Аннета Чи – Мамины ошибки (страница 2)

Я киваю, не открывая глаз. Знаю, что она Ты себя не жалеешь.

Лене нужна мать, а не тень.

Когда ты в последний раз по-настоящему отдыхала?

И она права. Но сейчас мне просто хочется ещё пять минут полежать. Пять минут, чтобы никто не трогал, чтобы не слышать этот тихий упрёк в её голосе, чтобы не чувствовать вечный груз – «я должна быть хорошей мамой».

Я думаю о Лене.

Она снова завтракает без меня.

Снова идёт в школу, а я даже не спросила, что у неё сегодня.

Может, ей и правда так лучше? Без моих нравоучений, без моего вечного «я занята».

Но тогда… зачем я вообще нужна?

Я кое-как поднимаюсь, накидываю шёлковый халат – подарок Сергея. Прохожу мимо зеркала, машинально поправляю волосы. Выгляжу неплохо. Макияж почти не смазался, кожа свежая. Если бы не тяжёлые веки.

На кухне – привычный порядок. Бабушка у плиты помешивает кашу. Лена за столом: блинчики, стакан молока. На краю – собранный рюкзак, аккуратно сложенная куртка.

– Мам, ты проснулась! – Лена улыбается. Без удивления. Без восторга. Для неё это привычно.

– Прости, солнышко, – я сажусь напротив и тянусь к чашке с кофе. Горячий, крепкий, с капелькой сливок. – Как спалось?

– Нормально. – Она откусывает блинчик и смотрит на меня. – Ты опять ходила на свидание?

Я замираю.

– Ну… да, – осторожно отвечаю. – А ты откуда…

– Ты всегда поздно приходишь после свиданий. И улыбаешься. И духи другие.

В её голосе нет упрёка. Только спокойное любопытство. И от этого мне стало

– Я просто… хотела быть красивой, – бормочу я.

– Ты и так красивая, – Лена улыбается и тянется через стол, чтобы коснуться моей руки. – Но можно ты завтра придёшь пораньше? Мы с Катей хотели после школы пойти в парк.

Я смотрю на неё.

– Конечно, солнышко

И я уже знаю, что, скорее всего, не смогу. Потому что вечером напишет Денис. Или позвонит Андрей.

И я снова забуду, что здесь, в этой квартире, есть девочка, которой просто нужна мама рядом.

________________________________________

Аня

Я сижу за партой и листаю учебник, почти не видя строк. Буквы плывут, складываются в слова, но смысл до меня не доходит

Лена достаёт из рюкзака бутерброд в яркой бумажной обёртке и маленький пакетик сока с мультяшным персонажем.

– Мама сама упаковала, – бросает она между делом, откусывая хлеб. – Говорит, так веселее есть.

Я смотрю на свой бутерброд. Обычный. Хлеб, сыр, колбаса. Пищевая плёнка, туго натянутая, без рисунков и надписей. Мама заворачивала его в темноте, чтобы не разбудить меня. Сок – тоже обычный, строгий тетрапак без мишек и зайчиков.

Вот бы моя мама тоже так…

Хотя бы раз.

Я снова смотрю на Лену. Она смеётся с девочками, легко, без напряжения. Волосы аккуратно собраны в хвост, на шее тонкая серебряная цепочка с маленьким кулоном. Она выглядит так, будто ей не нужно ничего доказывать.

У неё красивая мама, – думаю я. – Всегда накрашена, всегда пахнет духами. Не кричит по утрам. Не проверяет дневник каждые пять минут. Не звонит, если я задерживаюсь на десять минут. Не переживает, не замёрзла ли я без шапки.

Перед глазами вдруг всплывает вчерашний вечер.

– Аня, ты точно решила задачу по математике? – мама стояла в дверях моей комнаты и тревожно вглядывалась в тетради. – Покажи.

– Да решила я, решила! – я швырнула ручку на стол. – Хватит меня контролировать!

– Я просто хочу, чтобы у тебя всё было хорошо… – А я хочу, чтобы ты не лезла!

Она ничего не ответила. Просто тихо закрыла дверь. А потом, уже лёжа в кровати, я услышала, как в ванной долго течёт вода. Она плакала. Опять.

Сейчас, глядя на Лену – такую спокойную, такую лёгкую, – я чувствую острый укол зависти.

Хочу быть такой, как она.

Чтобы мама не душила меня своей заботой.

Чтобы можно было просто жить, а не оправдываться за каждую двойку, за каждую минуту опоздания.

И тут же – другой укол, глубже, болезненнее.

А если бы мама перестала заботиться…

Вдруг я стану ей не нужна?»

Иногда мне кажется, что мама живёт вместо меня. Она знает, сколько ложек сахара я кладу в чай. Какой карандаш беру для черчения. С кем разговаривала на перемене. Она знает всё – и от этого мне одновременно тепло и тесно.

Вечером, вспоминая нашу ссору, я думаю:

Я же не хотела её обидеть.

Мне просто нужно подышать.

Но когда она плачет, я чувствую себя чудовищем. Может, я и правда неблагодарная?

Перед сном я долго смотрю в потолок.

Если бы мама была такой, как Лена, – красивой, свободной, беззаботной… Было бы лучше? Или хуже?

Я не знаю.

Но иногда так хочется хотя бы попробовать. ________________________________________

Лена

Я сижу на подоконнике в школьном коридоре и жду бабушку. После уроков здесь всегда сквозняком тянет, но мне всё равно. В руках у меня тот самый бутерброд, который мама якобы «с любовью упаковала».

На самом деле его сделала бабушка. Мама даже не видела, что я беру с собой в школу.

Я медленно жую и смотрю, как Аня выходит из класса вместе с мамой. Та что-то оживлённо говорит, поправляет Ане шарф и смеётся. Аня морщится, но всё равно держится за её руку.

Мама всегда рядом, – думаю я. – Всегда дома. Печёт пироги по выходным. Сидит с уроками. Знает всех подруг.

В памяти всплывает прошлое воскресенье.

– Мам, давай испечём печенье! – я принесла из кухни муку и яйца и поставила всё на стол. Мне было радостно уже от одной мысли об этом.

– Ой, Леночка, я так устала… – мама полулежала на диване, листая журнал. – Давай завтра?

– Но ты же вчера сказала «завтра»…

– Ну тогда… может, в следующие выходные?