Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть первая. (страница 29)
«Гарик нашёл способ слинять в другой мир, лишь бы не стричься...» — иронично подумал я.
Безмолвная дуэль взглядов, тем временем длилась уже несколько секунд. Я, конечно, готов был поддержать любое решение Мезенцева, но перспектива помыться горячей водой, была очень заманчивой. Так что я всё же надеялся, что Гарик не ответит отказом.
— Ну так что скажете? — прервала молчание Маргарита Павловна. — Если нет, так валите. Автомат только оставьте. Чтобы я могла быстро и безболезненно оборвать мучения всех этих несчастных стариков, когда у нас всё закончится, а рассвет вообще не настанет.
«Не слишком то любезно... — подумал я. — Что, реально на столько суровая женщина, что готова стариков застрелить?»
От услышанного у меня невольно округлились глаза, и я даже забыл о мерзком ознобе.
— А сможете вот так просто всё решить? — поинтересовался Гарик.
Женщина уже открыла было рот, чтобы ответить, но тут за спиной раздался ужасный грохот, от которого мы невольно вздрогнули и отпрыгнули в разные стороны. Володькина рука уже было метнулась под шинель, но он вовремя остановился, глядя на то, как в коридор выкатывается несколько эмалированных тазов.
— Сука, — сдавленно прошептал я, осознав, что успел снять АКСУ с предохранителя и почти дослать патрон.
— Люда, чтоб тебя! — рявкнула Маргарита Павловна. — Но как вот не ругаться всё время, если ты с элементарными поручениями справиться не можешь?! Бестолковка, одним словом!
— Извините, — долетел из дверного проёма тихий робкий голос, практически растворившийся в звонком эхе тазиков, катящихся по бетонному полу. — Простите. Я запнулась...
— Вот, — кивнула головой женщина. — Наш единственный оставшийся сотрудник. Людмила Ушакова.
В коридор выскользнула высокая худощавая девушка. Одета она была в узкие джинсы и тёмную вязанную кофту с высоким воротом, поверх которой был накинут белый халат. Первое, что явно бросалось в глаза так это высокий рост и чрезмерная худоба. Под белым поясом виднелось множество складок ткани халата, видимо призванных хоть как-то притянуть его по талии. Тонкие жидкие волосы были собраны в хвост, а большие, словно готовые заплакать глаза, виновато уставились в пол.
Уж насколько я был тощим студентом, даже мне стало её немного жаль. Не надо было обладать какими-то особыми навыками, чтобы понять, что Маргарита Павловна девушку особо не жалует. Да и та, судя по всему, не горела желанием лишний раз попадаться ей на глаза.
— Много дел у тебя ещё? — строго спросила начальница.
Людмила, быстро собирая с пола раскатившиеся тазики, закивала головой.
— Давай, с этим заканчивай, и Фёдор Михалычу помоги воду погреть. Ребятам помыться надо, а он вёдра без лифта не поднимет.
Я вернул предохранитель на место и сделал ненавязчивый шаг в сторону так, чтобы меня не было видно из-за Вишнякова. Всё же не хотелось демонстрировать грязные мохнатые ноги незнакомой девушке.
— Да мы сами поднимем, — добродушно протянул Вован. — Покажете только откуда забрать. Делов-то.
Я согласно кивнул, невольно отметив то, с какой скоростью я всё же успел схватиться за автомат, когда раздался грохот падающих тазов. Сколько я себя знал, столь быстрая реакция была мне не свойственна. Как и ловкое обращение с автоматом. Особенно учитывая тот факт, что я в руки то его взял несколько часов назад. Действительно, тут было над чем поразмыслить.
— Разберёмся, — недовольно мотнула головой начальница. — Так, вы пока поднимайтесь на второй этаж, а я посмотрю, чего там Людка устроила.
Девушка тем временем собрала все тазики в одну большую стопку. Володька хотел ей помочь, но тут же услышал поспешное: «Не надо, не надо! Я сама!»
— А вы, Антон, — Маргарита Павловна ткнула пальцем в мою сторону, — потом ещё мне покажитесь. Я травматолог. Не нравится мне как вы хромаете. Посмотрю, что там у вас с ногой.
— Просто подвернул... — протянул я, немного ошарашенный такой готовностью помочь.
На самом деле, я плохо представлял себе, как смогу показать ногу в таком виде специалисту. Мало того, что джинсы я промочил ниже колен, так ещё и носки были в таком состоянии, что вполне могли прилипнуть к любой поверхности подобно шарику-лизуну. О богатом букете запахов, исходящих от обуви не чищенной с Дня Панка, вообще говорить не стоило.
Маргарита Павловна хмыкнула и скрылась в дверном проёме. Сама Людмила уже давно поспешно удалялась по коридору в сторону входной двери.
— Ну и грохот был, — протянул Бабах. — Я напугался до усрачки.
— Ты осторожней с этим делом, — сказал Мезенцев. — Хватит нам одних испорченных портков.
— Ха-ха, Игорь, — отозвался я. — Шутки про пришедшую в негодность одежду. Очень смешно.
