Анна Владимирова – Мой бывший - отец-одиночка (страница 29)
- Если ждут, значит ждут и их дела, - заверил я. - Не волнуйся. Я позвоню сейчас маме…
Только я не успел. У меня запиликал пейджер на тревожной ноте.
- Что-то с матерью Кирилла, - бросил я Миле. - Ждите здесь, ладно?
- Хорошо! - кивнула Мила, а я бросился из кабинета, и только у лифта заметил, что совсем забыл о трости.
43
- Вам помочь? - поинтересовалась секретарь Князева, заглядывая в кабинет.
- Нет, спасибо, - пыхтела я, пытаясь усадить Диму в перевязь.
Но сын после стремительного ухода Андрея принялся капризничать и выкручиваться. Вероятно, ему очень нравилось, когда мама и папа оказывались рядом. Больше, чем просто одна мама. Либо я делала сейчас что-то не так…
- Дима, сынок, - уговаривала я, - папе нужно было уйти, но он скоро вернется, и мы….
Нет, он мне не верил. И вдруг выгнулся дугой, запрокинул голову, а когда я подхватила его под спинку и вернула в ровное положение, посмотрел на меня звериным взглядом. Из-под губы у него торчали острые зубы, а личико начало стремительно обрастать шерстью…
В первый вздох я оцепенела. Но уже в следующий прижала к себе сына крепче и принялась убаюкивать, поглаживая по спинке и расхаживая туда-сюда.
- Закройте двери! - повысила голос, и Димка дернулся в руках, но я прижала к себе сильней: - Дим, нельзя здесь бегать за папой. Понимаю, что на четырех лапках быстрее, но не здесь. Тут врачи, пациенты, а ещё есть целый этаж с людьми, которые вообще не в курсе всего. Представляешь, какой мы штраф отхватим?
Руки немного тряслись, но в целом я была спокойна. Страх был только по поводу оборота сына и неуверенности в том, смогу ли я его догнать. Но самого волчонка я не боялась. Я приняла ребёнка таким, какой он есть, быстро и без вопросов к себе. Вот он, в руках. И он нуждается во мне сильной и уверенной в себе. А остальное - неважно. И Дима успокоился. Прислушался, замер ненадолго, а потом втянул коготки и зубки, расставил привычные ушки по бокам и стал привычным ребёнком.
- Молодечик, всё хорошо, - улыбнулась я. - Ты не хочешь уходить? Мы можем подождать папу и тут…
Да, выходить было рискованно. Если Дима полон решительности уйти отсюда только с папой, то он может попробовать обернуться в коридоре или лифте.
Присев на диван, я набрала Лару и объяснила ей ситуацию. Она предложила прийти и помочь, но я отказалась.
- Думаю, мы справимся, - спокойно заверила ее я. - Просто дождемся Андрея. В крайнем случае, если Дима обернется, побегаем у него по кабинету.
Лара усмехнулась в трубку:
- Ты все делаешь правильно, умница. Ладно, звони если что. У нас с Яром все равно выходной, мы сразу приедем. Обещаешь?
- Хорошо, спасибо.
Только двери вдруг раскрылись, и в кабинет Князева влетела Роксана.
- Что ты тут делаешь?! - потребовала она с порога. - Да ещё и с ребёнком-оборотнем?! Приводить детей смежных рас в клинику запрещено! Или ты мало Андрею проблем доставила, ещё и ликвидационный отдел подтянем?!
Я прижала к себе Диму:
- Мы никому тут не угрожаем, - сообщила я спокойно. - Просто ждем Андрея. Двери закрыты…
- Вы с Андреем похожи, - перебила она меня, закрывая двери кабинета. - У вас у обоих проблемы с последствиями ваших действий. Ты второй день видишь малыша-оборотня, но уже прешься с ним в люди! Что это? Желание всем срочно показать, что провела у Князева в постели время более эффективно?
- Кто тебе мешал? - вздернула я бровь. - Ах, да, оборотни ведь заводят детей с теми, кого по-настоящему любят….
- Ну да, - скривила она губы. - Прошла курс по оборотням, и теперь можно возвращаться к Князеву. Ты, может, не понимаешь всего до конца… Андрей никогда тебе не скажет. Но я бы хотела, чтобы ты знала. - И Роксана медленно прошла к дивану. - Когда мы встретились с ним, от него ничего не осталось. Он был тенью, мертв как мужчина и как хирург. Все, что он делал - просто дышал. Остаток сил у него уходил на сына.
Я стиснула зубы, запретив себе показывать ведьме эмоции.
- Первые дни, когда вас только привезли в госпиталь, Андрей не позволил прооперировать ногу, которую ему травмировало после взрыва. Он не хотел оставлять тебя. И потерял время, сознательно оставшись инвалидом.
Горло сжалось, и взгляд мой дрогнул. Внутри разверзлась бездна боли.
- Я знаю, что ты не знаешь, - довольно усмехнулась она. Голос ее наполнился презрением. - Ты не знаешь о нем ничего. Понятия не имеешь о долгих днях, когда он медленно шаг за шагом возвращался к жизни… Это были тяжелые времена. То, что ты видишь сейчас, далось ему слишком дорогой ценой. Но с твоим появлением он рискует свалиться в эту пропасть снова. И ты об этом, мать твою, знаешь! Вот, что бесит меня больше всего! Ты вернулась, думая только о себе! Князев для тебя - лишь средство! И тебе плевать, что после того, как ты получишь от него желаемое, снова оставишь от него лишь пепел!
