Анна Зимина – Любовь одной актрисы (страница 5)

– Она из другого мира, – сказал Игор, наблюдая за вытянувшимся лицом Крама.

– Да ну! Не верю!

– Значит, тогда и рассказывать нечего, – заметил Игор.

– Ну уж нет! Говори! Это как так вообще?

Пока Игор рассказывал Краму про иномирянку, тот слушал очень внимательно. И задал вопрос, до которого Игор просто не додумался.

– Она приплыла на острова, чтобы просить Хен вернуть ее домой, в ее мир?

Вот этого-то оборотень и не знал. Она не говорила ему ничего, только раз при нем сорвалась, когда проклинала морских ведьм и весь их мир в целом, захлебываясь водой на палубе корабля. Ну тогда-то и понятно, почему… Она не делилась с ним своими планами, надеждами. Она была рядом почти постоянно, а он даже не потрудился спросить, чего хочет она. Вообще в его представлении все должно было закончится их большой и светлой любовью под плеск волн на островах морских ведьм, в покое, уюте и размеренности. А может, она хочет другого? Хочет в свой мир, к людям, которые ее любят и ждут. Может, у нее там вообще муж есть? Или дети? Вот он… идиот!

Хотя нет. Детей точно нет. Да и про мужа она бы сказала, и влюбленной она не была. Надо, надо все-таки поговорить с ней откровенно.

Крам, видя растерянное лицо оборотня, махнул рукой.

– Вряд ли из этой затеи что-нибудь получится, но в полную луну на рассвете морские ведьмы будут чествовать Хен и проводить обряд, который может вернуть их богиню. Я, конечно, не думаю, что что-то получится, но мало ли? Вдруг она откликнется…

– Обязательно откликнется! – неожиданно с жаром заговорила жена Крама. – Наша богиня обязательно придет в этот раз!

Ее щеки раскраснелись, волосы растрепались.

– Конечно, придет, – тихо сказал Крам. – Я в это верю.

Игор взял слова Крама и его жены на заметку, решив при случае сказать это Евгении и заодно поговорить с ней по душам.

За разговором они подошли к большому дому с просторным двором. Ухоженный сад, небольшой водоем в тени плодовых деревьев, распахнутые настежь двери…

– Заходи и отдыхай, это мой дом. Мы тебе не будем мешать. Вечером будет большой праздник, придут из всех поселков. Зрелище будет… Так что приходи во-о-он к той площади, где костры собирают. Ну, не ошибешься! А мы пойдем угощения готовить, а то морские опять одних фруктов нарвут и пару рыбешек пожарят.

– Ты теперь всю жизнь это вспоминать будешь? – со смехом спросила морская ведьма.

– Конечно, буду! Представляешь, – Крам обернулся к Игору, – позвали они все поселения на праздник, наобещали костры и угощения. Пришли оборотни даже из диких лесов с того конца острова. Пришли, значит, все, голодные, веселые, а на столе три рыбки и семь ведер ананасов… Кто бы их ел?

– Ты их обожаешь, – сдала мужа морская ведьма.

– И тебя обожаю.

С этими словами Крам обнял женщину и звонко чмокнул ее в раскрасневшуюся щеку.

– Отдыхай, Игор. Бери все, что тебе нужно и спи. А мы пойдем.

Крам махнул рукой на прощание, подхватил на руки завизжавшего от восторга ребенка и усадил себе на плечи.

А Игор стоял, смотрел им вслед и улыбался. Вот оно какое – счастье.

***

Олия смотрела на розовую жемчужину и не могла поверить своим глазам.

За то время, пока они плавали со своей миссией, на островах кое-что случилось. Острова ведьм – это небольшой архипелаг с одним большим островом и кучей маленьких, на которых жила только очень незначительная часть оборотней.

Ведьмы не плавали туда, не было нужды – даже свой остров они не исследовали по большей части из-за гористой местности посреди острова и непролазных лесов. Вырубать их никто не хотел, ни ведьмы, ни, тем более, оборотни. Ежели все леса вырубить, где тогда молодняку оборотней шастать?

Вот молодняк и нашастал.

Пара мальчишек-оборотней забрели туда, где не несколько сотен лет не ступала нога морских ведьм. Дело в том, что остров имел вытянутую форму. Прибрежная песчаная коса и поселения находились только с одной стороны, с другой же остров был не изучен. Главным образом потому, что с другой стороны острова были непригодные для жизни скалы с поросшими на них тропическими лианами. Каким-то неведомым образом мальчишки там и оказались. И нашли вырубленные прямо в скальной породе ступеньки. Коты – любопытные звери, а если уж в одном сознании умещается и человек, и кот, да если ему еще и пятнадцати лет не стукнуло… Конечно, мальчишки спустились по этим ступенькам. И нашли древний, наполовину затопленный храм.

Мальчишки тут же рассказали о находке морским ведьмам, захватив с собой из полуразрушенного храма огромную, с куриное яйцо, сверкающую розовым перламутром жемчужину.

Олия узнала ее. Жемчужина принадлежала самой Каспаде, ее матери.

Значит, потерянное старинное святилище посещала Каспада, а с нею, возможно, и Хен… Вот бы богиня вернулась! Как было бы замечательно!

