончил.

— О, нашел, — донеслось из машины.

— Посветишь? — спросил я, когда Вован протянул карту.

Гарик кивнул и чиркнул зажигалкой.

Дрожащий свет язычка пламени выхватил из ночной тьмы наши осунувшиеся лица. Знакомый гибкий пластик вновь оказался перед глазами, и в это же мгновение одна отметка приковала мое внимание.

— Вот оно, — я ткнул пальцем в уголок карты. — Нам туда.

— С чего ты взял?.. — начал было Гарик, но тут же прижал рукой собственный медальон, прислушиваясь к ощущениям.

Мы, не сговариваясь, посмотрели в одну сторону.

— Все почувствовали? — уточнил я, поправив побрякушку.

И хоть медальон не касался тела, сразу же после необходимой отметки я ощутил то самое необъяснимое желание встать и направиться именно в том направлении.

— Все, — ответил Винчестер. — Блин, как это работает? А раньше так нельзя было?

— Раньше медальоны не работали, — напомнил я.

— А что, если это опять кому-то помощь нужна? — забеспокоился Вован, но Гарик лишь горько засмеялся в ответ.

— Какая, к чёрту, помощь? Ты посмотри на нас! Помощнички хреновы. Это нам помощь нужна.

— Я думаю, это путь домой, — оборвал я бесполезный спор, закончив прислушиваться к ощущениям.

Парни молча на меня посмотрели. Гарик невольно выругался, когда нагревшееся колесико зажигалки обожгло палец. Дрожащий огонек тут же угас, но перед глазами всё еще плыли очертания карты с множеством обозначенных миров.

— С чего ты взял? — поинтересовался Вован.

— Я не могу объяснить, но чувствую, что это так…

— Может, это из-за ерунды, что у тебя в голове? — предположил Гарик.

— Наверное. А может, чёртова сова заработала.

— Это филин! — тут же поправил Кибер.

— Хорошо, чёртов филин заработал.

— А может быть и то и то, — со знанием дела протянул Мезенцев. — В любом случае, а какие у нас варианты?

— Никаких, — я согласился.

— А что, как по мне, так весьма логичное объяснение. Как думаешь, Бабах?

— Логичней не бывает.

— Странники, — раздался грубый мужской голос, и я даже вздрогнул от неожиданности. — Пойдемте, Великий Конь хочет с вами поговорить.

— Твою мать, чего пугать-то! — воскликнул Вован, пытаясь рассмотреть подошедшего.

Я отклонился вбок, вглядываясь в неясный силуэт.

Перед буханкой остановился рослый мужчина. Судя по светлому пятну безрукавки и характерному тембру, это тот самый оружейник Красных Коней. Скрытности бородачу не занимать.

— Что, прямо сейчас? — уточнил Гарик с пьяненькими интонациями в голосе.

— Прямо сейчас.

— Ну ладно.

Было видно, как Гарик кивнул и с трудом поднялся на ноги. Мы с Вованом последовали за ним.

Тем временем тьма окончательно вступила в свои права, окутав пустошь. Луны не видать, а россыпь звезд только начинала проступать, будто рой обезумевших светлячков пытался догнать скрывшееся солнце. Возможно, когда небосвод полностью покроется искрящимися алмазами, станет светлей, но пока этого не произошло.

Отраженного света едва хватало, чтобы ориентироваться в пространстве. Глаза различали темные контуры предметов, но вот разглядеть что-либо в деталях уже невозможно. Я больше знал, что рядом шагают Вовка с Игорем, нежели реально их видел. Медальон навязчиво тянул куда-то в пески, а вокруг шеи распространялось еле ощутимое покалывание. Наверно, отвар шаманки переставал действовать, и к ожогу возвращалась чувствительность.