Анна Владимирова – Мой бывший - отец-одиночка (страница 28)
- Есть у меня шанс с тобой это обсудить?
- Не надо, - отрезал я.
Но когда бы это имело значение?
- Ты ее не любишь? Почему? Она же…
Я чуть было не рыкнул ему злобное «дарю». Вместо этого я подтянул к себе кофе и протер устало лицо.
- У меня в жизни сейчас все поменялось, - кое-как подобрал я слова. - Но Роксана в эти изменения не вписывается…
- И я, и Роксана просто переживаем за тебя…
- Ты - да, она - нет, не просто. Хотя бы потому, что я с ней спал. И это давало ей иллюзию контроля. Но я живу не ради чьих-то иллюзий. В моей жизни не так много смысла, чтобы в нем запутаться. У меня есть хирургия и сын.
- И Мила, - вставил он меланхолично.
- Мила прилагается к моему сыну. Диме нужна мама.
- Ты вчера их познакомил, насколько я знаю, - вкрадчиво продолжил он.
- Тебе нужно определиться, - раздраженно бросил я, - ты сейчас - юрист клиники или мой друг. Потому что я вижу, что ты не знаешь, то ли ругаться на меня по дружбе, то ли нападать по долгу службы…
- Да, у нас проблемы, - согласно кивнул он. - И я хотел предложить тебе не накалять обстановку, пока не разберемся с тем, что произошло у тебя сегодня…
- А что произошло? - начинал злиться я. - Я потерял пациента…
- Да. Но тебе нужно должным образом подготовить отчеты, а мне - тщательно все проверить…
- В гибели Кирилла нет моей вины, - процедил я.
- Я не говорю, что она есть. Ты просил меня быть кем-то одним сейчас. И я говорю, как юрист. Нам нужно сгладить эту шероховатость в твоей карьере, как бы сейчас это ни звучало. И не злись. Я тоже не виноват в том, что произошло. Но мне нужно делать свою работу.
- Я пришлю тебе отчеты.
- Это раз. Второе - тебе нельзя сейчас бросать Роксану.
Я скрипнул зубами:
- Тебе стоило остановиться на первом.
- Андрей, это - политика…
- Я виделся с Оксаной, она меня поддерживает….
- Оксана-то поддерживает, но просто так опустить руки на финишной прямой - это не то, ради чего тратились усилия всей клиники. Дополнительное исследовательское отделение уже собирает базу сотрудников, ищется помещёние, планируется бюджет, разрабатывается документация… Ты не представляешь, какие ресурсы задействованы в подготовке к тому, что нам предстоит, если мы получим главного кардиолога при Совете! Да, Оксана может этим рискнуть, но ты? я? мы? Не имеем права, Андрей. Это - мое мнение.
Я слушал Геру, стиснув зубы.
- Мне кажется, ты переоцениваешь роль Роксаны, - покачал я головой.
- Нет, - с неожиданной решительностью возразил он. - У нее там - родственные связи.
- Что?! - выдохнул я, округлив глаза.
Ах вон оно что! Гера замялся и досадливо поморщился, а я продолжал усмехаться, пока до меня доходил весь масштаб случившегося.
- Да, я не должен был тебе говорить, - выдавил Гера хмуро.
- То есть, это назначение - благодаря Роксане? - подытожил я.
- У нее там дядя работает, и она - да, протолкнула тебя в список кандидатов. Но, если бы ты не подходил…
Я откинулся на спинку кресла, насмешливо глядя на его попытки скрыть конфуз.
- Роксана не позволит тебе вернуть меня в ее постель только до получения мной должности, - наслаждался я. - В ее интересах будет связать меня таким контрактом, который я в жизни не отработаю…
- Скажи мне честно, ты что, хочешь вернуть себе Милу? Просто у вас с Роксаной все было отлично, пока не появилась твоя бывшая…
- Я тебе уже сказал. Я не хочу Роксану. А с Милой мы пока ещё ничего не решили. Ну, кроме того, что она будет теперь видеться с Димой.
- Ну, если она при этом заберет заявление на лишение тебя родительских прав, то я, как юрист, вздохну с облегчением. Черт, вот можешь же… Если бы ты не добавил новых проблем, то я бы сказал, что ты растешь в навыке сглаживания проблем…
- Нет в мире совершенства, - усмехнулся я. - А ты мне больше нравишься как друг, Гера.
42
- Я вот честно даже не знаю, кем мне сейчас быть проще, - нахмурился он. - Сегодня у меня встреча с председателем совета. И я уверен, что будет вопрос по тебе. Оксана тебя не закроет собой, она просто имеет весомый голос. Но свои решения тебе придется отстаивать самому.
- Буду отстаивать, - заверил его я. - Впервые за долгое время я чувствую в себе силы и желание это делать.
- Ладно, - и Гера поднялся, - я прикрою тылы. Значит, наша политическая версия такова, что ты - профи и действовал так, как должен был, соответственно. Приложи к отчету все обоснования, которые давали тебе основания полагать, что успех возможен.
- Хорошо.
- Да, думаю, это сработает, - бросил он и вышел из кабинета.
Но, стоило мне потянуться к мобильному, как двери снова открылись и в кабинет вошла Мила. С Димой. Двери им придерживал Гера с капитулирующей улыбкой на губах. Я же парализовано замер, пытаясь перестать любоваться тем, что вижу. Но это было невозможно. Димка висел у Милы в перевязи и мусолил резиновую игрушку во рту. Завидев меня, он просиял и радостно взвизгнул.
- Спасибо, - поблагодарила Мила Геру и перевела на меня встревоженный взгляд, когда двери закрылись. - Андрей, прости, я звонила…
- Что случилось? - осенило меня, и я рывком поднялся.
- У нас всё хорошо, - поспешила заверить она, - но ты не отвечал, и твои родители предложили к тебе съездить. Я переживала, что у тебя что-то случилось…
- Прости, я не успел ответить. У матери Кирилла случился приступ аритмии, и ее сейчас обследуют, а я только что добрался до кабинета…
- А…. - протянула Мила смущенно. - Понятно…
Димка дернулся ко мне, и я протянул ему руки, вытаскивая сына из перевязи:
- Ну, привет. Впервые у папы на работе, значит? Показать тебе хирургическое?
Мила улыбнулась, но тут же смутилась, замечая мое внимание:
- Прости, мне не стоило…
- Наоборот. Хорошо, что приехали.
- Правда?
- Правда.
Наши взгляды встретились. Сейчас - тот самый момент, когда нужно принимать очередное решение, и оно не будет легким. Чувствуя это напряжение, Дима тут же попросился на руки к маме.
- Я просто… просто не знаю, как мне быть… - тихо заговорила Мила, глядя на сына. - И… не представляю, как оставить Диму…
- А ты хочешь его оставить? - посмотрел я ей в глаза.
- Нет, - не задумавшись, выпалила она. - Мне кажется, он не понимает, что есть такая возможность.
Да нет, все он понимает, поэтому и вернулся в руки к маме. Дима чувствует, что что-то не так…
- … И я тоже, - добавила она. - Но нам нужно решить, как быть дальше.
- Тебе, наверное, лучше вернуться ко мне домой, - вздохнул я. - И дождаться меня. Я вернусь, и мы все обсудим. Родители ждут?
- Да, и мне очень неудобно, ведь у них свои дела…