Анне-Катарина Вестли – Каос в гостях и дома (страница 19)

– Знаю. Но мне надо ещё переговорить с Эвой.

Каос оделся, и они вышли из дома. Мама перевела его через площадь, где ездили машины, но дальше не пошла. Только стояла и смотрела, как он шагал вниз к автовокзалу. Там Каос прошёл через зал ожидания и остановился в дверях, высматривая голубой автобус. Иногда приходилось ждать, пока тот приедет, но сегодня он подкатил почти сразу. Очень удачно. За рулем был папа, он помахал сыну. Едва автобус остановился, из него выпрыгнула Олауг с рюкзаком за спиной и направилась прямиком к Каосу.

– Пойдём, – сказал он.

– Не задерживайтесь по дороге, – предупредил папа, – а то опоздаете.

– Не будем, – пообещал Каос, и они зашагали вниз по улице.

– Карл Оскар, давай играть будто мы совсем взрослые? – предложила Олауг и сразу сама заговорила по-взрослому: – Ты заполнил налоговую декларацию?

– Давно уже, – ответил ей в тон Каос. Он слышал, как мама с папой сидели и мудрили над этой декларацией, а потом так радовались, что даже устроили небольшой праздник в Лилипутике. – Не забыть мне заплатить за свет, – добавил он, чтобы поддержать «взрослый» разговор.

– Да, деньги так и текут сквозь пальцы, – вздохнула Олауг.

– Ох, верно, – согласился Каос, хотя думал совсем о другом. Рот как бы говорил сам по себе, а голова была занята совсем другими мыслями. Похоже, что и у Олауг тоже. Она смотрела на свои новенькие ботинки: то один шагнёт, то другой, то правый, то левый, – если идти быстро, то кажется, что они стараются обогнать друг друга. А Каос думал о том, не встретят ли они кого из одноклассников по дороге.

Иногда собиралась весёлая компания, а иногда ничего хорошего не получалось, особенно если попадался по пути один озорник, от которого можно было ждать чего угодно. Его звали Кристиан. Иногда этот мальчик вёл себя нормально и вежливо, а иногда затевал ссору. Однажды так пихнул Каоса, что тот ударился о край стола и набил себе шишку на лбу. А то раз дёрнул Олауг за волосы. В отместку она набросилась на обидчика с кулаками. Вот и вышло, что, когда пришла их учительница Мари, за драку наказали не Кристиана, а Олауг. Хуже всего – встретиться с этим задирой один на один по дороге в школу. Иногда Олауг и Каос нарочно сворачивали, чтобы обойти его сторонкой, но так путь становился длиннее. Пару раз они даже опоздали на урок, так что это тоже был не выход.

Вот и на этот раз они торопились в школу, болтая на ходу, и всё время оглядывались. Вдруг Олауг вскрикнула:

– Ой!

Каос ничего не увидел, но почувствовал, как у него засосало под ложечкой и перехватило дыхание.

– Ничего страшного, – пробормотала Олауг, – он же не всегда задирается. Но, если хочешь, можем забежать в тот магазин, словно нам надо что-то купить.

Каос решил, что это удачный выход: может, Кристиан не заметит их и пройдёт мимо. Надо лишь немножко переждать. Но тут мальчишка обернулся и увидел их.

– Всё-таки нас двое, – прошептала Олауг.

Видимо, и Кристиан подумал об этом, потому что крикнул одноклассникам:

– Привет, жених и невеста!

– Привет, – сказал Каос и наподдал льдинку, лежавшую на тротуаре.

– А я знаю, как тебя зовут, – заявил Кристиан.

– Его зовут Карл Оскар, – поспешила вставить Олауг.

– А вот и нет! Все его называют Каос, я сам слышал! Даже мама его так звала, а однажды и ты тоже – видать, забыла язычок прикусить.

– Как хочу, так и называю! – топнула ногой Олауг.

– Меня так звали, когда я был маленький, – объяснил Каос, – и теперь только дома мама с папой.

– А меня иногда называют Крассен, – сказал Кристиан, – глупо, конечно.

– А меня – малышка Олауг.

– Тоже странновато звучит.

Вот и школа показалась. Осталось немножко пройти по тротуару и перейти на другую сторону. Школьники переходили тут дорогу каждый день, поэтому здесь был настоящий пешеходный переход. Все дети знали, что сначала надо остановиться и посмотреть по сторонам, а потом уже идти. Школьный двор был пуст. Подготовишки приходили в школу, когда в других классах уже шли уроки, а когда малыши приступали к занятиям, у школьников начиналась перемена и они все высыпали во двор, но сейчас там никого не было. Каос, Олауг и Кристиан направились к небольшому зданию, стоявшему чуть поодаль, – там был их класс. В дверях стояла учительница Мари и встречала всех:

– Здравствуй, Кристиан! Здравствуй, Карл Оскар! Здравствуй, Олауг!

