Анне-Катарина Вестли – Гюро переезжает (страница 37)

– А как мальчик, который сейчас был тут? – спросила Эрле.

– Ничего. Ему уже лучше, – сказал Бьёрн. – Но глаза у него были точь-в-точь как у того мальчика, о котором я вам сейчас рассказывал. Ну, Эрле, пойдём, пожалуй. У нас там осталась неоконченная работа.

– Угу, – кивнула Эрле. – Надо идти. Послушайте, ребята, если этот мальчик снова выйдет во двор, вы уж присмотрите, чтобы его никто не обидел! Представьте себя на его месте, когда ты один и не к кому обратиться за помощью. Будьте с ним поласковей!

Больше Эрле ничего не сказала, и они все вместе ушли. Эллен-Андреа убежала ещё раньше в докторский кабинет, к маме и папе.

Дома Эрле посмотрела на Гюро и сказала:

– Давай-ка умоем тебя, Гюро, а то больно страшно смотреть, когда у тебя под носом засохшая кровь, и коленку надо заклеить пластырем.

Приведя Гюро в нормальный вид, Эрле спросила:

– Хочешь побыть с нами в школе и посмотреть, как мы красим стены в классной комнате, или хочешь остаться дома?

– Хочу остаться.

Ей хотелось побыть в одиночестве. Когда Эрле и Бьёрн ушли, она отправилась в свою комнату. Там её ждали Вальдемар, и Кристина, и плюшевый медвежонок – эти трое были тут свои, а вот Чучело – тот чужой. И тут вдруг на Гюро накатила злость, ей хотелось отомстить большим мальчишкам, которые её толкали и пихали, и особенно тому, который так пихнул её, что она отлетела в кусты и разбила до крови коленку и нос. И вместо мальчишек она побила Чучело – несчастному бедняге в клетчатой кепке, полосатой куртке и розовых туфлях с чёрными помпонами досталось по первое число.

Вскоре к Гюро заглянула Эрле посмотреть, как она тут одна. Эрле открыла дверь и увидела, что Гюро колотит Чучело.

– Что поделаешь! – сказала Эрле. – Все мы в этом похожи. Ну хотя бы стало тебе полегче, как отвела душу?

Гюро обернулась и словно очнулась от злого наваждения. Она взяла Чучело, посадила его себе на колени, стала гладить и приговаривать:

– Я это не нарочно. Пожалуйста, не рассказывай Сократу, как я тебя обидела. Только не говори ему, а я обещаю тебе, что никогда больше так не сделаю, и я сыграю тебе на скрипке, Чучело. Одну грустную пьесу и одну весёлую.

И Чучело простил ей обиду. Он сидел на стуле, и по его лицу было видно, что ему нравится то, что играет Гюро.

Когда она кончила играть, пришла Эллен-Андреа и сказала:

– Оказывается, я всё-таки уезжаю. Бабушка разрешила нам приехать, хотя ей пока ещё надо ходить на работу. За мной будет присматривать дядя Андреас. Так что меня тут не будет, но потом я приеду, и дядя Андреас тоже приедет к нам. И знаешь, Гюро, мама говорит, чтобы я больше не вспоминала про то, что случилось, а я только об этом всё время и думаю. Ты вела себя гораздо храбрее, чем я. Я только смотрела. Если бы там был дядя Андреас, он пришёл бы тебе на помощь.

– Пришли Эрле и Бьёрн, – сказала Гюро. – А я побила Чучело. Только ты не говори Сократу.

– Не буду. Пока, Гюро! Не скучай, я скоро приеду.

Тяжёлый день выдался сегодня у Гюро. Она заснула беспокойным сном, а среди ночи она проснулась, ей было страшно. Тогда она взяла подушку, пошла к родителям и легла между Эрле и Бьёрном.

За чем приходила Тюлинька

А утро началось с приятной неожиданности. Когда Гюро и Бьёрн сели завтракать, вдруг пришла Тюлинька. Обыкновенно она так рано не приходила. Тюлинька любила утром понежиться в постели.

– У вас что-нибудь случилось? – перепугалась Эрле.

– Нет-нет, – сказала Тюлинька. – Всё в порядке и у меня, и у Андерсена. Нога у него уже совсем прошла, но он ходит с палочкой и говорит, что привык к ней, как к другу. Нет, тут совсем другое! Скажите, есть у Гюро спасательный жилет?

– Да, есть, – сказал Бьёрн.

– Очень удачно.

Все повернулись к ней, ожидая, что последует за этими словами.

– Мы с Андерсеном хотели просить вас об одолжении, – продолжила Тюлинька.

– Рады будем помочь, – сказал Бьёрн. – Вы хотели, чтобы мы одолжили вам спасательный жилет Гюро? Но он же вам будет мал.

– Нет, я не за тем. Мы с Андерсеном хотели, чтобы вы дали нам на время саму Гюро, если, конечно, она будет согласна. Мы едем пожить в родительском доме Андерсена. Его сестра надолго уехала, и мы без неё будем присматривать за домом. Мы проведём там всё лето, но ты могла бы побыть у нас недельку или сколько сама захочешь, а Эрле и Бьёрн заберут тебя, когда у них начнётся отпуск.

– И когда же вы туда отправляетесь? – спросил Бьёрн.

– Сегодня, – ответила Тюлинька. – Извините, что так внезапно вас ошарашиваю.

