Аннабель Стедман – Похититель единорогов (страница 55)
– Ты точно хочешь сразиться со мной, Митчстер? – насмешливо спросила Эмбер и подняла руку для атаки.
Но Митчелл оказался проворнее. Выстрелившая из его ладони струя огня ударила Воровку в бок. Одновременно с этим Ночь стала выдыхать на неё огненные шары, и по воздуху поплыл дымный запах магии. Вода давалась Эмбер хуже всего, и она не успела призвать барьер. Воровке пришлось сбавить скорость и поднырнуть под пламя.
Эмбер потеряла концентрацию, и её торнадо, пронесясь в каком-то сантиметре от левого копыта Негодяя, улетел в противоположном направлении. В долю секунды Митчелл переключился на элемент земли и выстрелил вниз шквалом камней. Ещё не до конца развеявшийся торнадо подхватил их и швырнул в Воровку. Глаза Эмбер стали совершенно круглыми: она никак не ожидала, что её собственную магию обернут против неё. Зазубренные каменные снаряды погнали Воровку к земле.
– Это тебе за всё! – крикнул ей вслед Митчелл.
– Зачем ты это делаешь? – спросил Скандар.
Ночь захлопала крыльями, выравниваясь в воздухе рядом с Негодяем. Вокруг них бушевали битвы, воздух то и дело рассекали обрывки атак стихий.
Лицо Митчелла было чёрным от пепла и грязи.
– Помогаю тебе не стать кочевником!
– Но ты же был впереди! – Скандар с трудом верил в происходящее: он знал, как сильно Митчелл хотел впечатлить отца. – Я тебя только задержу, лети без меня!
– Не вариант. – Митчелл выдернул поводья из рук Скандара и перекинул их поверх чёрного рога Негодяя. Тот удивлённо взвизгнул и дико забил крыльями. – Я помогаю тебе – ты помогаешь мне, забыл? И потом, Ночь мне не простит, если ей придётся расстаться с Негодяем.
Скандар мог лишь догадываться, чего Митчеллу это стоило. Тот всегда держался заранее продуманного плана, следовал правилам и действовал в определённом порядке – а тут посреди важнейшей гонки развернулся и полетел в обратном направлении!
– Я всё сделаю, – пообещал Митчелл, стискивая поводья Негодяя. – Не пытайся применять магию, я буду вас защищать. Просто летите за Ночью, и как можно быстрее!
Ночь завизжала, поторапливая друга, и Негодяй заворчал. Кто знает, что они друг другу сказали, но чёрный единорог наконец снова полетел вперёд – и быстро. Они увернулись от валуна Зака, обогнули по краю огненный залп Нив и пронеслись над извивающимися в воздухе электрическими щупальцами. Миновав последнюю парящую отметку, Ночь и Негодяй хором заревели: до финиша оставалось всего ничего.
Митчелл бомбардировал Коби на Ледяном Принце огненными шарами, когда по ним скользнула тень пролетевшего высоко в небе единорога.
– Митчелл! – заорал Скандар, пытаясь перекричать хлопанье крыльев.
– Я сейчас немного занят! – бросил в ответ он.
Под ударом его финального залпа водяной барьер Коби пошёл рябью, задрожал и разлетелся брызгами, освобождая Ночи и Негодяю достаточно пространства, чтобы вырваться вперёд.
– Если я даже после этого не мутирую, то уж не знаю! – закричал Митчелл. – Что ты там говорил… – Но он оборвал себя на полуслове, увидев спускающегося на огромной скорости к арене сильнейшего в мире единорога.
Мороза Новой Эры.
– Где он?! – запаниковал Скандар.
В воздухе было столько дыма и выбросов стихий, что серый единорог затерялся за их завесой.
Первые слепыши начали пересекать финишную линию под овации трибун.
– Надо приземляться! – напомнил Митчелл.
Негодяй и Ночь нацелили рога вниз и пронеслись над морем поднятых к небу лиц. Негодяй, глухо фыркнув, коснулся копытами песка в нескольких метрах до финиша. Митчелл бросил поводья назад Скандару, и оба мальчика погнали своих единорогов вперёд. Зрители отреагировали громким восторгом, когда Митчелл, а за ним Скандар проскакали под аркой. Скандар понятия не имел, каким по счёту он финишировал, но сейчас его больше беспокоило отсутствие паники и испуганных криков. Неужели Мороз Новой Эры им привиделся?
И тут его взгляд наткнулся на Фло.
Он спрыгнул с Негодяя, сбросил с головы шлем и со всех ног помчался к скорчившейся за финишной линией подруге. Она что-то кричала, но её заглушал гул ни о чём не подозревающей толпы. Скандар словно вернулся в прошлое, назад в тот день когда дома в Маргейте, они смотрели Кубок Хаоса и папа сказал, что «что-то не так», дым развеялся, чернота рассеялась, но в душе уже пустило корни чувство, что уже ничто и никогда не будет как прежде.
Время замедлилось и остановилось, когда он увидел бегущие по щекам Фло слёзы.
– Ткач! – воскликнула она между всхлипами. – Ткач забрал Серебряного Клинка!
Скандар наклонился к ней, всей душой желая, чтобы это был просто момент из прошлого, когда Фло так отвлекала внимание от него, готовящегося пройти по линиям разлома. Но неподдельный ужас в её глазах не оставлял места сомнениям. И теперь ему стало понятно, зачем Ткач нападал на Гнездо: ему нужен был именно серебряный единорог.
