Анни Кос – Сотня свадеб и другие (не) приятности (страница 16)
— Мне тоже пора. Леди Хелен, мое почтение!
И шустро скрылся за дверью.
Глава 12
Как не светить на весь дворец новоприобретенным украшением и не выслушивать поздравления от всех встречных-поперечных? Очень просто: натянуть что-то с длинными рукавами, а еще лучше — узкими манжетами, загнав браслет повыше от запястья. Я быстро переоделась и умылась, приводя себя в порядок и смывая остатки слез.
Новость о том, что мой энергетический фон потихоньку улучшается, придала сил, поэтому остаток дня я порхала, как крылатая фейри. Мирабель и Гвидо вернулись очень скоро, и, судя, по сияющей физиономии эльфа, примерка прошла успешно.
Забавно, но даже сосредоточенная на делах сада Вирен уже вовсю щебетала о предстоящих танцах с Кассари. Наяда, обычно казавшаяся такой собранной и сдержанной, смущенно улыбалась, но в обсуждение деталей вовлеклась с большой охотой.
Даже Бернард, углядевший в нашей хозяйственной суете надежду завершить приготовления вовремя, дал отбой на час раньше обычного.
Идиллическую картину портило только одно — недоговорки Амадо и Стефана. Надеяться, что ситуация прояснится сама собой, было наивно и глупо, поэтому вечер я решила посвятить книгам магистра. Ну, вдруг и правда, не так волшебство сложно, как кажется со стороны, и я сама пойму то, о чем вслух не было сказано.
Начать я решила, как и предлагал Неро, с самых основ. Открыла потрепанный томик, с трудом впихнула в себя первую пару страниц, а потом, совершенно неожиданно, увлеклась и втянулась настолько, что потеряла счет времени.
Оказалось, что местные основы магии крайне похожи на земные духовно-эзотерические учения. С тем только отличием, что магия тут была вполне осязаемой, измеренной и изученной физической составляющей, как в нашем мире электричество или гравитация, а не уделом ярмарочных заклинателей и телевизионных экстрасенсов.
Выходило, что все есть энергия, мир пронизан невидимыми силами, связывающими живых существ воедино. Множественные вероятности, постоянно меняющееся будущее при сиюминутной предопределенности. То есть, к примеру, гадать на женихов по кофейной гуще вроде можно, да и сапожок на святцы за ворота кидать не возбранялось, но вот если у обещанного суженого вдруг обнаруживались рога, лапы и две-три дополнительные ипостаси или явился он на сто-двести лет позже нужного, то к миру претензий предъявлять было нельзя. Что уж тут говорить о вопросах более глобальных?
Часам к одиннадцати ночи я всерьез заподозрила сценаристов “Звёздных войн” в межмировых путешествиях, ну очень уж созвучной местным учениям была теория джедайской силы. Надо бы при случае расспросить демона, как у них тут с перемещенными из волшебных миров в обычные.
Единственным узким местом во всем этом калейдоскопе открытий являлся тот самый закон сохранения энергии, что и землянам мешает запустить вечный двигатель. Если есть существа, привносящие или вырабатывающие магию, то есть и те, кто ее рассеивает или поглощает, преобразуя в иные формы.
И хорошо, если речь шла о дриадах или, к примеру, фениксах или наядах, эти хоть и материализуют объекты, но не прерывают естественное течение сил. То есть, цветы, которые создает Вирен, вернут миру затраченную на них силу сразу, как только завянут. А вот особые виды послевоенной нежити натуральным образом вредили экологии, поглощая энергию безвозвратно, используя ее как топливо для поддержания собственной полуматериальной формы.
В полночь, чувствуя, что глаза слипаются, я потушила свет и залезла под одеяло. Это все, конечно, познавательно, увлекательно и забавно, вот только никоим образом не вносит ясность в мою ситуацию. Похоже, придется выкроить полдня и навестить магистра. Дочитать — и поехать отдать книгу. Вроде и повод неплохой, не буду слишком навязчивой паникующей девицей выглядеть.
Я уснула спокойно и быстро, но ближе к утру меня что-то разбудило. Причем неприятно и жутковато так, будто чей-то настырный взгляд уперся в затылок.
За окном уже серело, но комната все еще казалось темной и рассмотреть подробности было сложно. В углу за кроватью что-то зашуршало — и я подскочила, как укушенная за одно место. Сама не знаю, почему, рефлексы сработали, не иначе. Схватив со стола папку с планерки, я запустила ею в направлении угрозы.
Листики выпорхнули, картинно засыпав и кровать, и ковер, белым ворохом, а в углу вроде бы наметилось движение. Из-за темноты и парящей бумаги, конечно, мне могло показаться, но что-то лохматое со щупальцами врастопырку, метнулось в самый дальний угол комнаты и скрылось за шторой.