Олия провела пальцами по безупречной поверхности жемчужины. Может быть, в старом храме будет разгадка того, что случилось много лет назад? И тогда она узнает, почему Каспада просит о страшных вещах, жутких вещах… Тогда прекратятся эти мучительные сны, тогда все закончится. И тогда она, наконец, снова будет счастливой. Счастье – в покое.

Олия крепко сжала в руке жемчужину, которая пульсировала, как живая.

ГЛАВА 4. ШЕПОТ МОРЯ

Почти все морские ведьмы и оборотни собрались на праздник перед Домом дочерей Каспады.. Запылали костры, подрумянивались на огне морские гребешки, золотились бока розовой морской рыбы, шипели ароматные пласты мяса, истекали сладким соком спелые плоды на подносах. Отовсюду доносился смех, счастливый детский визг и радостные крики. То там, то тут вспыхивали песни, торжественные, веселые. Светящиеся капли воды с синим крошечным планктоном повисли в воздухе повсюду, превращая весь поселок в совершенно нереальное и прекрасное место: на фоне темнеющего неба мерцающие капельки напоминали скопления звезд.

Ведьмы и оборотни, живущие много веков бок о бок, сроднившиеся за эти годы, радовались возвращению своих сестер и жен, радовались гостям, радовались тому, что и Слата, и ее дочь переродятся и снова вернутся на острова, радовались, что все будет, как раньше. Что будут рождаться дети, что больше не будет похищений и утрат.

Игор сидел у ближайшего к дому Каспады костра с новообретенными родственниками. И поэтому он первым увидел иномирянку, которая шла к ним. Отдохнувшая, в длинном, подаренном морскими ведьмами платье, высокая и стройная, с белой кожей и светлыми волосами, она органично вписывалась в островные пейзажи. Красивая…

Она тоже заметила оборотня, улыбнулась.

– Ну, как ты тут?

– Как тебе здесь?

Они задали вопросы одновременно и засмеялись.

– Все… неплохо. Местные очень добры…

– Да, добры.

Игор невольно посмотрел на Крама, который организовал что-то вроде хоровода вокруг костра. Искорки взвивались вверх с тихим треском, который заглушали взрывы смеха. Нарядные оборотни и ведьмы в длинных белых платьях, держась за руки, бежали по кругу, вкидывали ноги, которые заплетались в подолах одежды, хохотали до слез. Дети, которые тоже вносили сумятицу и неразбериху, крутились вместе со всеми. У костров, где готовилась еда, уже возникло столпотворение.

– Я вот тут приберег, – сказал Игор, доставая из кармана зажаренные гребешки и овощи, заботливо завернутые в широкий лист с ближайшего дерева.

– Ты мой спаситель! Паладин моего сердца! Закат моего разума! – закричала иномирянка, вырывая из рук оборотня еду.

Он захохотал, поднимая ладони вверх.

– Только траву не ешь.

Иномирянка что-то невразумительно пробормотала уже с набитым ртом.

– Что, поздно? Уже съела? Тут, если понравилось, много еще растет. Посмотри, какие мясистые листья на во-о-он том кусте, – съехидничал оборотень, за что едва не был награжден пинком по ноге.

Рассмеялся снова, ощущая, как настоящее, почти забытое ощущение счастья заполняет его целиком. Этот вечер, эти люди, праздник – все это было так… тепло. Как после долгой дороги вернуться в дом, где тебя всегда любят и ждут.

Веселье набирало обороты. Как-то неожиданно их костер оказался в центре внимания. Совсем молоденькая черноволосая обортниха, смеясь, подхватила Игора под руку, увлекая в круг танцующих. Иномирянка смотрела, как отплясывает оборотень, удивилась тому, как широкая радостная улыбка изменила его лицо. Он махнул ей рукой, приглашая в круг, но она со смехом помотала головой. Но не тут-то было. Крам, как главный заводила, не оставил без внимания скучающую девушку, подцепив и ее под локоток.

Костер взвивался все выше и выше. В какой-то момент танец стал ровным и четким, словно бы все попали в один ритм, превращаясь в единый слаженный организм. Музыка и песни звучали слаженно, попадая в ритм с танцующими. Мелькали в разрезах платьев ножки ведьм и оборотних, поднимали песчаную пыль сапоги оборотней. Руки были накрепко сцеплены, волосы разметались, в глазах расплывались синие мерцающие огоньки, чужие смеющиеся лица, языки пламени…

Это был момент единения, момент абсолютного счастья, и он был один на всех жителей острова. Когда хоровод стихийно распался, танцы и не думали прекращаться.

Иномирянка, смеясь, кружилась в такт мелодии, подол ее белого кружевного платья взметнулся, открывая ножки в новых плетеных босоножках. Она была так хороша в этот момент… Только оборотень на нее не смотрел. Он держал за руки смеющуюся оборотниху, которая и увлекла его в танец. Смотрел в такие же желтые, как и у него, глаза, и не мог отвести взгляда. Ее черные волосы стелились за ней двумя длинными полураспущенными косами, фигурка в сером простом платье с белым кружевом была такой хрупкой, а мелькающие в улыбке белые зубки с острыми, чуть выпирающими клычками порождали в душе оборотня что-то давным-давно забытое, утраченное им. Словно бы природная тяга к тому, что ему ближе по духу и крови. Наваждение…