Анна Владимирова – Маша против медведя (страница 25)
- Отлично. Тогда вечером, пожалуйста, дайте знать, как дела у бабушки, и перешлите мне выписку из больницы, ладно? - попросила я, собирая чемодан.
- Как получится, - рассеяно бросил Антон, присев у бабушки на кровати. - Вы же понимаете, что это - последнее, о чем я буду думать сейчас. Тихомир вас проводит.
- Я все же хотела бы остаться до момента госпитализации, - упрямо выдавила я. - Меня беспокоит ее состояние. Так безопасней.
Антон поджал губы, задумался.
- Я подписал бланк отказа. Покиньте, пожалуйста, наш дом. Наша бригада будет с минуты на минуту.
35
- Пойдёмте, Мария Петровна, - тихо позвала меня Галя.
Я бросила взгляд на пациентку и нехотя кивнула. Ничего не поделать. Ну, по крайней мере, пока Антон не отчитается мне о ее состоянии после приема у врача.
- До свидания, - попрощалась я с Тихомиром и вышла за ворота, но тут же обернулась, пока он не закрыл двери. - Присмотрите, пожалуйста, за бабушкой…
Он кивнул:
- Всего хорошего вам, Маша.
- Не переживайте, Антон позаботится о бабушке, - сказала Галя, когда мы отъехали от дома. - Он сильно перепугался.
- Почему тогда не позволил нам остаться, если перепугался? - резонно возразила я.
- Ну, она не в критическом состоянии, - пожала плечами Галя. - Не думаете же вы, что Антон умышленно желает бабушке зла?
И она бросила на меня вопросительный взгляд.
- Думаю, что он как минимум ей потакает и мог сам купить каких-то баночек с травками. Но, когда о них зашла речь, сразу собрал наш чемоданчик на выход. А состояние у Анны Степановны очень похоже на интоксикацию.
- Да ну, не думаю, что он что-то опасное ей мог купить. Он же не идиот.
- Галь, знаешь, сколько таких «не идиотов» лечат теперь гепатит? Особенно стариков. Пенсионеры верят обещаниям в рекламе, покупают очередные травка в баночке, и вуаля. Хорошо, если там просто пустышка типа гомеопатии. А если нет? Анне Степановне уже очень много лет. И то, что молодому не аукнется, ее может убить. Может, Антон испугался…
- Не знаю, по мне - он вменяемый мужчина, - возразила Галя.
- Ну, быть может, - решила свернуть я спор.
Галя явно очарована бабушкиным внуком, но мне это все не нравилось. Было стойкое чувство, будто я бросила старушку в беде. Хотя, надо признаться, что такие чувства у меня возникали регулярно на вызовах. Только без доказательств я ничего не сделаю. Бабушка действительно не в критическом состоянии, и отказ от госпитализации подписала сама. А я не могу забрать к себе всех старушек, они же не бездомные котята. Да и всех котят не могу…
Обратно к медпункту мы вернулись в мрачном настроении. Михаил так и не явился, и я забеспокоилась основательно.
- Галь, я поеду, но буду на связи, - бросила я помощнице, вылетая из кабинета.
- Конечно, это же ваша работа теперь, - буркнула она недовольно.
Ишь ты! Обидела зазнобу.…
- Мне нужно привыкнуть, - улыбнулась я примирительно.
- Малину-то не забудьте, - напомнила она снисходительно.
- О, точно! Спасибо! Будет, чем угостить енотов.
- Каких енотов? - попалась она.
- Я не говорила, что у меня дома еноты живут?
- Нет, - удивленно протянула она. - Правда?
- Правда.
- Покажете?
- Конечно! Как-нибудь пригласим тебя на чай к нам.
- Идет, - улыбнулась она, и я со спокойной душой прыгнула за руль.
К дому я подъезжала на максимально взвинченных нервах. Мотоцикл соседа стоял во дворе, и на первый взгляд все вроде было спокойно. Я бросила машину перед воротами и сразу же направилась к дому.
- Михаил! - позвала я и постучала в двери.
Тишина. Может, спит? Я постучала и позвала громче. Ноль реакции. Тогда я надавила на тяжелую ручку и вошла внутрь. И первое, что увидела - своих енотов, сидящих в рядок на диване в гостиной. Они сначала вздрогнули, потом встали на задние лапы, как сурикаты, и засуетились, хватаясь друг за дружку. Будто бы им очень хотелось спрыгнуть, но почему-то они не решались это сделать. И картина эта была знакома.
