Anthony Saimski – Где-то во времени. Часть первая. (страница 11)

Каждые десять минут мы совершали набеги на вахтёршу с просьбой позвонить Сергею Самуиловичу, и уточнить, стоит ли его ожидать. Таким образом мы довели бедную старушку до бешенства, спровоцировав поток неконтролируемых матных оскорблений. А когда же входные двери закрылись и рядом с ними появилась пара крепких мужчин, нам стало очевидно, что внутрь мы уже не попадём.

Мимо проходили волосатые ребята с гитарами. С цепями на джинсах и в кожаных куртках. Выглядели они все очень круто. Может быть, даже и играли хорошо. Пиво, выпитое за долгие часы ожидания, уже давно шумело в голове, но мы продолжали верить в нерушимость обещания Сергея Самуиловича.

Сентябрьские сумерки опустились на ДК. Из окон второго этажа начали раздаваться мощные квинтовые аккорды саунд-чека и различные обрывки риффов. Вот кто-то высек легендарный «Энтер сандмэн» «Металлики», а вот прозвучало что-то из «Сепультуры». Чёрт, мероприятие обещало действительно быть офигенным. Но только не для нас. Вокруг галдели и курили местные металлисты, отпуская шутки, приправленные обильной долей мата. Посовещавшись между собой, мы пришли к выводу, что, если даже и найдём денег заплатить за вход, с сумкой пива нас всё равно не пропустят. Помянув Сергея Самуиловича Крышко добрыми словами, мы развернулись и отправились гулять.

— Так, парни, — протянул Мезенцев. — Я не понял, а почему все грустные такие?

— Блин, Гарик, — ответил я. — Слышишь же, там уже играют вовсю! А мы как дураки, только зря время потеряли.

— Я задницу заморозил, ёптить! — поспешил добавить Бабах.

— Вы мыслите негативно! — улыбнулся Игорь. — Давайте посмотрим на ситуацию под другим углом.

— Это под каким? — поинтересовался Вовка.

— Под самым правильным, — Мезенцев многозначительно поднял палец вверх и, издав долгий свист похожий на запуск ракеты, навёл его на сумку. — У нас есть пиво. Закуска. Чудесный вечер и куча свободного времени!

— Действительно, — согласился я. — К чёрту сейшен! Отметим лучше пропуск сейшена! Пойдём до Дюка?

— До Дюка, — согласно кивнули друзья.

Взяв ещё по бутылке, мы отправились к сакральному месту для нашей компании, которое называлось Дюком. На самом деле это был самый обычный перекрёсток всё того же Меридиана, который на этом отрезке плавно перетекал в улицу Механическую, пересекаясь с Артиллерийской. Однажды, пока учились в старших классах, мы с Гариком отправились прогуляться после уроков и добрались до этого места.

Это тоже было осенью. Только не такой холодной. Пасмурный день, обветшалые улочки частного сектора, окутанные туманом. Запах опадающей листвы и, словно витающее в воздухе, ощущение чего-то неизбежного. Как знать, может быть уже тогда судьба показывала нам загадочные намёки. Всё это создало уникальную атмосферу, а загадочный перекрёсток, на котором практически не было людей и машин, раззадорил фантазию. Мы ещё прогулялись в сторону заводских построек по заброшенной алее обрамлённой высокими тополями.

Именно тогда Мезенцев достал из кармана ключи и накарябал на небольшой трансформаторной будке символ радиационной опасности, украсив художество не менее легендарной надписью на английском языке «Дюк был здесь». В честь Дюка Нюкема — крутого стероидного качка из популярной видеоигры. С тех пор эта точка на карте и стала частым объектом нашего паломничества. Мы отправлялись к ней с бутылкой пива и философскими рассуждениями о мироустройстве, собственном будущем, музыке и девушках, конечно же.

Маленький, окутанный туманом, загадочный мирок на стыке города и промзоны. Мы приходили туда не только когда хотелось прогуляться. Но и когда надо было разобраться с собственными мыслями. Принять верное решение или поискать выход из тяжелой ситуации. Глупо, должно быть, но кажется Дюк действительно обладал какой-то загадочной энергией, успокаивая душу и приводя мысли в порядок. Не мудрено, что всё началось именно там.

Но это я знал уже сейчас. А тогда... Тогда мы просто радостно шагали по ночному городу, наслаждаясь общением и приятным послевкусием тёмного пива. Гарик и Вовка шутили, умудряясь вести беседу практически обо всём одновременно и ни о чём конкретно. А я любовался красивым жёлтым светом уличных фонарей. Гулом проносящихся мимо автомобилей и приятным чувством лёгкого опьянения, окутывающего тело и душу. В такие моменты в голове что-то щелкало, и жизнь словно вставала на паузу, замерев в одной единице времени и пространства, в которой мне было хорошо и спокойно.

— Гарик, — начал Вовка, просмеявшись после очередной шутки. — Слушай, у меня вчера такая история случилась странная... Кстати да, хотел вам рассказать.

— Ну так расскажи, — кивнул я, выныривая из своих мыслей.

— Так вот, я решил дивиди посмотреть. Проигрыватель включил, звук есть, а картинки нет...

