Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть вторая. (страница 51)
«Эх, лучше ему не знать, что у Бабаха еще „Сайга“ припрятана, — подумал я. — Надеюсь, Вовану не придет в голову проболтаться. А то нехорошо получится. Подарок явно от чистого сердца и очень ценный по здешним меркам».
— Слушай, а для автоматов патронов нет? — поинтересовался Гарик.
— Такого оружия, как у вас, со времен гибели мира почти не осталось, — Рагат грустно улыбнулся. — Я всех местных оружейников тряхнул, ни у кого нет. Говорят, если совсем далеко на запад двинуться, то можно поискать, но здесь точно нет.
«И когда только он всё успевает? — я задумчиво покачал головой. — Вроде бы всё время с нами был… Чёрт, внимательней надо быть, а то не замечаем то, что у нас под носом происходит…»
— А что не так с этим Дробителем, кобылицами и, вообще, ситуацией в целом? — спросил я, решив разузнать побольше, пока парнишка пребывал в хорошем настроении и мог сболтнуть чего-нибудь лишнего.
— Сложно всё, — Рагат огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что рядом нет никого из Костоломов. — В общем, отец не хочет, чтобы дар к ним попал.
— Это мы уяснили, — кивнул Гарик. — А что с кобылицами и вот с этим всем? Великий Конь реально может ваших девчонок вот так просто взять и отдать?
— Да, — тут же подключился Вишняков, убрав обрез в кобуру, и начал заполнять патронами ячейки патронташа. — Вот так просто отдаст на растерзание этим мужланам?
Я бросил на Вовку быстрый взгляд и сделал глоток сухого корня. Было любопытно наблюдать за тем, как быстро у него представители другого клана стали «мужланами» и явными негодяями. Хотя, кроме неприветливых взглядов, они не сделали нам ничего плохого.
Рагат задумчиво провел руками по волосам. Взгляд его стал размытым, словно направленным внутрь себя.
— Я не думаю, что отец на это согласится…
— Правильно! — Вишняков легонько хлопнул по столу. — Такие красотки, и тут на тебе…
— Подожди, Вован, — саркастически улыбнулся Гарик. — То есть, будь они страшными, то можно отдавать на пользование кому угодно? Так выходит?
— Парни, вы не находите, что ваши разговоры могут оскорбить гостеприимный клан? Тут все женщины прекрасны, не надо никого делить на красивых и некрасивых, — корректно заметил я, пытаясь напомнить друзьям о том, что некоторые свои мысли стоит оставлять при себе.
— Всё в порядке, — махнул рукой паренек. — Тут дело не в том, что Костоломы попользуют наших кобылиц. Неприятно, конечно, но лучше так, чем война…
— Думаешь, до этого серьезно может дойти? — Гарик пристально на него посмотрел.
— Не знаю, — Рагат пожал плечами. — Но отец всерьез этого опасается и ведет подготовку. Просто Костоломы те еще сволочи, знают, как больше энерзака из дара получать…
— А можно еще больше? — удивленно спросил Бабах.
— Конечно, странники разве этого не знают?
— На инструктаже по данной установке нам дали только общую информацию. За более профильной спецификацией надо к технарям обращаться, а нам по рангу не положено, — быстро выпалил Гарик.
Рагат понимающе закивал, оставшись под впечатлением от последовательности умных слов.
— Так как больше получать? — не унимался Вишняков.
— Чем меньше лет покойнику, помещенному в дар, тем больше энерзака получится. Отец говорит, что странники про это старикам не рассказывали. Случайно обнаружилось. Тут ведь не все до старости доживают. Бывает, что и совсем маленькие с болезнями не справляются…
Мы сделали еще по глотку отвара, ожидая продолжения объяснений. Младший Пест обвел нас недоуменным взглядом.
— Понимаете? — протянул он.
— Нет, — пожал плечами Вован.
И тут до меня наконец-то дошел смысл сказанных слов. Я чуть было не подавился сухим корнем и поспешно поставил пиалу на стол.
— Капец! Хочешь сказать, они могут специально… — я почему-то не смог произнести вслух окончание собственных мыслей. — Серьезно?
Рагат еще раз осмотрелся и тяжело вздохнул.
— Прямых подтверждений нет, но слухи ходят. И тела пропавших мужчин, о которых отец говорил, тоже никто не нашел. Есть мнение, что они их на протеин пустили. Запасаются.
— Так из рыбы же, протеин! — Вишняков выпучил глаза.
— Из рыбы проще всего. Животные тоже пойдут. И люди…
— Ну и мирок… — протянул Мезенцев, подавшись вперед и положив на столешницу руки, сцепленные в замок. — Куча даров, призванных облегчить жизнь, но на самом деле всё только усложняется…
«Человеческая природа остается неизменной, — подумал я. — Любое, даже самое хорошее изобретение, тот обязательно попытается извратить. Кухонным ножом нужно продукты резать, а можно и человека убить. Статистика пьяных разборок не даст соврать…»
Вишняков наконец-то понял, о чём именно шла речь и замер в каком-то странном положении. Словно собирался недоуменно развести руки, но так и не смог этого сделать.