- Что вы тут делаете? - просипела я на вдохе. - И где…
И тут до меня дошло. Отвертку-то Сашка привезла, да. Только мы про нее напрочь забыли! А это значит, что еноты побежали по проторенной дорожке через окно прямо к Мише в дом! И поэтому сосед и не явился на работу! А еще… у него же было собеседование!
- Бли-и-и-н! - взвизгнула я и заозиралась. - Где Моцарт? А Миша?
Еноты мне, ясен день, никого не сдали, продолжая бегать по дивану. Я же сбегала наверх и, убедившись, что дома Миши нет, собралась уже вылететь на улицу, как оттуда донеслись странные звуки. Кто-то то жалобно скулил, то порыкивал. А кто-то другой - конкретно так и недовольно утробно рычал. Я, не задумавшись, бросилась на крыльцо и остолбенела. Через двор деловито брел медведь. Здоровый и почти черный. А у него в пасти болтался и бился в истерике схваченный за загривок Моцарт.
Тут медведь вскинул голову и остановился, устремив взгляд прямо на меня. У меня же ноги приросли к полу от ужаса. Он был не просто большой, а огромный! Бедный енот в его пасти казался просто мышью в зубах у кота! Моцарт сначала замер, завидев меня, но вдруг как закатил истерику! Медведь недовольно зарычал, а я…
А я бросилась на него.
Редко в жизни бывают ситуации, когда ты наверняка можешь что-то сделать. Здесь и сейчас, приняв отважное решение действовать несмотря ни на что. Вот бабушку у Антона я отбить не смогла. А Моцарта не имела права бросить в беде. Он ведь никакого отказа от помощи никогда бы не подписал, скорее, наоборот.
- А ну отдай моего енота! - рыкнула я, подскакивая к медведю и эффектно тормозя перед его носом, с разбега хватаясь за Моцарта в его пасти.
И зарядила медведю кулаком по носу.
Зверь офигел то ли от моей тупости, то ли от наглости. Хотелось бы, чтобы от смелости, но это вряд ли. Он разжал зубы, и мы с Моцартом рухнули на землю, а сам отошел на шаг и опустил низко голову. И тут у меня, наконец, включилось чувство самосохранения. Я прижала к себе бедного Моцарта, который грозился оторвать мне руки, так пытался сбежать. Только от страха мне их заклинило замком поперек его пуза и напрочь отшибло связь с ногами. Все, на что меня хватило - подтянуть енота на колени и сжаться вместе с ним в комок. А медведь принялся обходить нас по кругу, злобно ворча.
- Ми-ми-ми-ми… - зачем-то скулила я и крутила головой, пытаясь не терять его из виду.
В голове уже нарисовалась картинка, как хищник сейчас обойдет меня и бросится сзади. Моцарт смирился с положением дел, перестал выдираться и затих у меня в руках. Но медведь не кинулся. Завершил почетный круг и… направился к калитке.
- Ч-ч-ч-ч-ч-ч-ерт, - прохрипела я, когда он вышел за ворота.
36
Сколько я просидела с Моцартом в обнимку - понятия не имею. Меня просто парализовало от страха. Полностью. Я только тряслась и боялась пошевелиться. А еще - не спускала взгляд с входа. Моцарт был солидарен. Только, когда калитка вдруг распахнулась, я ударилась в панику и принялась отползать прямо попой по земле… пока во двор не шагнул Миша.
- Ах, вот ты где! - воскликнул он и направился ко мне. - Маш, ты как этого поганца поймала? - Он присел рядом и заглянул в мои ошалелые глаза. - Маша? Ты чего тут сидишь?
- М-м-м-м-м-м-едведь! - прохрипела я, глядя на ворота.
- Медведь? - удивленно повторил он и оглянулся на калитку. - Вот же черт.… Правда? Здесь? Ты уверена?!
- Да! - вскричала я.
Миша подхватил меня на руки вместе с Моцартом и понес в дом:
- А я бегаю по лесу и ищу этого…
- М-м-м-моцарт, - подсказала я, всё ещё не спуская взгляда с калитки.
- Маша, - тревожно позвал меня Миша и усадил на стул в кухне. - Так испугалась?
Я судорожно кивнула.
- Давай сюда этого… Моцарта, - и он забрал у меня пискнувшего енота и посадил его к остальной банде, приказав сурово: - Сидеть.
Еноты затихли, а Михаил вернулся ко мне и осторожно обхватил мое лицо ладонями, заглядывая в глаза:
- Маша, все хорошо. Ты в безопасности. Посмотри на меня. - Он взял меня за руку и принялся считать пульс, потом растер немного руки. - Я сейчас чаю тебе сделаю. Все будет нормально.