В маленьком коридоре было тепло и уютно. На одной стене были прибиты крючки, возле каждого – картинка. У Кристиана – косуля, у Олауг – заяц, у Каоса – лось. Он сам выбрал именно лося.

Все дети умели сами раздеваться. Но зимой и одежды было очень много, да ещё приходилось снимать сапоги и надевать сменную обувь. У одних были туфли, у других – сандалии, а третьи бегали в толстых шерстяных носках. Те, кто жили рядом со школой, приходили сами, других приводили родители.

Когда все собрались, учительница спросила:

– Скажите: какой месяц мы проводили вчера?

– Февраль, – ответила рыжеволосая девочка, которую звали Клара. Она была такая маленькая и юркая, что Каосу иногда казалось, дунь на неё – и она полетит.

– Верно, – кивнула Мари. – Подойди к нашему календарю, Клара, но не спеши отрывать листок. Видишь, там нарисованы двойка и восьмёрка, а ведь, когда мы провожали другие месяцы, на последнем листке были тройка и ноль или тройка и единица. А вот февраль – самый короткий месяц. Как вы думаете, всегда ли месяцы назывались так, как сейчас?

– Конечно, – сказал кто-то.

– Вот и нет. Этот календарь придумал человек по имени Ромул, это он придумал делить год по месяцам. Сначала решил, что их будет всего десять, но потом всё-таки сделал двенадцать.

– Как его звали? – переспросил Кристиан.

– Кого? – спросила Мари.

– Ну того, кто придумал месяцы.

– Ромул. По преданию, он же основал Рим – это город в Италии.

– А что значит «по преданию»? – спросила Олауг.

– Это значит, что так люди рассказывали друг другу из поколения в поколение много столетий, – объяснила учительница. – У них ещё не было ни книг, ни радио, ни телевидения. Вот они и рассказывали истории о разных событиях и приключениях и постепенно сами начинали верить, что это правда.

– А вы нам расскажете о Ромуле? – заинтересовался Каос.

– Хорошо. Вообще-то сначала нам полагается поиграть, но можно и наоборот сделать. Рассаживайтесь вокруг стола, а я посмотрю в энциклопедии, чтобы ничего не перепутать.

– У Бьёрнара тоже есть энциклопедия, – сказал Каос, – поэтому он почти всё знает.

– Ну вот, было два мальчика-близнеца, одного звали Ромул, другого – Рем. Их мать, Рея Сильвия, была женой Марса. В те древние времена он считался богом войны. Есть ещё планета, которая называется Марс, – такая же, как наша Земля. Дедушку близнецов звали Нумитор, он был царём Альба Лонги. Но его брат Амулий отобрал у него власть. И знаете, что он сделал с двумя маленькими близнецами?

– Убил? – предположил Кристиан.

– Слава богу, нет. Хотя и собирался. Он велел бросить детей в Тибр – это такая большая река.

– И они утонули? – спросил Кристиан.

– Нет, их спасли. Догадайтесь, кто выкормил их своим молоком, чтобы они не умерли с голоду?

– Добрая тётя? – предположил мальчик по имени Пол.

– Нет, волчица, – ответила Мари. – Она заботилась о маленьких найдёнышах, пока те росли, набирались сил и ума. А когда братья выросли, то вернули себе власть и сказали дедушке, что он снова может быть королём. И основали город Рим. Но Рем умер. А Ромул стал первым правителем Рима, и он же придумал названия месяцев – январь, февраль. Ну-ка, Клара, оторви теперь листок и посмотри, какая цифра на следующем?

– Единица, – подсказал Каос, он был в этом уверен.

– Верно, – кивнула учительница. – Сегодня первое марта. Наступил новый замечательный месяц, когда у нас в горах встречаются зима и солнце.

– Его назвали так в честь отца тех близнецов, – сказал Кристиан.

– Правильно, – подтвердила Мари. – А теперь хотите немного порисовать?

Конечно, все захотели рисовать, достали карандаши, бумагу, краски и взялись за дело.

Вдруг кто-то постучал в дверь. Это пришёл завуч с комиссией – проверить, как идут дела в подготовительном классе. Они уже побывали в других классах, а самых младших оставили напоследок.

– Извините, что помешали, – сказал завуч, – вот зашли посмотреть, как у вас продвигается учёба.

Дети молча смотрели на взрослых. На самом деле они нисколько им не помешали. Одна дама склонилась над рисунком Кристиана и сказала:

– Ой, какая красивая собака!

– Это не собака, а волк, – поправил её Кристиан.

– Обычно учитель рассказывает какую-нибудь историю, а дети потом рисуют, – объяснил завуч.

– Наверное, это сказка о Красной Шапочке и сером Волке! – гордо заявила дама.