Подбежали, срывая на ходу шлемы, Бобби и Митчелл, и все четверо сгрудились, позабыв о спорах и обидах. Митчелл тут же начал шёпотом составлять план, перечисляя инструкторов, которые могли помочь, стражей и даже своего отца, если до этого дойдёт. Но Скандар понимал, что на это нет времени. Быстрее всего найти Клинка можно было с помощью элемента духа, а это означает, что они не могут ни к кому обратиться.
Скандар забрался на спину Негодяя и помог Фло сесть перед собой. Никто этого не видел, но его рука в кармане засветилась белым, и взору предстала тёмно-зелёная мерцающая связь, тянущаяся от сердца Фло как луч маяка. Вокруг них гремели овациями трибуны, усталые единороги бродили по Арене, целители оказывали помощь раненым, наездники обнимались, и их четвёрка выскочила за ограждения незамеченной.
Они проскакали по окраине Четырёхточия, не решаясь взлететь из страха, что их могут заметить снизу. Грохот копыт по камням улиц сменился более приглушённым стуком по дорогам, затем по лесному ковру из старых листьев, пока наконец они не достигли Пустоши. Скандар крепко держал Фло за талию. Никто из них ни словом не обмолвился о том, что будет, если Ткач свяжет себя с серебряным единорогом. Это и так было понятно.
Всё внимание Скандара было сосредоточено на связи Фло и Клинка, поэтому он едва заметил, насколько непривычно выглядит Пустошь. Если Четырёхточие и Гнездо были богаты растительностью, то Пустошь казалась безжизненной и заброшенной. Небольшие скопления голых деревьев разбавляли бескрайние просторы выжженной магией стихии земли, на иссохшей и потрескавшейся почве почти не росла трава. Скандару это напомнило иллюстрации из книг про вымирание динозавров, и кто знает – возможно, среди диких единорогов есть те, которые наблюдали это воочию.
– Ещё далеко? – прохрипела Бобби.
В первую секунду Скандар решил, что ей просто холодно: по ним хлестал ледяной ветер, и даже перья на руках вряд ли её спасали. Но затем он краем глаза взглянул на неё. Подруга сидела, съёжившись и держась одной рукой за грудь, и, судорожно кряхтя, пыталась вдохнуть.
Скандар поймал поводья Ярости и заставил её сбавить шаг.
– Почему мы останавливаемся? – удивилась Фло.
– В чём дело? – спросил Митчелл, подводя к ним фыркающую Ночь.
Но Скандар, не ответив, развернул Негодяя, чтобы встать крылом к крылу с Яростью.
– Дыши, Бобби. Вдох и выдох. Сфокусируйся на Ярости. На вашей связи.
В тишине Пустоши прерывистое дыхание Бобби, казалось, разносилось на многие километры. Ярость повернула голову к своей наезднице и успокаивающе заворчала.
– Ты нам нужна, Бобби. У тебя получится, – продолжал уговаривать её Скандар. И это было правдой. Только вместе у них был хоть какой-то шанс отбить Клинка.
– Что с ней?..
Скандар мотнул головой, обрывая Фло. Митчелл в кои-то веки молчал.
Бобби задышала ровнее, с присвистом, и наконец выпрямилась и вдохнула полной грудью. Её челка прилипла к взмокшему от пота лбу.
– Ты в порядке? – спросил Скандар. – Сможешь скакать дальше?
Она смущённо кивнула:
– Дикие единороги меня не остановят.
И тут раздался пронзительный визг.
– Это Клинок! – закричала Фло. – Скорее!
Негодяй, Ярость и Ночь, похоже, тоже узнали его голос, потому что заревели в ответ.
Визг Клинка слышался с небольшого холма впереди. Склоны его были голы, ни единой травинки, но венчала его рощица скелетообразных деревьев. И светящийся луч связи Фло указывал прямо туда.
– Скандар, – спросил Митчелл, – мы на месте? Каков наш план? Как мы…
– Митчелл, на это нет времени! – перебила Бобби, всё ещё слегка хрипя. – Мы поскачем туда, заберём Серебряного Клинка и ускачем назад. Всё. Вот наш план.
Скандар был вынужден с ней согласиться. Он бы и сам предпочёл что-то более конкретное, но его голова при всём желании не желала работать. Мысли мешались и путались. Страх перед встречей с Ткачом. Образы Ткача верхом на серебряном единороге, летящего с войной на Великобританию, Кенна кричит, папа бежит… Эрика Эверхарт… А вдруг это правда? Скандар не знал, чего он боится больше.
Новый визг рассёк воздух.
– Скорее! – поторопила Фло, и Негодяй, словно почувствовав её панику, в стремительном галопе поднялся по склону и ворвался в рощу. Ночь и Ярость не отставали.
Первое, что увидел Скандар, был Серебряный Клинок, связанный с сердцем Фло светящейся зелёной нитью. Благодаря своей масти он везде притягивал к себе взгляды, а на фоне блеклой рощицы не заметить его было тем более невозможно. Он стоял, привязанный к двум деревьям толстыми лианами, которые оплели его туловище, шею и даже голову, и выглядел понурым и сонным: ни следа привычного напора и живости, и Скандар похолодел от мысли, что они опоздали.