— Ладно, пойдёмте.
Гарик кивнул и стал подниматься, придерживаясь за перила. Мы последовали за ним. Какое бы надменно-руководящее впечатление не производила Маргарита Павловна, я был рад слышать, что она травматолог и посмотрит ногу. Опираться на неё и правда было неприятно. И я невольно подумал о том, что, если снова придётся столкнуться с бесами, с такой ступнёй моя мобильность резко ухудшится. А этого нельзя было допускать.
— Что думаешь, Гарик? — почему-то шёпотом поинтересовался Бабах, когда мы миновали первую половину пролёта.
— А что я должен думать? — Мезенцев остановился и опёрся на перила уставившись в пустой коридор.
— Не знаю, — пожал плечами Володька, прислоняясь рядом. — Может тот самый призыв о помощи отсюда шёл? И мы правильно тут оказались? Вон, с машиной надо помочь. По-моему, всё логично сходится.
— Им не с машиной надо помочь, а перевезти стариков в безопасное место, — уточнил я.
Гарик согласно кивнул.
— Так в чём проблема? Перевезём?
— На Боливаре? — Игорь скептически хмыкнул. — Туда все не поместятся.
— Так что, бросать их тут что ли? — Вовка вопросительно поднял бровь. — Так нельзя. О бабушках надо заботится...
— И о дедушках, — поддакнул я.
— Так я и не говорю, что надо бросать, — ответил Гарик. — Просто думаю. Автобуса у них нет, горючки тоже...
— А чего тут думать? — Володька почесал нос. — Помоемся, пожрём, и крутанёмся за барбухаем. Он заправленный наверняка. В нём сколько мест примерно?
— Около тридцати, — я пожал плечами. — Но это сидячих. Барбухай, к слову, на самом деле это КАвЗ, если я ничего не путаю. Так просто, для повышения общего уровня эрудиции.
— Вот и хорошо. Делим пополам, получаем пятнадцать лежачих. Все войдут.
Гарик задумчиво кивнул.
— К тому же, — продолжил Бабах, явно довольный тем, как складно всё получается. — В город возвращаться не придётся. Барбухай тут недалеко стоит. Так что риск столкнуться с бесами невелик.
— В теории, — добавил я.
— Звучит логично, — хмыкнул Мезенцев. — Что думаешь, Тохан?
Я положил руку на грудь, пытаясь почувствовать хоть какую-нибудь подсказку от медальона. Но ничего не происходило. Если представить, что побрякушки действительно вели нас куда-то, то не исключено, что целевая точка действительно была достигнута. Я только так мог объяснить то, что они перестали подавать признаки активности.
— Я склонен согласиться с Вованом. Только давайте правда себя в порядок приведём. Я может даже тихо простирнуться смогу, пока не видит никто.
— А чего тихо то? — Вовка непонимающе на меня посмотрел.
— Тохан же сказал, что джинсы порвал, — хихикнул Гарик. — И теперь не хочет, чтобы всплыли подробности этого мокрого дела.
— Очень смешно, — я скривился в недовольной ухмылке.
— Ладно, парни, — согласно кивнул Мезенцев. — Тоже считаю, что так будет правильно. Остановимся пока на таком варианте.
Мы молча кивнули и продолжили подъём.
Глава 8
Холод в душе
В помещении душевой пахло мокрым бетоном и застарелой сыростью. От ведра с горячей водой поднимался пар. Грубая мочалка, сплетённая из капроновой верёвки, скребла кожу так, словно собиралась содрать её с моей несчастной тушки, на манер монстра из фильма «Хищник» с Арнольдом Шварценеггером. Несмотря на это я продолжал усиленно натираться, умудряясь получать какое-то садистское удовольствие от вида раскрасневшейся кожи.
Автомат лежал на длинной деревянной скамье у противоположной стены, рядом с комплектом чистого белья, любезно предоставленного Маргаритой Павловной. Беглый осмотр показал, что мне в безвозмездное пользование были переданы хлопчатобумажные семейные трусы, чистая футболка с зашитой на спине дыркой, пара толстых носков и плотные брюки.
Последние, кажется, были от комплекта школьной формы старого образца. Во всяком случае в моей памяти всплыли какие-то такие ассоциации из далёкого детства. Ведь я ещё застал единый стандарт одежды в первых трёх начальных классах. Даже октябрёнком успел стать. А потом началась перестройка и во всех школах ввели «свободную форму одежды». Хотя, я только сейчас начинал понимать, что сделано это было не столько из-за желания подчеркнуть индивидуальность каждого ученика, сколько из-за банального отсутствия школьной формы в продаже.
Брюки сидели по талии хорошо, но вот длинна была коротковатой. Впрочем, это было явно лучше, чем юбка-свитер. От одежды пахло старым бабушкиным шкафом и это было не удивительно. При любых других обстоятельствах я бы вряд ли стал примерять семейники какого-то деда, но сейчас это был не такой уж плахой вариант. К тому же Маргарита Павловна заверила нас, что одежда чистая.