Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть первая. (страница 36)

— Мы же помогали! — продолжил Вишняков. — Автобус пригнали! Ехать согласились! А что теперь?! Опусти автомат дура, надо хоть кого-то спасти! Быстрей!

В следующее мгновение ужасный рёв бесовской сирены повторился. Только теперь он звучал гораздо ближе, отчего даже зазвенели стёкла второго этажа. Отблески адского племени плясали на стене и замерзших ветках тополей. Казалось, сами пасмурные небеса издали этот надрывный вой, накрывший внутренний двор, словно прижимая нас к земле безысходностью ситуации.

Вовка резко откинул в сторону шинель и выхватил обрез.

— Скоты малолетние! — крикнула женщина, и, прежде чем я успел что-либо сообразить автомат сухо хлопнул одиночным выстрелом.

В плечо Вишнякова будто вцепилась невидимая птица, вырвав из него огромный клок серой ткани. Бабаха качнуло назад и первую долю секунды он просто падал спиной вперёд, так ничего и не сообразив. Но уже в следующее мгновение лицо перекосила болезненная гримаса и он, издав громкий мат, плюхнулся на спину.

— С дороги, дрянь! — обезумевшая Маргарита Павловна направила в меня дымящийся ствол, и я невольно отпрянул, нелепо выставляя руки перед собой, словно этот могло остановить пулю.

Всё происходящее утратило какой-либо смысл. Не успела начальница забежать на крыльцо и скрыться за дверью, как до меня дошло осознание того, что мы ничего не успеем сделать.

Я уже отчётливо слышал стремительно приближающееся рычание голодных бесов. Яркое пламя продолжало бушевать на козырьке, отражаясь десятками бликов в пыльных стёклах и привлекая мерзких тварей. Я подскочил к Вишнякову.

— Вован!

— Всё в поряде, Тохан, — прохрипел он, разбавляя матом почти каждое слово. — Эта сука старая с ума сошла. Я же только припугнуть хотел, чтоб образумилась и автомат опустила, а она мне плечо прострелила! Сука, больно то как...

— Поднимайся, давай, — я потянул Бабаха за здоровую руку, помогая встать. — Уходить надо! Гарика звать и валить!

— А как же старики?!

Где-то в глубине души маленький комочек боли и сострадания стал ещё меньше, будто их судьбы меня вовсе и не касались. Это было похоже на то же чувство, что и осознание брошенного школьного рюкзака на парковке перед магазином. Я должен был ужаснуться, но вместо этого думал лишь о том, как мы теперь будем уносить ноги. Словно вся эта история с домом престарелых меня больше не касалось. К тому же медальон настойчиво покалывал, действительно предупреждая о стремительно приближающейся опасности, и неумолимо тянул куда-то за пределы бетонного забора.

Я поднырнул под здоровое Вовкино плечо, как он совсем недавно сделал на парковке. Вишняков попытался пошевелить раненой рукой. Стиснув зубы и сдавленно матерясь, он лишь смог схватиться за край шинели видимо будучи не в силах подняться выше. Здоровой рукой он зажимал обрез, быстро осматриваясь по сторонам. Судя по тому, с какой уверенной скоростью мы двигались к Боливару, Вовка испытывал какие-то схожие эмоции. Возможно тоже осознавая, что мы уже ничем и никому не поможем.

— Гарик же внутрь забежал, — бросил Вишняков, пытаясь взвести курки одной рукой.

— Да, и дура эта следом.

— Давай за ним, сделай что-нибудь! — Бабах резко оттолкнул меня, когда мы доковыляли до буханки.

— Отличная инструкция! — саркастически воскликнул я, быстро перехватив оружие и взведя курки вместо него. — Я ведь точно знаю, что смогу сделать!

— Возьми Бабаху!

Я дёрнул оружие. Верёвка тут же натянулась, потянув за собой ремень. Вишняков вскрикнул и обложил меня матом.

— Оно привязано! — судорожно выкрикнул я, понимая, что мы теряем драгоценное время.

— Я знаю, чтоб тебя! Это я же его привязал! Только что!

Я хотел было ляпнуть, что предупреждал, но какой сейчас от этого был толк? Вместо этого мы тремя руками вцепились в узел, обмотанный вокруг приклада в попытке его развязать, но у нас ничего не вышло. Кто бы что не говорил, а делал Вишняков всё на совесть. Верёвка была затянута с такой силой, что избавиться от неё без использования подручных средств не представлялось возможным.

Тем временем вой не одного десятка тварей стремительно приближался. Мне даже начинало казаться, что я отчётливо слышу топот когтистых лап по мёрзлой земле, доносящейся с другой стороны забора.

— Сможешь машину завести?! — крикнул я.

Вишняков кивнул, кривясь от боли.

— Хорошо, тогда давай!

Я оставил Вовку у боливара и побежал в сторону входа, ощущая как по рёбрам хлопает бесполезная «Перфекта», так и лежащая во внутреннем кармане куртки. Не успел я преодолеть и десяти метров как одно из окон первого этажа со звоном осыпалось и из него вылетел стул. В глубине помещения хлопнул выстрел и в следующую секунду на подоконнике показался Мезенцев.

