Анри Волохонский – Том 3. Переводы и комментарии (страница 5)
Как в плаще, так и в поддевке.
452. XXXIII
Есть у Вибенниев славная банька.
С папашей в деле сынок-педрила
(Справа зайдешь — трут седого паскуду,
А отпрыска рядом на пару парят).
Народу грязь, а им деньги в шайку,
Давно бы надо обоих в шею!
Нельзя терпеть такую парилку,
Плевать, что гладкая у сына жопа.
453. XXXV
Поэту нежному, верному другу
Моему Кекилию вели, папирус:
Скорее в Верону, Новой Комы
Покинув стены и Лария берег.
И ежели впрямь он хочет услышать
Высокую речь о моих мыслях,
И если он мудр, скорее в дорогу!
И пусть, сгорая тысячекратно, подруга
Говорит: вернись! — и шею руками
Сжимая, в объятьях молит: помедли!
Она ведь ныне, как нам известно,
Невозможной страстью вечно исходит:
Едва извлечет он зачатую им же
«Богиню Диндима», так у несчастной
Огнем изнутри пламенеет лоно.
Готов понять, о новая Сафо,
Наставница Музы — тем и прелестна
Великая — Кекилием зачатая — Матерь.
454. XXXVI
Волузия анналы, сраные страницы
Рук летописания, перепись витая
В пламени витают в честь святой богини
Сына Купидона матери — Венеры.
Милая клялась мне: «Только б ты кончил
Топотать стопою мстительного ямба,
Тут же колченогому дымному Вулкану —
Пылкому супругу в миг любви и мира,
Поганейшей поэзии всех отборных метров
Справлю на растопку я в печь под наковальню!»
Ты, о рожденная лазоревым понтом,
Чтимая Идалием при попутном ветре,
Анконой и Книдским, в камышовых палках
Брегом, ты, которую Аматунт и Голги
Славят, и кабак Адрии Диррахий,
Улыбнись, богиня, изысканной жертве,
Удивительной клятве, изящному обету —
Да сверкнут чистейшим огненным пеплом
Сраные страницы рук летописания,
Перепись витая, Волузия анналы.
455. XXXVII
В похабной пивной вашей грязной компании,
За номером девять от околпаченной двойни,
С блядьми, с блядями (не вам одним ли?),
Где вся ваша кодла трясет мудями,
Смердит козлом да не оттуда ль?
Сидят рядами — две сотни иль сотня,
Но сотне или хотя бы двумстам вам —
Всем вам отсосать разве не дам я?
Да двери пивной размалюю херами,
Так, чтоб даже своих не узнать бы,
А все из-за милой, которая смылась
И там теперь с вами, о любви забывая,
Проводит время поочередно,
А то и разом. Ну что ж, тем хуже 
