Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 93)
И ПРИШЛО ВРЕМЯ ИЗРАИЛЮ УМЕРЕТЬ.
Иуда сказал:
— Увы невежеству людскому! Они не видят, и не слышат, и не знают, что каждый день голос глашатая исходит и отзывается в двухстах пятидесяти мирах. И нас учили, что когда выступает глашатай, один из этих миров колеблется и дрожит. Из него тогда вылетают две птицы, живущие под древом жизни и смерти, одна к югу, другая к северу, одна на рассвете, другая в сумерках. Обе они объявляют то, что слышат от глашатая. Затем они желают вернуться на прежнее место в высях, однако ноги их скользят в пустоте великой бездны, и они остаются там до полуночи. И вот глашатай говорит, а сыны человеческие сидят, пойманные в ловушку, как птицы в западне.
Сказал Иосе:
— День, когда ноги человека оказываются связанными и приходит ему время умирать, называется «днем Господним», ибо тогда к Нему возвращается человеческий дух. Нас также учили, что в это время дух человека вручается святой диадеме, седьмому венцу, или, если он исходил со стороны Силы
И продолжал Иуда:
— Счастливы праведные, когда Бог, радуясь, берет к Себе их дух обратно. Но если человек не признан достойным, увы его духу, который должен быть очищен и подготовлен, прежде чем вернуться в Тело Царя. А если он не готов, увы ему, он должен будет вращаться, как камень пращи. Кроме того, нас учили: для достойной души в ином мире уготовано великое блаженство.
Иосе сказал:
— Когда назначенное человеку время приближается, о нем объявляют в течение тридцати дней, и даже птицы в небе провозглашают его судьбу. Если он достоин, о его приходе будут объявлять тридцать дней среди праведных в Райском саду. Нас учили, что в течение этих тридцати дней душа покидает его каждую ночь и восходит в мир иной, а там созерцает будущее свое место. В эти дни человек не может управлять своей душой как прежде.
Иуда сказал:
— С начала этих тридцати дней человеческая тень становится слабой, ее форма не обрисована на земле ясно.
Исаак однажды сел у дверей Иуды в глубокой печали. А Иуда вышел и, найдя его в таком состоянии, спрашивает:
— Что это случилось сегодня?
Тот ответил:
— Я пришел просить тебя о трех вещах. Прежде всего, когда ты излагаешь какое-нибудь из моих толкований Закона, делай это от моего имени. Во-вторых, обучи Закону моего сына Иосифа. А третье — это что ты должен каждые семь дней молиться на моей могиле.
Сказал Иуда:
— Почему ты думаешь, что скоро умрешь?
Отвечал Исаак:
— Душа моя последнее время покидает меня по ночам и не просвещает сновидениями, как раньше. Кроме того, наклоняясь при молитвах, я заметил, что моя тень не видна на стене. Поэтому я полагаю, что причина тут состоит в объявлении обо мне глашатая.
Иуда отвечал:
— Я выполню твои просьбы. Но и тебя попрошу оставить для меня место рядом, в мире ином, чтобы там мы тоже были вместе.
Исаак зарыдал и промолвил:
— Умоляю, не покидай меня в оставшиеся эти дни.
Они направились к Шимону и нашли его за изучением Закона. Подняв глаза, Шимон увидел Исаака и ангела смерти, который бежал впереди и приплясывал. Поэтому, подойдя к двери, Шимон взял Исаака за руку и сказал:
— Я приказываю: тот, кто входит обычно, пусть войдет, а у кого не в обычае — пусть не входит.
Исаак и Иуда вошли, ангел смерти остался снаружи. Шимон взглянул на Исаака и увидел, что его время еще не пришло, у него была отсрочка до восьмого часа дня. Поэтому он усадил Исаака напротив и предложил заняться книгой Закона. Затем Шимон сказал сыну своему Элиезеру:
— Сядь у двери и не говори ни с кем, а если кто захочет войти, скажи ему с клятвой, что войти он не может.
Затем он спросил у Исаака:
— Видел ли ты сегодня образ отца своего? Ведь мы учили, что в час, когда человек уходит из этого мира, его отец и родня собираются вокруг, а он их видит, узнает, и так со всеми, с кем он был в этом мире связан, и они сопровождают его душу туда, где ей быть.
Исаак ответил:
— Пока не видел.
Тогда Шимон поднялся и произнес:
— О, Владыка Вселенной! Исаак среди нас хорошо известен, он здесь как глаз мира, один из семи. Сейчас, пока я его держу, передай его мне.
И тут возник голос, который сказал:
— Трон Повелителя близ крыльев Шимона. Вот, он твой, он будет сопровождать тебя, когда ты направишься к своему трону.
В это время Элиезер увидел приближавшегося ангела смерти и сказал ему:
— Не может смерть быть там, где Шимон!
Шимон сказал своему сыну:
— Войди и держи Исаака, ибо я вижу, что он боится.
Элиезер так и сделал. А Шимон отвернулся и принялся за свои занятия. Тут Исаак заснул и увидел во сне отца. Тот сказал ему:
— Счастлива доля твоя и в этом мире, и в грядущем. Ибо меж листьев древа жизни в саду Эдемском есть большое дерево, мощное в обоих мирах, и зовется оно: Шимон, сын Иохая. Оно прячет тебя в тени своих ветвей.
Спросил его Исаак:
— Отец, а какова там моя доля?