— Теперь понятно, к чему все эти переговоры и торги, — заключил я.
— А вы таким не занимаетесь? — Гарик пристально посмотрел на Рагата.
— Нет! Отец категорически не допустит! Мы перерабатываем только тех, кому за тридцать. Более юных, если судьба не будет к ним благосклонна, мы хороним. Наш клан следует заветам странников. Наша цель — создавать жизнь ради самой жизни, а не ради ее переработки на энерзак…
Я иронично хмыкнул и поднял пиалу. Странно было слышать слово «переработка». Создавалось такое впечатление, что чёртов механизированный город оставил здесь не только своих полуорганических монстров, но и отравил всё самим смыслом своего названия. Причём отравил не почву, воздух или воду, а самое главное, что могло попытаться возродить павший мир, — человеческое сознание.
Допив отвар, я в очередной раз поблагодарил шаманку Ренас за волшебный косячок. Чёрт его знает, какую палитру эмоций сейчас выдали бы расшатанные нервы. И я всерьез подумал о том, чтобы действительно надо пересечься с Разин и попросить отсыпать этого чудесного «табака». Сдавалось мне, в нашем приключении подобное седативное могло оказаться весьма востребованным.
Тем временем я глянул на парней. Вовка, похоже, до конца не верил в правдивость слов младшего Песта. Наверное, его сознание ухватилось за формулировку, что прямых подтверждений нет. К тому же он сам говорил, что воспринимает окружающий мир, как задорную игру. Что ж, это тоже отличная защитная реакция, ничем не хуже косячка.
Мезенцев наконец-то расцепил руки и допил отвар. Тяжело сказать, о чём он думает, но эмоции явно не смогли взять верх над рассудительным подходом.
— Это очень ценная информация, — кивнул он. — Спасибо, что сказал.
— Так вы поможете отцу? — живо поинтересовался паренек.
— Мы здесь не для того, чтобы вмешиваться, — очень вдумчиво начал Игорь после долгой паузы. — Но если всё сказанное про Костоломов — правда, мы точно поддержим Великого Коня в его решении. Но решение надо придумать именно твоему отцу. Это его мир. Его люди. Вам дальше жить вместе с другими кланами… Чего он вообще хочет?
Рагат горько хмыкнул и отодвинул от себя пустую тарелку и пиалу.
— Найти лучшее и безопасное место для клана. Где не надо будет опасаться за то, что из-под земли выскочит какая-нибудь тварь и сразу тебя закарчит. Где будет в избытке еды и воды. А топливо будут добывать как в старину. Где мертвых будут просто закапывать. Где будет достаточно лекарств, и люди будут жить намного дольше…
С каждой услышанной формулировкой Мезенцев еле заметно кивал. Его лицо снова приобрело вдумчивое выражение лидера-бунтаря, перебирающего в голове какие-то варианты. Я невольно восхитился выдержке Гарика. Он хоть и сорвался тогда с картой, но, видимо, зарекся больше не позволять эмоциям взять над собой верх. К тому же я вынужден согласиться с его мыслью о том, что решение проблемы должен найти именно Великий Конь.
Лично мне показалось, что Дробитель не слишком проникся появлением наших персон. Я не уверен, что он воспринимал нас всерьез. Да и с чего он вообще должен это делать? Трое молодых парней, пусть даже и с оружием, но что они смогут сделать целому клану?
И кто, вообще, наделил нас правом что-либо решать в этом мире?
«Чёрт, как же нужны рабочие медальоны! — подумал я. — С их помощью хотя бы можно понять, кому здесь действительно нужна помощь. И в какую точку мы вообще должны двигаться. Ведь могло случиться так, что мы бы и вовсе не пересеклись с Великим Конем! Впрочем, нет, шаманка Ренас выглядела так, словно всю жизнь только и ждала нашего появления, чтобы рассказать о чёртовой окружности…»
— Слушай, Рагат, — протянул я, решив подбодрить паренька, который явно сник, пока перечислял заветы отца. — Мне кажется, Великий Конь всё равно ценит твой вклад в общее дело. Просто бывают такие мужики, не знаю, бодрые бати, из которых и слова доброго не вытянешь. Которые иной раз и ведут себя неадекватно, но они всё равно своих детей любят. Просто сказать об этом не могут, потому что с малых лет не приучены. Бывает такое.
— Ага, — согласно кивнул Мезенцев. — Еще у них дурацкая привычка отпрысков при всех воспитывать. В футбол там учить играть, например. Спустя кучу лет после того как это стоило сделать.
Вишняков добродушно хихикнул. Я устремил на Гарика выразительный взгляд, но Рагат всё равно не понял, о чём речь.
— Не думаю, что отец такой, — как-то безэмоционально ответил он. — Что бы я ни делал, он вечно недоволен. Я уже устал голову ломать, какого результата он от меня ожидает. Я и так всегда стараюсь делать больше, чем требуется, но по итогу… Вы видели, что в итоге получается.