Я раньше никогда не видел, чтобы человек с такой скоростью выскакивал из окна. Кажется, не успели осыпающиеся осколки стекла и стул коснуться замёрзшего газона, как он уже приземлился на ноги, и, амортизировав прыжок лёгким приседанием, бросился мне на встречу.

— В машину!!! — заорал Игорь.

Я нелепо развернулся и в этот момент через забор перемахнул первый бес. Длинные чёрные лапы проскребли когтями по поверхности бетона и тварь спрыгнула на землю. После чего, даже и не думая останавливаться, пронеслась по мёрзлой траве газона и запрыгнула на стену дома престарелых. Следом за ней из-за кромки забора показалось ещё несколько бесов. А следом ещё, и ещё.

Мы с Гариком бросились к Боливару. Чёрные твари, издавая низкое утробное рычание и мерзкий визг, с лёгкостью перебирались через забор и прыгали на стену. Штукатурка и осколки кирпича осыпались под когтями, и они стремительно забирались на козырёк, где останавливались пред бушующим огненным морем.

Несколько зверюг с разгона запрыгнули в окна первого этажа, выбивая стёкла весом тел. Приглушённые крики немощных людей тут же утонули в общем шуме рычания и скрежета когтей.

Я не знал, сколько времени им потребуется на то, чтобы заметить нас. Вся надежда была лишь на то, что глаза монстров хоть немного схожи с человеческими и яркий источник света, на который они сбежались, немного ослепляет их, давая нам фору.

Тем временем один из бесов, забравшись на кромку забора решил не бежать на источник света, а немного осмотреться по сторонам. Словно мохнатый чёрный паук, замерший на бетонной плите, он покрутил телом из стороны в сторону и заметив нас тут же бросился в атаку.

Оглядываться не было времени. Вишняков успел распахнуть водительскую дверцу и запустить двигатель. После чего отбежал от машины и, держа обрез одной рукой, изготовился для стрельбы.

— Я за руль! — крикнул Гарик.

Я ничего не ответил, лишь сожалея о том, что всегда очень плохо бегал в школе стометровку. За спиной уже слышался стремительно приближающийся скрежет когтей, царапающих асфальтовое покрытие подъездной дорожки.

Вишняков для устойчивости широко расставил ноги, и плотнее упёр обрез в плечо склонив к нему голову. Раненной рукой он так и держался за отворот шинели, видимо стараясь лишний раз ей не шевелить. В отблесках бушующего пламени было отчётливо видно тёмное пятно, расплывающееся на прострелянном плече.

«Да как же так! — подумал я. — Вовку ранили! Бесы ворвались! Людмила... Мы точно должны были кому-то помочь?! Что за бред!»

Часть 21

Бабах выстрелил из обоих стволов друг за другом. Получив первое попадание тварь взвизгнула, но второе резко оборвало этот болезненный звук.

— Тохан, помоги зарядить! — Бросил Вовка опуская курковку.

Мезенцев, тем временем достиг водительской двери. Сквозь рычание и скрежет когтей из здания пробивались крики постояльцев, грохот срываемых дверей и звон разбитого стекла. Глухо хлопнули два выстрела и ужасный вопль начальницы растворился в окружающей какофонии.

Услышав грохот обреза, несколько тварей на козырьке повернули морды в нашу сторону. Я подскочил к Вишнякову и схватился за оружие, трясущимися пальцами нащупывая флажок, отвечающий за переламывание стволов.

— Только пулевые остались, — прохрипел Бабах, выхватывая патроны здоровой рукой.

— Быстрее парни!

Крик Мезенцева совпал с треском коробки передач и надрывному рёву двигателя Боливара, резко набравшего обороты. Буханка рванула с места, выполняя стремительный разворот поперёк узкой подъездной дорожки. От такого манёвра водительская дверца захлопнулась сама по себе.

Я прикинул в голове сколько примерно места понадобиться Мезенцеву для выполнения разворота, и того, где нам лучше оказаться, чтобы как можно быстрее заскочить в машину.

— Давай, надо туда сместиться!

Я буквально потащил Вишнякова, продолжая при этом держать переломленный обрез, в который тот на бегу запихивал патроны.

Боливар, скрипя амортизаторами, подпрыгнул на трупе беса и с грохотом наскочил на бордюр. Ширина подъездной дорожки явно не была рассчитана на то, что кто-то будет выполнять разворот именно здесь. В следующую секунду колёса неистово заскребли по неухоженному газону, выбрасывая огромную кучу опавших листьев, обломков веток и комков мёрзлой земли.

Несколько тварей спрыгнули с козырька и бросились на оранжевое пятно буханки.

— Зарядил, помоги взвести!

Вовка уже обхватил оружие и положил палец на защитную скобу.

— Их слишком много! — с горечью прохрипел я, приводя курковку в боевое состояние. — Мы должны бежать!