– Сегодня я не смогу вас отвезти, – огорчился Бьёрн. – Я весь день занят на работе.

– Нас и не нужно возить, – сказала Тюлинька. – Мы заказали такси, оно довезёт нас до автобуса, а с автобуса пересядем на теплоход. Ну как, Гюро? Поедешь с нами?

– Ага, – закивала Гюро.

– Похоже, наша молодежь становится завзятыми путешественниками, – улыбнулся Бьёрн. – Лилле-Бьёрн ушёл в рейс на Средиземное море, а Гюро поплывёт на теплоходе по фьорду. Ты рада, Гюро?

– Ага, – сказала Гюро.

Бросив взгляд на Чучело, который занял за столом место Лилле-Бьёрна, она вспомнила, как пусто сделалось тут, когда Лилле-Бьёрн уехал, поэтому она и посадила на его место Чучело. Гюро сбегала в свою комнату и принесла плюшевого медвежонка, чтобы тот занял её место.

– Ты умница, – сказал Бьёрн. – Подумала о том, как мы будем скучать без тебя, но ты же можешь прислать нам оттуда открытку.

– Возьми с собой альбом для рисования, – посоветовала Тюлинька. – Тогда ты всё нарисуешь и расскажешь обо всём, что увидишь. Ну, так я побежала, через два часа мы приедем за тобой, Гюро, и не забудь взять с собой спасательный жилет!

Рюкзак быстро собрали, и вот уже Гюро стоит на школьном дворе со скрипкой в одной руке и жилетом в другой. Эрле крепко обняла её и сказала:

– В первый раз ты уезжаешь от меня, Гюро. Но ты будешь не одна, с тобой будут Тюлинька и Андерсен, а их ты хорошо знаешь.

– А ты не можешь тоже поехать? – спросила Гюро.

– Нет, ты же знаешь, я не могу бросить работу. А вот когда у нас начнётся отпуск, мы поедем отдыхать все вчетвером.

– А я успею вернуться домой вовремя, чтобы встретить Лилле-Бьёрна, когда он будет возвращаться из путешествия? – забеспокоилась Гюро. – Он сказал, что покажет мне тогда каюту, где он жил, и всё остальное на корабле.

– Обязательно успеешь. Мы приедем заранее, чтобы ты тоже пошла его встречать, – пообещал Бьёрн. – Счастливого тебе пути, Гюро! А ну-ка давай проверим, сколько ты весила перед началом поездки!

Он подхватил Гюро и высоко подкинул вместе с рюкзаком, скрипкой и спасательным жилетом и потом расцеловал на прощание. Тут подъехало такси с Тюлинькой и Андерсеном. Андерсен сидел впереди рядом с водителем, а Гюро залезла к Тюлиньке на заднее сиденье.

Такси тронулось, а Эрле и Бьёрн остались на школьном дворе и махали, пока машина не скрылась из виду.

Гюро сначала примолкла, но Тюлинька развлекала её разговорами:

– Я взяла с собой подзорную трубу, – сообщила она. – Сейчас звёзд на небе не слишком много, а вот в августе выйдешь на улицу и сразу столько звёзд, что не сосчитать. Там, где родился Андерсен, небо удивительное, такое огромное, что взглядом не охватишь.

– В Кюлпене тоже звёзды, – сказала Гюро. – Там много звёзд.

– Да, правда. Представляешь себе, у Андерсена там есть лодка, и он просто замечательный гребец.

– У нас в Кюлпене тоже. И Бьёрн тоже замечательный гребец.

– А ещё мы будем собирать землянику, – не сдавалась Тюлинька. – В саду две грядки земляники.

И тут у Гюро прямо слюнки потекли: земляника – это так вкусно!

– А у нас в Кюлпене нет земляники, зато у нас есть черника, и брусника, и ежевика, и голубика.

– Ага, – сказала Тюлинька.

Потом стало уже не до разговоров, потому что они подъехали к автовокзалу и из багажника надо было вытаскивать вещи. Чего там только не было! Два моряцких мешка, чемодан и рюкзак, который Тюлиньке в прошлом году подарили на день рождения Гюро и остальные друзья.

Всё это надо было как-то перенести и уложить в автобусе, и это была нелёгкая задача. Когда наконец это было сделано, Тюлинька вздохнула:

– Ну и натаскались же мы!

Они сели в автобус, и автобус тронулся. Внутри было очень жарко, и Гюро ужасно захотела пить.

– Потерпи немножко, – сказала Тюлинька. – Вот сядем на теплоход, и будет тебе питьё. Там можно будет купить лимонаду или кофе – кому что нравится.

Гюро почувствовала, что её начинает поташнивать. Это было очень странно, потому что у Бьёрна её никогда не тошнило в машине. Но в автобусе очень сильно трясло, а может быть, это было оттого, что она с непривычки очень разволновалась, ведь она впервые путешествовала почти одна, без мамы, и без Бьёрна, и без Лилле-Бьёрна.

К счастью, на автобусе пришлось ехать недолго, скоро он остановился, впереди расстилалось море. Они вышли у причала. Как же тут было хорошо! Морской воздух так свеж, что кажется, будто пьёшь его как воду. Гюро постояла, подышала и скоро почувствовала себя гораздо лучше.

– Ну, теперь нам только сидеть и ждать, – объявила Тюлинька. – Я схожу вон в тот ларёк и куплю тебе чего-нибудь попить.