Он отвечал:
— Три дня назад в твоем помещении сделали крышу и все для тебя приготовили, а окна устроили с четырех сторон, чтоб было светло, и когда я увидел твое место, то возрадовался и сказал: «Счастлива твоя доля. Вот только сын твой пока еще знает Закон слабовато». И слушай, двенадцать праведников хотели тебя навестить, а когда мы расставались, Голос произнес во всех мирах: «О вы, друзья здесь стоя́щие, гордитесь Шимоном, ибо он просил, и ему было дано». И это еще не все. Здесь есть семьдесят увенчанных мест, ему принадлежащих, а в каждом этом месте — семьдесят дверей в семьдесят миров, а каждый мир открыт в направлении семидесяти путей, а каждый путь открыт к семидесяти венцам, а оттуда тропы ведут к Древнему Непостижимому, чтобы можно было видеть то высшее восхищение, которое все освещает и украшает, как говорится: «чтобы видеть блаженство Господне и храм Его посетить».
Спросил Исаак:
— Отец, скажи, как долго еще быть мне в этом мире?
Тот отвечал:
— Мне не разрешено говорить об этом, и человеку этого знать нельзя. Однако на великом праздновании у Шимона ты приготовишь стол.
Исаак проснулся, весь улыбаясь. Наблюдавший за ним Шимон спросил:
— Ты что-то слышал? Не так ли?
— Именно так, — отвечал Исаак. И он рассказал о своем сновидении, а затем простерся на полу.
Рассказывают, что с этого времени Исаак усердно учил своего сына Закону, и тот всегда был с ним. Когда же он входил к Шимону, сын оставался снаружи, а когда он садился перед Шимоном, то прилагал к себе стих: «Господи! тесно мне; спаси меня» (Ис., гл. 38, ст. 14).
Нас учили, что в тот тоскливый день, когда приходит человеку время уйти из этого мира, четыре ветра выступают против него с обвинениями, и наказания идут со всех четырех сторон, а четыре стихии начинают борьбу и стремятся уйти каждая в своем направлении. Затем выходит глашатай, объявляя о предстоящем, и это слышат двести миров и еще семьдесят. Если человек достоин, все миры приветствуют его с радостью, если же нет — увы ему и его судьбе! Нас учили, что при возгласе глашатая на севере возникает пламя, оно проходит через поток огня и разделяется по четырем сторонам мироздания, чтобы сжигать души грешников. Оно носится вверх и вниз, пока не окажется меж крыльев черного петуха. А петух хлопает крыльями и кричит на пороге у ворот. В первый раз он выкликает: «Вот придет день, пылающий как печь» (Мал., гл. 4, ст. 1). Во второй раз он кричит: «Вот Он, Который образует горы и творит ветер и объявляет человеку мысль его» (Амос, гл. 4, ст. 13). И дела человека свидетельствуют против него, а он признает их свидетельство. В третий раз, когда являются за душой человека, петух кричит: «Кто не убоится Тебя, Царь народов? ибо Тебе принадлежит это» (Иер., гл. 10, ст. 7).
Сказал Иосе:
— Почему тут должен быть черный петух?
Иуда отвечал:
— Все, что делает Всемогущий, имеет таинственный смысл. Нас учили, что наказание всегда падает на то место, которое ему сродни. А черное символизирует сторону Суда, и поэтому при прохождении пламени огонь ударяет меж крыльев черного петуха. Когда близится час суда над кем-либо, он к тому человеку взывает, и никто об этом не знает, кроме самого человека. Новый дух входит в него свыше. С помощью этого духа он видит то, чего ранее не мог видеть, а затем он этот мир покидает. И так написано: «Не может видеть Меня человек и жить»; когда он жив, не может, но способен в час смерти. Нас учили также, что во время смерти человеку дозволяется видеть своих родных и близких из другого мира. Если он достоин, все они радуются и приветствуют его, а если нет — его узнают лишь грешники в Геенне. Они печалятся, они начинают и заканчивают свою беседу возгласом: «Увы!» Подняв глаза, он видит их, как языки, вырывающиеся из огня, и тоже восклицает: «Увы!» Мы учили, что когда душа человека с ним расстается, все его родные и близкие в ином мире идут к ней и показывают места, где радуются и где страдают. Если он достоин, то видит свое место, поднимается и садится, и наслаждается радостями того мира. Если же нет, его душа остается в этом мире до того времени, когда его тело будет похоронено во прахе, а затем палачи его возьмут и потащат к Думе, в назначенное место в Геенне.
Иуда сказал:
— В течение семи дней душа блуждает меж домом и могилой, оплакивая тело, как сказано: «Плоть его по нем болит, и душа его по нем страдает» (Иов, гл. 14, ст. 22), и печалится, слыша стенание в доме. Нас учили, что через семь дней тело уже разлагается и душа идет в свое место. Она входит в пещеру Махпела, куда ее допускают до некоего уровня, сообразно ее заслугам. Затем она достигает Райского сада, встречает херувима, видит обращающийся меч, который находится в нижнем саду Эдемском, и если она достойна войти, то входит. Нас учили, что там ее ожидают четыре Столпа, имеющие в руках форму тела. Душа, веселясь, одевается в это тело и остается в назначенном ей кругу сада Эдемского в течение должного времени. Затем выступает глашатай с объявлением, и выдвигается Столп трех цветов, который зовут Обиталище Сионской Горы (Ис., гл. 4, ст. 5). Посредством этого Столпа душа восходит к вратам праведности, в которых Сион и Иерусалим. Если она достойна продолжать восхождение, счастлива ее доля и жребий, ибо она присоединится к Телу Царя. Если она не достойна, то как «оставшиеся на Сионе и уцелевшие в Иерусалиме», она станет среди тех, «которые будут именоваться святыми» (там же, ст. 3). Но если она избрана к дальнейшему восхождению, то будет созерцать славу Царя и испытывать высшую радость в том месте, которое называется Небо. Счастлив заслуживший такую милость.