Вишняков сделал многозначительную паузу изобразив лицом всю степень своей озадаченности, после чего продолжил:

— Я подумал, что у меня глаза закрыты. Проверил. Нет открыты.

Мы не смогли сдержать добродушного смеха. Бабах действительно обладал уникальной способностью излагать мысли как-то по-особенному.

Часть 7

— И как же ты это проверил? — наконец-то выдавил сквозь смеха Гарик. — Рукой потрогал.

Вовка непонимающе моргнул.

— Так в чём проблема то была? — улыбаясь поинтересовался я.

— Да, батя тюльпанчик с приставки не до конца переключил, — хмыкнул Вовка и тяжело вздохнул. — Блин далеко так идти, я устал.

— Отчего это ты устал интересно? — подзадорил я друга, чувствуя, что перлы на этом не закончатся.

— Я же Гариковский рюкзачок несу, — ответил он, посмотрев на меня как на тупого. — Он тяжёлый, так-то.

-И что там тяжёлого, Володь? — поддакнул Мезенцев.

Вовка сделал серьёзное лицо.

— Ну как что? Например, колечки!

Нас снова накрыл приступ смеха. Какое же это было прекрасное чувство. Пивной хмель окутывал тело, начиная понемногу нарушать координацию и закладывать уши характерным шумом. На лёгкий осенний холодок больше никто не обращал внимания. Даже Бабах забыл о том, что заморозил задницу.

Мы свернули с широкой освещенной улицы во дворы, миновали несколько домов и вышли в частный сектор. Сейчас я уже не помнил всего о чём тогда говорили. Но очень скоро нам стало очевидно, что с пивом мы явно перестарались. Конечно, какие-нибудь заправские алкоголики со стажем наверное бы только посмеялись с того состояния, до которого мы умудрились накидаться одним только пенным напитком. Но, с другой стороны, а много ли надо было полуголодным студентам?

— Подождите, парни, мне надо по нужде! — воскликнул Вовка, когда мы уже оказались на той самой безлюдной алее в сторону промзоны.

— Да кстати, — согласно кивнул я, и добавил свою любимую интеллектуальную шутку: — Пиво подошло к концу.

— Так, ну-ка стоять! — руководящим голосом оборвал нас Гарик, когда в морозном воздухе уже раздавался звон пряжек поясных ремней. — Сегодня День панка!

— Чего? — протянул Бабах, замерев на кромке асфальта и ковра из опавших листьев.

— Сегодня День панка! — покачиваясь пояснил Мезенцев. — Это будет наш личный праздник! Проводится раз в год, в любой день, когда соберемся! А раз это День панка, должно быть панковское соревнование!

— И что ты предлагаешь? — поинтересовался я.

— Турнир! — Гарик тоже стал расстегивать ремень. — Кто сможет дальше всех пописать!

— В смысле? С места что ли?

— Нет. Побеждает тот, у кого будет оставлен самый длинный след на сухом асфальте! — Мезенцев замер посреди заброшенной дорожки. — Так, встаём в одну линию. Старт будет вот отсюда.

— Блин, Гарик, давай быстрей отсчёт, — протянул Вовка, согласно занимая стартовую позицию.

Я был пьян ровно настолько, чтобы эта идея показалась мне гениальной. И как мы раньше до неё не додумались, а ведь это была далеко не первая пьянка.

— Я в игре! — хихикнул я, присоединившись к другим участникам соревнований.

В осенних сумерках раздались звуки расстегиваемых ширинок и пьяные хихиканья.

— Так, — продолжил руководить Мезенцев. — Стартуем на счёт три...

— Гарик давай быстрей, — протянул Бабах.

— Да, — согласился я. — Пипирка мёрзнет...

— Не перебивайте, — засмеялся Гарик. — Каждый идёт по своей полосе и целиться аккуратно. Вперёд, а не кроссовки соседа! Я это тебе, Бабах, говорю!

— Скорей, Мезенцев, ёптить! — не унимался Володя.

— След не должен прерываться! Засчитываем только прямую линию, иначе...

— Да ну тебя! — воскликнул Вовка и его тёмный силуэт, переваливаясь сбоку на бок на шарнирных суставах, рванул в полумрак аллеи.

— Нет, Бабах, это фальстарт! — засмеялся Гарик.

Я тоже включился в соревнование. Хорошо, что место было безлюдное и никто не видел этого со стороны. Хотя, может быть какой-нибудь припозднившийся работяга и шёл на встречу. Но что-то мне подсказывало, что, заметив три столь странно движущихся силуэта, он явно предпочёл бы свернуть или остаться незамеченным. В любом случае, нам было очень весело.

По итогам замеров, произведённых судейской комиссией в составе Мезенцева, Бабах был признан победителем. Даже не смотря на откровенный фальстарт. Что ж, это было не мудрено, так как по объёму уничтоженного пива он тоже выступал явным фаворитом.

А далее День панка окончательно вступил в свои права, полностью окутав сознание алкогольным опьянением. Скромная закуска в виде колечек и чипсов давно была уничтожена, а сумка с каждым шагом становилась всё легче и легче. В начале одиннадцатого мы снова оказались на Меридиане. Пора было собираться по домам. Но, несмотря на приложенные усилия, на дне сумки ещё позвякивало несколько бутылок.