Не завизжала я только потому, что язык от страха отнялся. Это какая дрянь тут лазит? Прихватив со стола уже опробованный днем раньше в бою подсвечник, я подошла к шторе с намерением если не прибить, то разоблачить неведомое нечто. Подкралась тихонько, самыми кончиками пальцев дотянулась до края ткани и резко дернула.
Колечки с шорохом проехались по карнизу, обнажив совершенно пустой угол. Я еще раз внимательно осмотрелась, потрясла несчастную ткань, чтобы убедиться, что мой непонятный враг не спрятался где-то там, а потом, выругавшись от облегчения, вернула подсвечник на место.
— Дура, — кинула долгий осуждающий взгляд на невыспавшееся отражение в зеркале. — Начиталась про магию перед сном, вот и мерещится не пойми что.
Собрав листики и приведя штору в порядок, я вернулась под одеяло, но сон не шел. Покрутившись для приличия еще полчаса, махнула рукой и отправиться в ванную. Ладно. Видимо, у меня сегодня ранний подъем. Займусь чем-то полезным.
Кухня, кстати, уже проснулась, и Варден накормил меня горячим завтраком. Через полчаса к нам присоединилась Кассари. Она отчаянно зевала и на турку с кофе смотрела глазами невинного олененка.
— Не спится, пожаловалась она. — Такое ощущение, что сквозняк какой-то по комнате гулял полночи.
— А у меня лохматая живность, — поддакнула я.
— Да ну? — удивилась наяда. — Крысы во дворце?
— Уж скорее осьминоги. По колено ростом.
Кассари поперхнулась и уставилась на меня своими огромными глазами. Я даже усиленно заморгала, чтобы снова не начать погружаться в океанские глубины.
— Прямо в комнате? Пойдем-ка, покажешь, — она решительно потянула меня наверх.
— Эй! А булочка?! — я протестующе вывернулась, не желая лишаться свежей выпечки. Да-да, дорогой мир, я помню, как опасно для меня отказываться от мелких удовольствий, особенно с недосыпу.
— Берем с собой, — решительно скомандовала наяда, прихватывая для комплекта полный кофейник.
На входе в мою спальню пришлось притормозить. Если бы не Кассари, я бы точно не заметила, однако наяда придержала меня за руку и указала на длинную колышущуюся линию, идущую поперек прохода.
— И давно это у тебя на полу? Ничего себе! Что тут происходило вообще?
Она сунула мне кофейник и аккуратно склонилась, рассматривая аномалию. А я впала в ступор. Не было же этого еще полчаса назад!
— Натуральнейшее искажение, — констатировала наяда. — И похоже, что отложенного действия: вот тут направляющие узлы остались распущенными, как будто незаконченными. Небольшой карман в подпространство. Почти дыра в полу. Провалиться не провалишься, но вот ногу вывихнуть — запросто. Случайно такие штуки не появляются.
— Ничего не понимаю. То есть это кто-то специально сделал?
— Похоже на то. На покушение не тянет, но на хулиганство вполне. Это не твой вчерашний гость обронил заклинание?
Я не ответила, но мысль эту обдумала очень подробно. Неужели Стефан в очередной раз пошутить захотел и оставил мне сюрприз с таймером? Глупость какая-то, ребячество. Умнее только стул выдергивать из-под садящегося человека. Вампир, конечно, со странным чувством юмора, но не верится мне, что он опустился до таких низких приемчиков. Дурачиться имеет смысл, когда есть возможность увидеть результат и посмеяться. А тут что? Я во дворце, он, видимо, в храме. Странновато. Уж скорее всего это снова моя не-привязка к миру дает о себе знать. А о ней распространяться не хотелось.
— Убрать можешь?
— А показать Амадо? Все же порядок и безопасность — это его зона ответственности.
— Нет, — помотала головой я. — Это мелочь. Уверена, что подобное не повторится.
— Ну, как знаешь, — Кассари поводила рукой над искажением, словно паутину со стены снимая, и пол выровнялся. — Так где твой осьминог был?
Разумеется, ни в углу, ни где-то еще мы ничего не нашли: пусто и чисто, как после уборки.
— Хорошо, — сдалась коллега. — Действительно похоже на игру расшалившегося воображения. Тогда доедаем, возвращаем посуду и идем работать?
***
— Гости начинают прибывать завтра, — сходу обрадовал нас Бернард на утренней планерке. — Я рассчитывал, что у нас будет еще немного времени, но, увы. Леди Мирабель, вы займетесь приветственными хлопотами.
К вечеру удалось закончить отделку зимнего сада. Вирен нервно заламывала руки и стенала, что праздные гуляющие за оставшиеся два дня всю красоту затопчут, поэтому Бернард дал добро на то, чтобы оранжерею временно закрыли для посещения. Предупредил, правда, что служба безопасности должна еще все проверить, но вот когда — большой вопрос, задать который было некому. Амадо с утра как в воду канул: ни слуху, ни духу, ни даже тени в облаках.