Роксана подошла ближе и нависла надо мной, не спуская взгляда с моего лица:
- Его тянет к тебе, но не потому, что ты такая неотразимая. Любит… - Она снисходительно усмехнулась и покачала головой. - Он просто устал. Смертельно. И знает, что на этот раз ты его прикончишь наверняка, потому что он просто не может так жить. Думаешь, почему он вдруг отдал тебе ребёнка вчера? Ты пошарь на столе, пока тут сидишь. - И она кивнула себе за спину. - Может, там уже и завещание лежит.
- Андрей не похож на того, кто готовит завещание, - глухо выдавила я. - Разве что, тебе бы так хотелось. Он что, бросил тебя?
Роксана застыла чертами и медленно втянула воздух, чтобы выплюнуть очередную порцию яда, только Дима вдруг зарычал на нее… и на этот раз почти молниеносно обратился в волчонка. Я слишком поздно сжала руки, не успевая его прижать к себе, а он бросился на ведьму…
44
Роксана отшатнулась, и Дима упал на пол, запутавшись в комбинезоне и взвизгнув, но кое как встал и снова зарычал на ведьму.
- Что ты делаешь?! - шипела та, отступая к столу. - Ты вообще смотришь за ребёнком?! Ты думаешь, что волчонок - это так легко? А если он выбежит?! Ты же вообще не владеешь ситуацией! Как он тебе позволил…
Дальше я не слушала. Спокойно нагнулась за Димой и подняла его на руки. А то, что случилось после, наверное, навсегда оставило во мне след… Волчонок вскинул на меня расстроенный взгляд и принялся жаловаться, подвывая и порыкивая, а я прижала его к себе и принялась успокаивать:
- Ты моя умница, молодец,… покажи носик, а? Не разбил?
Ну как можно обмануть такую потребность в тебе у маленького беззащитного существа? Я совершенно спокойно и уверенно положила его себе на колени, аккуратно стянула одежду и памперс и принялась осматривать, поглаживая и успокаивая:
- Ну какой носик славный! Ударился? Не болит? А вот тут давай посмотрим….
Дима внимательно топорщил ушки и вилял хвостиком, внимательно глядя мне в лицо, а я продолжала успокаивать.
- Всё хорошо, я тебя никому не дам в обиду, - обещала я.
Кажется, Роксана убралась в какой-то момент, но мы с Димой не обращали внимания. Сын пережил стресс и быстро уснул у меня на руках, так и не обернувшись в ребёнка. И это оказалось на самом деле сложным чувством. Нет, паники не вызывало, но все было непросто. Моя психика не привыкла к смене ипостасей сына, но сердце все равно таяло и билось часто-часто от этой нежности, безошибочно угадывая ее цель. И неважно, как Дима выглядит сейчас. Он - мой ребёнок.
- У вас всё хорошо? - тревожно спросила секретарь, заглядывая в приоткрытую дверь.
- Да, всё хорошо, - шепотом отозвалась я. - Можете сообщить Андрею Ярославовичу, что я осталась его ждать?
Она только и успела кивнуть, как в приемной послышались голоса. Двери раскрылись, и секретарь отступила перед натиском Роксаны в сопровождении какого-то мужчины в форме.
- Пожалуйста, составьте протокол нарушения правил, - потребовала ведьма, указывая служащему на меня.
Я прижала Диму к себе, готовясь отбиваться от кого угодно, хотя поверить в происходящее было сложно. Да что ж эта ведьма никак не угомонится?!
- Роксана Львовна, что я должен составить? - неожиданно уперся мужчина, глядя на нее недоуменно.
- Нарушение правил посещёния места общего пользования с ребёнком-оборотнем! - отчеканила та недовольно. - Или вы не знаете этих правил?
- Ребёнок у мамы на руках в кабинете… - принялся решительно возражать он.
- Но они же как-то в этот кабинет попали?
- Мы находимся в кабинете Андрея Ярославовича, вы в курсе? Вы хотите, чтобы я зафиксировал неправомерное посещение клиники его женой и сыном?
- Она ему не жена!
Дима повел ухом и открыл глаза. Все его тельце напряглось под моими руками, и я прижала его к себе крепче на всякий случай.
- Слушайте, вы в себе? - давила ведьма на сотрудника тем временем. - Вы обязанности собираетесь исполнять? Я требую!
Моя же рука потянулась за мобильным. Нужно было звонить Ларе, потому что никого другого, кто бы мог помочь, я не знала. Только тут в приемную вбежал Георгий Павлович, и я отбила звонок.
- Роксана, что ты делаешь? - накинулся он на Бардибокскую, оглядев всех присутствующих.
- Если вы не собираетесь исполнять требования закона, я найду тех, кто исполнит! - цедила она, не замечая юриста.
- Никакой закон тут никто не нарушает, - сурово заговорил он, привлекая ее внимание, - они находятся на межвидовом этаже и не нарушают границ! Ребёнок прошел сюда в обычном виде, а это не запрещается законом. Ты перегибаешь палку и выглядишь сейчас крайне глупо. Поэтому, заканчивай это представление и бери себя в руки!